Общие правила обращения взыскания на имущество

3. предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и др.), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши;

4. имущество, необходимое для профессиональных занятий гражданина-должника, за исключением предметов, стоимость которых превышает 100 установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда;

5. используемые для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, племенной, молочный и рабочий скот, олени, кролики, птица, пчелы, корма, необходимые для их содержания до выгона на пастбища (выезда на пасеку), а также хозяйственные строения и сооружения, необходимые для их содержания;

6. семена, необходимые для очередного посева;

7. продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении;

8. топливо, необходимое семье гражданина-должника для приготовления своей ежедневной пищи и отопления в течение отопительного сезона своего жилого помещения;

9. средства транспорта и другое необходимое гражданину-должнику в связи с его инвалидностью имущество;

10. призы, государственные награды, почетные и памятные знаки, которыми награжден гражданин-должник.

Кроме того, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на избирательный залог.

Отдельные положения процессуального закона в части установления перечня имущества, на которое не может быть обращено взыскание, становились предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Федерации. Например, возник вопрос о неконституционности исключения из имущества, на которое возможно обратить взыскание, жилого помещения, являющегося единственным жильем. Суд, посчитав, что названные нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации, в частности ее статье 46, обратился с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, и тот в определении от 4 декабря 2003 г. № 456-0 предложил следующее толкование конституционных норм.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому свободу экономической деятельности, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, признание и защиту собственности, ее охрану законом, а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод. При этом защита прав и свобод человека и гражданина составляет обязанность государства. Из названных положений Конституции Российской Федерации следует, что защита нарушенных нрав, в частности прав кредитора, не может быть признана действенной, если судебный акт или акт иного уполномоченного органа своевременно не исполняется.

Вместе с тем Конституционный Суд подчеркнул, что в силу статей 15, 17, 19 и 55 Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота — собственников, кредиторов, должников, возможные же ограничения

федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм.

Сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, а именно основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. К конституционно защищаемым ценностям относятся и достойная жизнь и свободное развитие человека, обеспечение которых составляет обязанность государства, и право каждого на жилище (ст. 40 и 56 Конституции России).

Принципиальным является вывод о том, что положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав.

Следовательно, законодатель, по мнению Конституционного Суда Российской Федерации, определив в части 1 ст. 446 ГПК РФ пределы обращения взыскания по исполнительным документам на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение и ограничив тем самым право кредитора на надлежащее исполнение вынесенного в его пользу судебного решения, не вышел за рамки допустимых ограничений конституционного права на судебную защиту, установленных частью 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации.

В то же время целесообразным для законодателя было бы конкретизировать данное положение и установить размеры такого жилого помещения.

В Конституционном Суде Российской Федерации оспаривались и другие положения статьи 446 ГПК РФ. В частности, возник вопрос о конституционности нормы об исключении из подлежащего взысканию имущества земельных участков, использование которых не связано с осуществлением должником-гражданином предпринимательской деятельности (см. абз. 3 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ в ред. Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 194-ФЗ). Высшей судебной инстанцией было отмечено, что законодательное закрепление в качестве основания, не позволяющего обратить взыскание по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику земельные участки, условия, согласно которому использование этих участков не должно быть связано с осуществлением гражданином-должником предпринимательской деятельности, требует не только выявления того, имеется ли у гражданина-должника статус индивидуального предпринимателя.

Необходимо также установление в законе и определенных критериев соответствия спорных земельных участков данному условию, с тем чтобы в каждом случае можно было определить, подпадает или нет осуществляемая гражданином-должником деятельность под признаки предпринимательской (ст. 2 ГК РФ), в том числе при предоставлении гражданину или приобретении гражданином земельного участка для личных, семейных и иных подобных целей и фактическом его использовании для систематического извлечения дохода.

Судебные органы, вынося на основании абзаца 3 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ решения о невозможности обращения взыскания на земельные участки, принадлежащие гражданам-должникам, вынуждены были ограничиваться констатацией факта отсутствия у гражданина- должника юридически оформленного статуса индивидуального предпринимателя и не принимать в расчет количество, общую площадь, стоимость и результат использования спорных земельных участков, хотя это необходимо для обеспечения баланса интересов должника и кредитора (взыскателя) в силу требования статьи 17 Конституции России о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Отсюда следует, что подобная законодательная регламентация расходится с принципами исполнительного производства, включающими преимущественную защиту интересов кредитора (взыскателя), поскольку, в отличие от судебного процесса, в исполнительном производстве не действует принцип состязательности, а соблюдение принципа равенства участников исполнительного производства понимается с учетом необходимости ограничения имущественных прав должника, — в противном случае не исключается злоупотребление правом со стороны недобросовестных граждан-должников, которые, не имея статуса индивидуального предпринимателя, могут свободно вкладывать денежные средства (включая неосновательно сбереженные вследствие неисполнения своих гражданско-правовых обязательств перед кредиторами) в дорогостоящие земельные участки, приобретать их в неограниченном количестве, с любым целевым назначением (индивидуальное жилищное строительство, личное подсобное хозяйство, садоводство, огородничество), в том числе для последующей их перепродажи.

В то же время возможна ситуация, при которой результаты использования земельного участка в соответствии с его целевым назначением являются для гражданина-должника основным источником существования, чем предопределяется объективная невозможность исполнения им требований по исполнительным документам. В таких случаях необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем чтобы не оставить их за пределами социальной жизни, включая предусматриваемую законом возможность сохранения права собственности на не используемые для ведения предпринимательской деятельности земельные участки, если результаты их использования являются основным источником существования гражданина-должника и лиц, находящихся у него на иждивении.

Это согласуется с закрепленными статьей 1 ЗК РФ принципами, определяющими социальные основы земельных отношений, в силу которых право собственности гражданина на земельный участок не может не рассматриваться как обеспечивающее основу жизнедеятельности людей и направленное на реализацию условий для создания и поддержания достойной жизни и свободного развития личности в рамках обязанности государства заботиться о благополучии своих граждан, их социальной защищенности в соответствии с провозглашенными в Конституции России целями политики Российской Федерации как социального государства, что предполагает недопустимость распространения в рамках исполнительного производства обращения взыскания на земельные участки, являющиеся основным источником существования гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении.

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации при определении пределов действия имущественного (исполнительского) иммунитета применительно к земельным участкам, не используемым в предпринимательских целях, законодатель должен принимать во внимание не только само по себе отсутствие у лица (должника) статуса индивидуального предпринимателя, но и общие количественные и качественные характеристики, целевое назначение и фактическое использование земельных участков, на которые может быть распространен особый правовой режим, предполагающий освобождение от взыскания.

Соответственно, поскольку ограничение прав должника связано прежде всего с обеспечением принудительной защиты нарушенных им имущественных прав взыскателя, законодатель должен стремиться к тому, чтобы в таких случаях гражданину-должнику и лицам, находящимся на его иждивении, сохранялся необходимый уровень существования.

Таким образом, положение абзаца 3 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ в той части, в какой им устанавливается запрет обращения взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину- должнику на праве собственности земельные участки, использование которых не связано с осуществлением им предпринимательской деятельности и которые не являются основным источником существования гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, обеспечивающим указанным лицам необходимый уровень существования, — представляет собой чрезмерное, не пропорциональное конституционно значимым целям, а потому произвольное ограничение как имущественных прав кредитора, так и возможности гарантированной Конституцией России их надлежащей судебной защиты, а потому противоречит Конституции Российской Федерации (см. постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 г. № 10-П).

Что касается имущества должника-организации, на которое не может быть обращено взыскание, то его перечень устанавливается федеральным законом (ч. 2 ст. 79 Закона об исполнительном производстве).

Так, согласно статье 17 Федерального закона от 11 ноября 2003 г. № 138-ФЭ «О лотереях» не может быть обращено взыскание по обязательствам организатора лотереи на призовой фонд лотереи. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» определяет, что на средства компенсационных фондов или имущество общества взаимного страхования не может быть обращено взыскание по обязательствам саморегулируемой организации, а также по обязательствам арбитражных управляющих, если возникновение таких обязательств не было связано с осуществлением деятельности, предусмотренной Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». Не допускается обращение взыскания по обязательствам Пенсионного фонда Российской Федерации, специализированного депозитария или управляющей компании, не связанным с финансированием накопительной части трудовой пенсии, на денежные средства, находящиеся на счете (счетах) для осуществления операций со средствами пенсионных накоплений (ст. 13