Феминизм и влияние на нее мифологии

Необходимо отметить, что  литература по теме представленности интересов женщин в СМИ, а также  документы по ней печатаются малыми тиражами (500 — 1000 экз.) либо относится  к разряду ведомственных документов, которые практически не публикуются. Тексты данных изданий и документов можно найти только в сети Интернет на сайтах неправительственных женских  и правозащитных организаций.

Термин гендерная цензура  введен в книге Мередит Такс «Сила слова», изданной при участии интернациональной группы писательниц — членов международной писательской организации «Женский мир» («Women's World») — Всемирной организации женщин в защиту прав, литературы и развития.

Эта группа изучает проблемы гендерной цензуры с 1986 года. Исследовательницы  исходят из определения цензуры, которое шире традиционного, используемого  большинством правозащитных организаций:

«Мы определяем цензуру как  всякий способ, с помощью которого идеи и произведения искусства, которые  выражают взгляды, не совпадающие с  доминирующей идеологией, не допускаются  к предполагаемой аудитории, — пишет  Мередит Такс. — Такие произведения могут быть конфискованы или запрещены, проигнорированы, оклеветаны, осмеяны или намеренно ложно истолкованы.

Гендерная цензура, как мы её видим, гораздо шире и более  распространена, чем официально организованный контроль. Она встроена в целый  ряд общественных механизмов, которые  заглушают голоса женщин, отрицают ценность их опыта и исключают  женщин из политического дискурса.

Цель такой цензуры  — затуманить реальные условия жизни  женщин и несправедливость партиархальных гендерных отношений. Она ставит перед собой задачу запугать писательниц и журналисток, избирая в качестве мишени тех женщин, которые не хотят «знать своё место», чтобы тем самым заставить замолчать других. Среди тех, кто заставляет молчать писательниц, есть государственные чиновники и религиозные фанатики. Однако существуют и другие силы цензуры: родители, которые считают, что не имеет смысла вкладывать деньги в образование дочерей, учителя, которые советуют девочкам ограничить свои амбиции материнством, издатели, которые не считают нужным публиковать книги, написанные женщинами, и критики, неспособные всерьёз воспринимать произведения, созданные женщинами»¹⁶ …

Наталья Иванова в статье «Ежовые рукавицы и бархатные  перчатки сексизма» пишет¹⁷:

«Гендерная цензура в  культуре приводит к тому, что процветает мифология, нацеленная на подавление и  заглушение любых взглядов, подрывающих исходный прамиф о «естественности» подчинённого положения женщины. При этом гендерная цензура опирается не только на виртуозно отработанные в нашем обществе механизмы подавления, но и на современные технологии манипулирования массовым сознанием. Она неприкрыто агрессивна в продвижении идеи о якобы «естественности» социального неравенства женщин».

Гендерная цензура (Gender censorship (англ.)) — цензура с целью исказить реальное положение женщин, завуалировать несправедливость патриархатных общественных отношений.

Гендерную цензуру можно  проследить в политических и экономических  приоритетах, которые попустительствуют  глобальной женской неграмотности. Неграмотность многих женщин в современном  технологичном мире — не просто следствие бедности и непосильного труда, но и общественный механизм, направленный на сохранение дискриминации. Нападки на женское образование  в странах, где господствует фундаментализм — звенья все той же цепи (самая  сильная метафора гендерной цензуры  — это паранджа). Однако гендерная  цензура существует и ярко проявляет  себя и в Европе, и в Северной Америке, и в России.

Примеры гендерной цензуры:

— унизительные для женщин слоганы рекламы типа «Женщина —  друг бизнесмена»;

— В.В. Жириновский, лидер  партии ЛДПР: «Женщина — друг человека, сразу после лошади и собаки»;

— близкое по смыслу выражение  М. Зязикова (президента Ингушетии): «Если в доме две жены, то собака уже не нужна»);

— заявления политиков  о том, что «не для женщин и  детей пишется Конституция»;

— программа на канале «Культура» «Шедевр может создать только мужчина» (авторы и ведущие — М. Швыдкой и А.Гордон).

Свободу печати и права  женщин в СМИ нельзя рассматривать  изолированно — ведь если женщины  как социальная гендерная группа не имеют тех же возможностей в  этой сфере, что и мужчины, то истинной свободы СМИ в таком обществе не существует.

Мередит Такс пишет также, что за последние 10-15 лет в мире наблюдается подъём националистических, коммунистических и религиозно-фундаменталистских движений, которые она определяет как атавистические, поскольку те пытаются возродить некое мистическое прошлое. Они, как правило, заполняют вакуум власти, образовавшийся в результате социальных конфликтов, в результате потери местными правящими элитами влияния за счёт глобализации. Все эти движения объединяют потребность в расовом, этническом и конфессиональном единообразии, а также патриархальный взгляд на женщин и семью — попытки установить контроль над женщинами.

В ситуации, ведущей к  ослаблению местных патриархальных иерархий, семья остаётся последним  бастионом мужского превосходства. И в результате этих культурно-идеологических и политических противоречий женщины  оказываются в роли заложниц патриархальных обычаев и общественных отношений.

Мередит Такс: «Подъём атавистических общественных движений означает, что открытая гендерная цензура становится всё более очевидной в современном мире. Однако это не означает, что такое явление встречается лишь в традиционных сообществах. В Северной Америке и Европе тоже есть свои способы заглушить голос протестующих, свои методы подавления, которые сочетают в себе традиционализм с новым феноменом глобализации. США являют собой изощрённый пример такого сочетания двух подавляющих сил.

Ольга Воронина (директор Московского центра гендерных исследований (МЦГИ), на вопрос «Существует ли гендерная цензура в России?» ответила: «Существует, но как скрытое явление на уровне подсознательных традиционных установок  людей, которые работают в СМИ – как на уровне руководства, так и среди обычных журналистов. Определено можно сказать, что доступ женщин для выражения своих мнений и социальных интересов в СМИ чрезвычайно затруднен. Даже женщины-журналистки чаще всего говорят и пишут «не своим голосом» и воспроизводят стереотипный образ «слабого пола», озабоченного удачным замужеством и шопингом. Разумеется, на этом фоне не нужны статьи или репортажи о дискриминации женщин в политике или на рынке труда в России. А в тех редких случаях, когда интервью дает профессионально успешная женщина, она – в угоду общественному мнению – может подчеркнуть, что вовсе не феминистка, а вот так случилось, ей просто повезло сделать карьеру, и она, конечно же, сама стирает мужу рубашки и печет пироги детям¹⁸.

Кроме того, Ольга Липовская в статье «Женщина как объект потребления» пишет: «Наиболее простым доказательством наплевательского отношения к женщине у нас могут служить тривиальные примеры отсутствия контрацепции, а следовательно, и варварское надругательство над ее организмом посредством многочисленных абортов. (…) Издевательски низкое материальное обеспечение многодетных семей и матерей-одиночек тоже хороший пример.

Причем наряду с этим в  средствах массовой информации идет бойкая кампания поношения проституток  и «матерей-кукушек», оставляющих  своих детей в роддомах. При  обсуждении этих проблем гнев общества направляется преимущественно против женщин, отсутствует попытка разобраться  в социальных, экономических предпосылках. Мало кто, например, обращает внимание на потребителя и эксплуататора проститутки, на отцов брошенных детей. Происходит это опять же от стереотипного, патриархального взгляда на роли мужчины и женщины в современном обществе».¹⁹

Также необходимо отметить проблему адекватной презентации в средствах массовой информации интересов женщин, как одной из крупнейших социальных групп со специфическими интересами неоднократно обсуждалась в Организации объединённых наций и Комиссии Евросоюза.

Продолжающееся формирование негативного имиджа, унижающего достоинство  женщины, а также неравный доступ к средствам массовой информации и информационным технологиям, были отнесены к важнейшим первоочередным проблемам в Платформе действий, принятой на Четвертой всемирной  конференции по положению женщин в Пекине в 1995 году²⁰.

Конференция призвала к расширению прав и возможностей женщин посредством  развития их умений и навыков, повышения  знаний и облегчения доступа к  информационным технологиям, тем самым, укрепляя их способность бороться с  негативным изображением женщин. Конференция  подчеркнула необходимость вовлечения женщин в процесс принятия решений  по развитию новых технологий с тем, чтобы женщины могли в полной мере участвовать в их распространении  и способствовать усилению их влияния.

В разделе «Женщины и средства массовой информации» Пекинской  платформы действий подчёркивается, что с развитием новых информационных технологий и глобализацией системы  информации СМИ оказывают влияние  и на взгляды и поведение людей, и на государственную политику, поэтому  везде существует «потенциальная возможность  для того, чтобы средства массовой информации вносили гораздо больший  вклад в улучшение положения  женщин» (п. 234).

Пункт 236 Пекинской платформы  указывает, что необходимо изменить продолжающуюся практику изображения  женщин в отрицательном или унизительном свете в материалах СМИ:

«Печатные и электронные  средства массовой информации в большинстве  стран не создают сбалансированный образ женщин, ведущих активную и  разнообразную жизнь, и их социальный вклад в меняющемся мире. Кроме  того, картины насилия и унижающая  достоинство или порнографическая продукция средств массовой информации также отрицательно воздействуют на положение женщин и их участие  в жизни общества. Столь же ограничивающими  могут быть и программы, закрепляющие традиционную роль женщин. Глобальная тенденция к потребительству создала обстановку, в которой реклама и коммерческие передачи зачастую изображают женщин главным образом в качестве потребителей и неадекватным образом выбирают в качестве целевых групп девочек и женщин всех возрастов».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

Целая эпоха духовной жизни  человечества, формирование и расцвет  древних цивилизаций была царством мифа, созданного воображением человека.

Воображение древнего человека создало царство мифа. Люди искали ответы на волнующие их философские  вопросы, пытались разгадать загадки  Вселенной, человека и самой жизни. Когда действительность не давала ответа, на помощь приходило воображение. Оно  же удовлетворяло и эстетические потребности людей.

В современной культуре и  в современной культурологии слово «миф» является одним из наиболее популярных и общеупотребительных. Им пользуются философы, политики, литературоведы, психологи; и, тем не менее, это слово, которое до сих пор является неразгаданным глубоко таинственным. Для историка культуры миф — это, прежде всего совокупность странных, фантастических повествований, на которых построена вся духовная жизнь древнейших цивилизаций и так называемых «примитивных» народов.

Исходя из приведенных  в работе доводов можно сделать следующие выводы:

1. В настоящее время молодые женщины преимущественно ассоциируют «феминизм» с радикальным феминизмом. Это является одной из причин, почему многие из них держатся в стороне от этого движения, или избегают использования терминологии, введённой т. н. «новой волной» феминизма. Тем не менее, основные ценности, пропагандируемые феминизмом (равенство прав и возможностей независимо от пола) стали настолько неотъемлемой и повсеместно принятой частью западной культуры, что отступление от этих ценностей и правил вызывает неприятие большинства людей (и мужчин, и женщин), даже тех, кто не причисляет себя к феминистам.
2. В течение очень долгого времени феминизм существовал как идеология равноправия женщин и как социально-политическое движение. Эти два аспекта очень важны для феминизма: именно в поисках ответов на реальные вопросы, касающиеся статуса женщин в обществе, теоретики феминизма, не удовлетворенные традиционной социальной наукой, стали формулировать свои претензии к рациональному западному знанию и новые теоретико-методологические подходы к анализу культуры.
3. Феминизм привлекает к себе внимание тем, что он привнёс существенные перемены в западное общество. Хотя в целом многие принципы феминизма общеприняты, некоторые из них продолжают подвергаться критике.
4. Женщина исторически находилась не в забитом подавленном состоянии, напротив: она извечно должна была решать сложнейную задачу: как совместить роль жены и матери с собственным личностным развитием. И у женщин получалось! В каждом веке существует масса известных, и тем более неизвестных женщин, совмещавших в себе все три роли: любовь к мужчине, любовь к ребенку и свое собственное личностное развитие. А были и те, кто уходили в сторону упрощения задачи: стать воином, правителем, ученым, сведя роль жены и матери к чистому феномену – либо вовсе не примерять на себя этих ролей. Это упрощение – но отнюдь не развитие и движение вперед. И нынешние феминистические требования равенства, с моей точки зрения, снова попытка уйти в сторону упрощения, переброса своей изначальной роли на другого человека или вовсе не вступления в эту роль.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список используемой литературы

1. Ажгихина Надежда. Гендерные стереотипы в современных масс-медиа // http://www.feminisnts.ru/1210-гендерные-стереотипы-в-современных-м.html.
2. Айвазова С. К истории феминизма / Общественные науки и современность. 1992. № 6.
3. Бондаренко Л. Ю. Социология гендера: Учебно-методическое пособие. Томск: Томский государственный университет. 2004. 119 с.
4.    Вебер М. Избранные произведения. М.: Высшая школа, 1990. - 302
5.    Двадцать третья специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН. Женщины и средства массовой информации - http://www.un.org/russian/documen/gadocs/23spec/media.htm.
6. Здравомыслова О., Кигай Н. Женская тема в средствах массовой информации//Ассоциация журналисток. М. 2002.
7. Иванова Н. «Ежовые рукавицы и бархатные перчатки сексизма»//Гендерная цензура как элемент культуры. Ассоциация журналисток, М., 2003 г. C.32.
8. Липовская О. Г. «Женщина как объект потребления» // Искусство кино, 1991, № 6. С. 18-21.
9. Мередит Такс, президент Международной Ассоциации писательниц «Женский мир», Журнал «WE/МЫ» № 17 (33), 2002 г. с. 6.
10. Пушкарева Н.Л. Между тюрьмой и хаосом: феминисткая эпистемология, постмодернизм и историческое знание / Шорэ Э., Хайдер К. (ред.) Пол. Гендер. Культура. М., 2000. С. 221–231.
11. Пушкарева Н.Л. Что такое феминизм? / Женская история. Гендерная история (Теория и исследования.Учебное пособие). Калуга, 2001. 214 с.
12. Многоликая глобализация / Под ред. П. Бергера и С. Хантингтона; пер. с англ. В.В. Сапова под ред. М.М. Лебедевой. - М.: Аспект Пресс, 2004. 379 с.
13. Федотов Г.П. Мать-земля (К религиозной космологии русского народа) // Судьба и грехи России. Избранные статьи по философии русской истории и культуры. - СПб., 1992. С. 62-98.
14. Воронина О.А. Социокультурные детерминанты развития гендерной теории в России и на Западе // Общественные науки и современность, 2000, № 4. С. 4-23.
15. Воронина О.А. Феминизм и гендерное равенство. - М.: Едиториал УРСС, 2004. 320 с.
16. Гендерное неравенство в современной России сквозь призму статистики/ Отв. ред. и сост. М.Е. Баскакова. - М.: Едиториал УРСС, 2004. 336 с.
17. БалтановаГ.Р. Мусульманка. Москва-Логос 2005. С- 36.
18. Баш Х. Права женщины в исламе. Казань. Мастер-Лайн, 2001, С-125.
19. Нуруллина Г. Женщина в исламе. Москва. 2003, С – 34.
20. Малышева М. М. Современный патриархат. Социально-экономическое эссе. - М.: Academia, 2001. 352 с.; Айвазова С.Г., Кертман Г.Л.
21. Миф как форма культуры // Культурология: Учебное пособие / Отв. ред. А.А. Радугин – М.: Центр, 1996.
22. ^{Топков А. Мифы и мифология в современной России / А. Топков // Статья с международной конференции, организованной Фондом Фридриха Науманна, Ассоциацией исследователей российского общества ХХ века и др. в Шуе 11-12 сентября 2004 года.}