Переходная экономика: сущность, особенности, тенденции

     В советский период социальная дифференциация характеризовалась следующими чертами:

1. В подоходном и имущественном расслоении населения главную роль играли не столько доходы, сколько доступ к дефицитным 
   благам (жилье, высококачественные продовольственные и промышленные товары, особенно импортные). В этих условиях децильный 
   коэффициент дифференциации доходов долгое время практически не 
   изменялся: 1976 г. — 3,3; 1986 г. — 3,3.
2. Господствующий слой — номенклатура — присваивал немалый 
   объем благ и услуг, не совершая купли-продажи: комфортабельное 
   жилье, служебный автотранспорт, полноценный отдых на курортах 
   и т.д. При этом официальные денежные доходы номенклатуры могли 
   быть довольно низкими даже по стандартам советского общества, что 
   поддерживало иллюзию социального равенства.
3. При весьма значительном неравенстве в объеме потребляемых благ и услуг между номенклатурой и основной массой населения («базовым слоем») внутри этого слоя подоходные и имущественные различия были сравнительно невелики в силу поддерживавшейся 
   советскими властями тенденции к уравниловке в оплате труда. Высокие социальные барьеры между номенклатурой и «базовым слоем» 
   в советский период затушевывались отсутствием объективной информации. Эта закрытость в сочетании с уравниловкой на уровне 
   низших слоев общества и доступностью жизненно необходимых благ  
   и услуг закрепляло в массовом сознании иллюзию социального равенства.
4. Общественное мнение советской эпохи (до конца 80-х годов) 
   весьма терпимо относилось к социальному неравенству, обусловленному различным общественным статусом и служебным положением, 
   но негативно воспринимало различия в доходах и имуществе, порожденные предпринимательством и другими проявлениями личной 
   инициативы. На графиках приведены распределения относительных заработных плат по отраслям экономики в 1995 и 2002 гг. соответственно (см. приложение А). Как видно из графиков, с 1995 по 2002 г. соотношение зарплат в различных отраслях практически не изменилось. Например, в образовании заработная плата в 1995 г. была почти в два раза меньше, чем в отраслях транспорта или связи. Несмотря на определенный рост, в 2002 г. это двукратное отставание сохранилось.

     В переходной экономике главными направлениями социальной дифференциации стали:

1. Увеличение разрыва в уровне доходов высоко- и низкодоходоходных 
слоев населения. Децильный коэффициент доходов вырос с 5 в 1991 г. 
до 9 в 1992 г.; 11,2 в 1993 г., 15,2 в 1994 г.; 13,4 в 1995 г.; 13,0 в 1996 г.; |12,3 в 1997 г.; 14,5 в 1999 г.

    2.Усиление концентрации доходов у сравнительно узкого слоя 
высокодоходного населения. Индекс Джини вырос с 0,256 в 1987 г. и 0,260 в 1992 г. до 0,398 в 1993 г., 0,409 в 1994 г., 0,375 в 1996 г., 0,396 в 1999 г. По данным 1997 г., 20% населения с наиболее высокими доходами располагали 55,8% совокупного объема денежных доходов населения, а 20% с наиболее низкими доходами — всего 3,5%. В 1998 г. эти показатели составляли 47,4% и 6,2%.

3. Резкое усиление региональной дифференциации доходов на 
   селения. Динамика уровня покупательной способности в 1994—1997 гг. показывает, что во всех экономических районах (кроме Москвы, Санкт-Петербурга, Уральского региона) происходило снижение этого показателя. Отрицательной тенденцией является рост коэффициента дифференциации покупательной способности по регионам России (отношение наибольшей покупательной способности населения среди субъектов РФ к наименьшей): 1994 г. — 5 раз, 1995 г. — 12,8 раза и 1997 г. — 18,7 раза.
4. Среди низкодоходного населения особенно велика доля детей. 
   Так, по данным обследования 1995 г., дети до 16 лет составляли 29,5% 
   всех обследуемых, а их доля в низшей 20%-ной группе равнялась 
   43,0%. Данный показатель указывает на отсутствие равенства возможностей и перспектив у значительной части молодого поколения.

     Какие факторы обусловливают усиление социальной дифференциации в современной России? На 57% она связана с дифференциацией доходов за счет предпринимательской деятельности, собственности, что, в принципе, является нормальным свойством рыночной экономики. На 40% вызвана различиями в оплате труда и на 3% — дифференциацией социальных трансфертов.

     На графиках  показана социально-экономическая дифференциация населения по доходам в 1997 и 2002 гг. (см. приложение Б). Из этих графиков видно, что в 1997 г. подавляющая часть населения имела доходы в пределах от 500 руб. до 1500 руб., соответственно, 500 руб. — 29,4 %, 500–750 руб. — 21,8 %, 750–1000 руб. —15,7 %, 1000–1500 руб. —15,5 %. В сумме это составит 84,4 % населения. Напротив, в 2002 г. указанные выше четыре группы населения в сумме составили уже только 17,7 % населения. При этом более 35 % населения в 2002 г. имели доход от 2000 до 4000 руб. и доход более 34 % населения составил более 4000 руб. в месяц. Эти данные отражают рост численности населения, относящегося к группам с более высокими доходами.

     Оптимальную степень дифференциации установить довольно сложно. По имеющимся оценкам, при стабилизации макроэкономической ситуации, своевременной выплате заработной платы, пенсий, пособий и др. социально приемлемый уровень дифференциации (по децильному коэффициенту) должен составлять не более 10 раз. По другим оценкам, границей социальной стабильности является ситуация, когда беднейшие 40% населения начинают получать менее 12— 13% совокупного дохода (в 1998 г. в России на их долю пришлось 16,7%).

     В современной России эти показатели свидетельствуют о социальной напряженности в обществе.

     Рост дифференциации доходов в переходной экономике в некой степени связан с тем, что оплата труда преобладающей части населения производится по заниженным нормам, сложившимся в условиях административно-командной системы. Одновременно возник и расширяется общественный слой, действующий по законам рыночной экономики.

     По мере вовлечения широких слоев в рыночные отношения размеры неравенства имеют тенденцию к сокращению. Первоначальный же этап характеризуется обеднением значительной части населения. Ощутимый рост доходов происходит у меньшей части населения (предпринимателей, банкиров, торговых посредников, ведущих менеджеров, юристов, владельцев недвижимости).

Вместе с тем официально публикуемые данные о дифференциации доходов должны корректироваться с учетом существующей в России обширной теневой экономики .

3. МАЛОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО  В СТРАНАХ С ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКОЙ: ПУТИ СТИМУЛИРОВАНИЯ

     Малое предпринимательство - важный сегмент рыночной экономики. Его развитие в условиях системной трансформации является движущей силой становления и укрепления рыночных отношений, формирования среднего класса. Динамичное развитие частного сектора в европейских странах с переходной экономикой сделало возможным относительно быстрый переход от планово-директивной экономики к рыночной: сегодня в наиболее продвинутых постсоциалистических странах Центрально-Восточной Европы в частном секторе создается более 80% ВВП, в том числе в секторе малых и средних предприятий - 40-55% ВВП.

     В экономически развитых странах Европейского союза в малом и среднем бизнесе работает 70% всех занятых, сюда направляется более 50% совокупных инвестиций. Доля малых и средних предприятий в экспорте про-мышленно развитых европейских стран составляет 25-40%, а с учетом участия в комплектации готовой продукции крупных предприятий их доля в стоимостном объеме экспорта промышленных товаров приближается к 60%. В про-мышленно развитых европейских странах малыми и средними предприятиями производится примерно 60% ВВП.

     Потенциально малый и средний бизнес может внести существенный вклад в эффективное развитие экономики и социальной сферы, развитие малых и средних предприятий способствует улучшению благосостояния горожан, формированию конкурентной среды, насыщению рынка товарами и услугами, обеспечению занятости, увеличению налоговых поступлений в местный бюджет (см. приложение В).

     Из графика видно, что в 2001-2006 годах в России наблюдалась позитивная динамика развития малых предприятий. Число малых предприятий увеличилось с 843,0 тыс. до 1032,8 тыс. (в расчете на 10000 населения – с 58 до 73 предприятий). Доля работников малых предприятий в среднесписочной численности занятых выросла с 12,8% до 17,8%, доля в инвестициях в основной капитал увеличилась с 2,9% до 3,7%.

     Однако, в 2005 году на долю малых предприятий приходилось лишь 12,5% ВВП России, тогда как аналогичный показатель многих западных стран находится на уровне 40%. Это говорит о масштабе недоиспользования потенциала малого предпринимательства и резервах его развития в России.

     В то время как в России все еще продолжается полемика о роли и месте государства в рыночной трансформации, в восточноевропейских странах последовательно на законодательной основе осуществляется целенаправленная государственная политика по развитию и поддержке малого предпринимательства. Наиболее динамично малое предпринимательство развивается в тех странах, где активно используются государственные рычаги регулирования и поддержки малого бизнеса.

     На этапе становления рыночных отношений государственная поддержка - необходимый инструмент развития малого предпринимательства, повышения конкурентоспособности отечественных производителей. Государственная политика должна быть развернута в сторону малого предпринимательства, что предполагает проведение комплекса мер по его поддержке, включающего: разработку государственных программ развития малого бизнеса; создание государственного банка гарантий и развития по поддержке инвестиционных проектов малого и среднего предпринимательства; целевую поддержку отдельных общественно значимых видов предпринимательской деятельности субъектов малого предпринимательства; стимулирование научно-технического и инновационного потенциала малых предприятий; включение предприятий малого бизнеса в систему производственных кооперационных связей с крупными предприятиями; организация сети интеграционных объединений взаимосвязанных предприятий (кластеров); формирование технологических центров, технопарков и бизнес-инкубаторов; поддержку экспортно-ориентированных малых предприятий; создание льготных условий для кредитования и инвестирования в малый бизнес; поддержку региональных предпринимательских проектов, реализуемых в структурно, депрессивных и экономически отсталых регионах с высоким уровнем безработицы; предоставление малым предприятиям субсидий на создание новых рабочих мест; оказание информационно-консультационной поддержки предприятиям малого бизнеса.

     Неразвитость и ограниченность институционально-правовой базы являются сдерживающим фактором развития малого предпринимательства и в целом тормозом экономических реформ в транзитных странах на этапе системной трансформации. Институциональное качество - прозрачность законодательной базы, эффективность государственной политики, уровень администрирования и коррупции, формирование рыночных институтов - заметно отстает от скорости проведения рыночных реформ.

     Можно выделить основные задачи государственной политики развития и поддержки малого предпринимательства:

• Формирование благоприятного инвестиционного климата;
• Создание эффективных механизмов финансирования малого предпринимательства;
• Подключение малых предприятий к системе госзаказов;
• Снижение налоговой нагрузки на предпринимателей;
• Стимулирование инновационной активности малого бизнеса;
• Стимулирование производственной кооперации малых предприятий с крупными предприятиями, встраивание отечественных предприятий в технологические цепочки глобальной экономики;
• Создание сети интеграционных объединений взаимосвязанных предприятий одной технологической цепочки, организация технопарков и бизнес-инкубаторов.

     Потенциал малых предприятий в странах с переходной экономикой далеко не исчерпан. На современном этапе трансформации сохраняет свою актуальность задача поиска эффективных механизмов и инструментов государственной политики по поддержке и стимулированию предпринимательской и инновационной активности малого предпринимательства, повышению конкурентоспособности отечественных производителей и их интеграции в мировую экономику. Контрпродуктивными являются наблюдаемые в последнее время в некоторых постсоциалистических странах с переходной экономикой тенденции к повышению налоговой нагрузки на малые предприятия и сокращению государственной поддержки малого бизнеса. Происходит размывание среднего класса, что на практике ведет к снижению его веса в экономическом развитии транзитных стран. Между тем успех экономических и политических реформ в странах, вставших на путь системной трансформации, включая Россию, напрямую зависит от формирования среднего класса – основы демократического гражданского общества .

ЛИТЕРАТУРА

1. Курс экономической теории: Учебник /Под общ. ред. Чепурина М.Н., Киселевой Е.А. – Киров: АСА, 2004. – 831 с.
2. Экономическая теория: Учеб. для вузов /Под ред. Камаева В.Д. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2003. – 591 с.
3. Виноградов В.В. Экономика России: Учеб. Пособие /В.В. Виноградов. – М.: Юристъ, 2002. – 319 с.
4. Гусейнов Р.М. Два выхода из перехода /Р.М. Гусейнов, Н.Е. Карманова //ЭКО. – 2008. – № 4. – С.21-29.
5. Дашкеев В. Правовые институты и экономический рост в странах с переходной экономикой /В. Дашкеев, М. Спеклер //Общество и экономика. – 2007. – № 2-3. – С.91-110.
6. Дерябина М. Институциональные аспекты постсоциалистического  переходного периода /М. Дерябина //Вопросы экономики. – 2001. – № 2. – С.108-124.
7. Домбровски М. Роль государства в постиндустриальной экономике /М. Домбровски // Общество и экономика. – 2006. – № 5. – С.116-121.
8. Князев Ю. Общемировые тенденции экономического развития и российская самобытность /Ю. Князев //Общество и экономика. – 2003. – № 1. – С.5-30.
9. Кузнецова З. Малое предпринимательство в странах с переходной экономикой: пути стимулирования /З. Кузнецова //Проблемы теории и практики управления. – 2007. – № 10. – С.106-116.
10. Рожкова С.А. Использование мирового опыта государственно-частного партнерства в России /С.А. Рожкова //ЭКО. – 2008. – № 2. – С.104-112.