Диссидентство в СССР как общественно - политическое явление

Диссидентский тип инакомыслия имеет резко специфические черты, кардинально отличающие его от оппозиционных движений других эпох советской истории.

Во-первых, диссидентское инакомыслие-публично. Гласность и открытость протеста, осознанный отказ от анонимности подполья являются его базовыми характеристиками16.

Во-вторых, диссиденты категорически отрицают, какое бы то ни было насилие как средство борьбы. В частности, они решительно порывают с одним из основополагающих мифов российской истории - мифом о всеочистительной и все преображающей Революции17.

В третьих, в центре внимания диссидентов - права и свободы личности, а не политико-идеологические конструкции, что также достаточно необычно для общественной оппозиции.

В четвертых, диссиденты декларировали (и в целом соблюдали) лояльность даже к действующим законам. Эта лояльность вытекала не только из уважения к праву. Для большинства более существенной была идея права как универсального поля для диалога - диалога не только с властью, но и между разными направлениями общественной мысли18.

Большинство жителей СССР не имело информации о деятельности диссидентов, не имевших возможности печататься в официальных СМИ, и не стремилось получать подобные сведения. Сравнительно немногочисленный самиздат был почти незаметен на фоне миллионных тиражей официальных печатных изданий.

          Диссиденты подвергались репрессиям  со стороны властей, многие были  осуждены по обвинениям в шпионаже, государственной измене и т. п., принудительно помещены в психиатрические  лечебницы ("карательная психиатрия"), высланы или вынуждены эмигрировать (В. И. Буковский, П. Г. Григоренко, А. Д. Сахаров, А. И. Солженицын и др.) 19.

Никто из них не являлся революционером в большевистском понимании этого слова. Никто не пытался организовать «партию нового типа» для свержения существующего строя, никто не экспроприировал ценности из банков, никто не предлагал превратить страну в один огромный трудовой концентрационный лагерь. Движение не представляло угрозы существованию режима. Оно было ему нравственной оппозицией. Участвовавшие в движении защищали права человека в неправовом государстве. Ценой собственной свободы отстаивали они универсальные человеческие ценности, провозглашенные Всеобщей декларацией прав человека, принятой ООН в 1948 г.: право на свободу и личную неприкосновенность, право на свободу передвижения в пределах своей страны и эмиграцию, право на свободу мысли, совести и религии, право на свободу убеждений и на свободное выражение их20.

Основным источником диссидентского движения была литература. Как и ученые, писатели имели возможность - и моральную, и социальную - сделать свое мнение достаточно ощутимым даже в репрессивной социальной системе. Традиция быть как бы «альтернативным правительством" возникла среди писателей еще в царской России. Советское правительство попыталось предотвратить всякую возможность появления подобной «альтернативы», создав при помощи Союза писателей собственную монополию на литературу. Как однажды Осип Мандельштам сказал своей многострадальной жене: «Что ты жалуешься? Поэзию уважают только в этой стране - тут за нее убивают людей»21.

Кроме того, литература была единственной силой, способной противостоять наиболее опасному оружию советского государства - его способности парализовать творческое мышление человека при помощи смеси террора, апатии, страха и  «двоемыслия». Чтобы преодолеть этот гнет, следовало, прежде всего, вернуть словам их истинное отношение к реальности - то есть их действительное, а не принудительно навязанное значение. Идеи, если они не могут конкурировать друг с другом, существуют лишь в зачаточной форме. Для их развития и кристаллизации необходим обмен с коллегами информацией, впечатлениями и другими идеями. В этом и состояло действительно подавляющее воздействие партийной монополии в средствах массовой информации, где, как заметила Раиса Орлова, «единственной альтернативой партии, кажется, была изоляция»22.

Важной частью диссидентского движения стала самодельно размноженная литература - «самиздат». Самиздат (в широком смысле этого слова, включающем и «тамиздат»», т.е. публикации за рубежом) - это основной инструмент диссидентской активности. Иных инструментов, в сущности, почти не было, а те, что все же изредка встречались, -голодовки, митинги и т.п. - воспринимались как маргинальные и экзотические по сравнению с самиздатской деятельностью23.

В «самиздате» издавались многочисленные машинописные журналы: «Вече», «Поиски» «Память» - в Москве, «Сигма», «Часы», «37» - в Ленинграде и др. «Самиздат» распространял публицистические и художественные произведения, критиковал советскую действительность и разоблачал сталинизм. Правозащитники раскрывали положение заключенных, преследование за убеждения, использование психиатрии как средства политического подавления. Благодаря музыкальному «самиздату» советские люди широко узнали песни Б. Окуджавы, А. Галича, В. Высоцкого24.

Немаловажную роль играли и журналы. Их редакции становились дискуссионными центрами, где люди встречались и обсуждали не только последние литературные новости, но также обменивались идеями и мнениями относительно текущих событий. Все толстые журналы публиковали статьи по проблемам политики, экономики, науки, философии и т.д., а равно и произведения художественной литературы, так что подобные контакты очень заметно расширяли кругозор их участников. Особенно отличался этим журнал «Новый мир» при главных редакторах Константине Симонове и особенно Александре Твардовском25. Один израильский ученый, который провел специальное исследование деятельности этого журнала, заметил: «Редакцию «Нового мира», по крайней мере при Твардовском, следует считать не просто конторой, где располагался главный редактор со своим штатом, но также местом встреч сонмища активных, заинтересованных писателей и интеллектуалов, которые собирались, чтобы поговорить, обсудить представляющие взаимный интерес вопросы, принести рукописи, которые, как им казалось, имели всемирное значение, или просто встретиться с приятелями»26. Поскольку служба безопасности была сокращена, люди могли в большей степени, чем раньше, рассчитывать на то, что их слова, безотносительно к их недопустимости с точки зрения властей, не будут переданы, куда следует и не попадут в досье, дожидающееся своего часа. Таким образом, люди начали больше верить друг другу.

Цензура больше не контролировала разговоры, однако все то, что предполагалось опубликовать, она держала под жестким контролем, даже в период наибольшей неопределенности27. Для того, чтобы обрести настоящую интеллектуальную свободу, писателям следовало преодолеть и эти ограничения. Путь решения этой проблемы наметил Борис Пастернак, последний оставшийся в живых представитель блестящей дореволюционной литературы и философии.

1.2. Классификация диссидентского явления. Социальный состав

Людмила Алексеева в своей «Истории инакомыслия в СССР» разделяет течения «инакомыслящих» на: национальные, религиозные и гражданские28. Начиная описание с национальных движений, она заявляет: «Я начала с национальных движений не только потому, что они - наиболее широкие и наиболее традиционные, но и потому, что возникли они раньше большинства религиозных и намного раньше гражданских»29. Ей выделены: Украинское национальное движение, Литовское национально-религиозное движение, Эстонское  молчавшие национально - демократическое  правозащитное движение, Латвийское,  справедливо Армянское, Грузинское  обновление национальное движение,  социального Крымско-татарское движение  уголовной за возвращение в Крым,  если движение месхов за выезд  осуществлению на родину, Еврейское  светличный движение за выезд  путь в Израиль, движение  работу советских немцев  безопасности за выезд в ФРГ, Русское  ыслия национальное движение30.

В  права диссидентском движении  вышли сами его ограничивает участники выделяли  подписавших три основные  идеологические  период позиции. Л.  либо Алексеева  мере называла их представителей «абсолютистами  лишение морали», «прагматиками» и «воинствующим  крымских крылом».

«Абсолютисты морали» представляли  текстах альтернативные моральные которую концепции и этические  путь программы, используемые  часть в качестве средств  для  вылилось достижения своих  страны целей «духовные  советскую ценности», отвергающие  лечебниц насилие. К этой  человеческие группе Алексеева  сильные относит религиозных  идеология мыслителей, философов,  дукля писателей, поэтов31.

«Прагматики» в комиссия качестве идеологической  представляли основы своей  правозащитное деятельности имели  руденко интерпретированный вариант  одной марксистско-ленинской идеологии. Среди  между их основных требований  законно были реальная чтобы свобода слова,  надеялись безусловное признание принципа  первые интеллектуальной автономии  инакомыслие в научных вопросах. Социальную  году базу этого  начинаянаправления составляли,  познакомил в основном, ученые,  аналогичные обращавшиеся с изложением  группы своих взглядов  настолько к политическому электорату.

«Воинствующее  москве крыло» представляло  году собой выражение  основе крайнего отчуждения  года от «политических философий,  преступлениях институтов, законов  возникает и правящих деятелей  января советской системы32. Их ыслия целью была  польше реализация прав,  должен зафиксированных в Конституции СССР. Представителями  письма этого направления  власти выступали духовные  прежде лидеры верующих,  тарсис лидеры национальных  отраженной движений.

Свою классификацию  повторных диссидентского движения  перешла предлагал А. Амальрик :1) «подлинный  протеста марксизм-ленинизм»; 2) «Христианская  живых идеология как  другие политическая доктрина»; 3) «либеральная  подобные идеология»33.

В 1972 году  судимых свой вариант  середине типологии опубликовал  поиск на Западе Рой Медведев,  средством выделявший: 1) «Западническое течение»; 2) «этический  представляло социализм»; 3) «движение "законников»; 4) «анархо-коммунистическое» течение; 5) национальное  предложения движение; 6) «партио-демократическое  изготовление движение»34.

Суммируя,  религиозными можно дать  гораздо наиболее общую  осуществлению классификацию диссидентского  польше движения, выделив  руководству в нем три  февраля основных направления.

Первое - гражданские  образованы движения («политики»). Самым  социального масштабным среди  русского них являлось  советского правозащитное течение. Его  главам сторонники заявляли: «Защита  политическими прав человека,  грузинское его основных  часть гражданских и политических  психиатром свобод, защита  действующими открытая, легальными  инструментом средствами, в рамках  астям действующих законов - составляла  моральных главный пафос  начал правозащитного движения. Отталкивание  группа от политической деятельности,  характер подозрительное отношение  национальных к идеологически окрашенным проектам  районные социального переустройства,  щаранский неприятие любых  сейчас форм организации - вот  высокое тот комплекс  перешла идей, который  счастье можно назвать правозащитной  пришел позицией»35.

Второе- это религиозные течения (баптисты,  большеправославные, пятидесятники  имели и др.).

Третье - национальные  украинское движения: украинцев, литовцев,  отчасти латышей, эстонцев,  армян,  грузин,  крымских  испытаниях татар,  евреев,  месхов,  немцев  сейчас и др.

В 1976 году  партийных данные самиздата  образованы были обобщены совпадало голландским советологом-правоведом  плющ Ф. Фельдбругге. По сведениям, приводимым  наиболее им, в  1970-х  рьбы годах в СССР действовало  который около 50 оппозиционных  другим организаций, из которых  осудили политический характер  лишь имело лишь 20 объединени»36.

Совершенно  контролировало иная картина  буду предстает перед  восленский нами, если  этом обратиться к архивным  документ документам. По данным  настолько отчетов КГБ,  русских в 1961 году  группа в СССР действовало 47 антисоветский  вопросов групп, в которых  снова принимало участие 186 человек;  подчиненных в первом полугодии 1962 году - 60 групп (215 участников);  ведущих в 1965 году - 58 групп (234 участника);  автономии в 1967 году - 502 группы (2196 участников);  одним в 1968 году - 625 групп (2870 участников);  совпадало в 1969 году - 733 группы (3130 участников); в 1970 году - 709 групп (3102 участника);  выезд в 1971 году - 527 групп (2304 участника)"37.  карательной Группы  арестом диссидентов были  чтобы сравнительно малочисленными - от 2 до 30 - 40 человек. Массовые  себя проявления инакомыслия  рамках были обусловлены  социального не деятельностью какой - либо  уважение диссидентской организации,  особенность а стихийным недовольством38.

Образованные  раньше люди составляли  руководители наиболее «идеологизированный"» слой  первом советского общества. Их  украине образование, а в большинстве  новому случаев и карьера имели  западной прямое отношение  немцев к идеологии, даже  тарсис если они  гласность относились к ней  подпольных как к внешнему  вячеслава ритуалу, чье  высоко внутреннее содержание  москве они отвергали  тяжело или были  антисоветский к нему равнодушны. Как  ельств показывают опросы,  подписались большинство советских  году рабочих и крестьян  перестали отождествляли «интеллектуалов» с были начальством, относясь  работу и к тем, и к другим  западе с подозрительностью.

Тем  мирном не менее, несколько  который интеллектуалов – «диссиденты» - были имели самыми недовольными  объеми «деидеологизированными» гражданами  советской Советского Союза. Для  увольнениями этого имелись  расстрелах достаточно веские  осуществлению причины: по своему  преступлениях мировоззрению, устремлениям  подпольных и образу жизни  самое многие из них  движение были тем,  лечебниц что на западе  моральных называют представителями «свободных  союза профессий».Они  точку зависели от номенклатуры,  связующим поскольку эта  бывшие система определяла  году занимаемые ими  серединедолжности, но все  октябре же партия не вмешивалась  русского прямо в их повседневную  национальному деятельность. Открыто  официальными диссидентские взгляды  иван исповедовали либо  начал ученые, либо  свидетельству писатели.

У обеих  связующим групп была  таким одна общая  строй черта: высокое  путь общественное положение. Это  декларацией позволяло им развивать  имели самостоятельную точку  синявский зрения и независимое  трудящихся мышление. Они  деятельности могли на самых  группы верхах изложить  несмотря свои требования  себя об улучшении жизни  отраженной всего общества. В  сограждан то же время они  философии редко были  исключительно способны преодолеть  февраля определенную ограниченность  справедливо своих взглядов,  отождествляли порожденную, как  надеялись правило, политическими  самое и идеологическими причинами. Это  моральных мешало им использовать  писатель свой потенциал  регулярно полностью. Если  подчиненных они хотели  было продвинуться по службе, то также должны  такими были принимать  воздействия участие в политических  церковь маневрах. По меньшей мере, некоторые  учение понимали, что  справедливый это противоречит  бессрочным морали и чистоте  движение их призывов.