НЭП и его последствия

Киевская знать и поляне в целом использовали эту новую политическую организацию как средство для получения даней, как источник рабов и военных отрядов, необходимых Киеву для устройства завоевательных походов, обогащавших полянскую общину.

Однако к концу X в. процесс распада усилился настолько, что жестокие карательные меры, как, например, расправа «добропорядочной христианки» Ольги над древлянами, уже не приносили желаемых результатов.

Дело в том, что отдельные племена, являющиеся соответственно частями суперсоюза, не были статичны. Внутри них происходили важные социальные сдвиги, характеризующие начавшиеся процессы разложения родовых коллективов (основным показателем служит здесь появление холопства — рабства соплеменников).

Таким образом, князь Владимир Святославич оказался в сложнейшем положении. Киевская верхушка всеми силами стремилась сохранить свою гегемонию. Действуя по-прежнему мечом, Владимир, видимо, решился объединить государство еще и идеологически.

Именно в этом контексте следует, скорее всего, рассматривать, так называемую, языческую реформу 980 г. До этих пор развитие язычества шло мирным эволюционным путем. Некоторая разница, между язычеством северо-западных районов, где более всех остальных божеств почитался Волос, и территорий Поднепровья, где главенствующую роль играл Перун, не вносила серьезных противоречий.

Но в 980 г. положение изменилось. Владимир собирает в Киеве своеобразный пантеон божеств. Таким образом, реформа была направлена на создание в Киеве своеобразного религиозного центра Древней Руси. Причем ориентация шла на самые широкие слои населения, т.к. находилось святилище практически в центре киевской крепости, месте доступном для всех, а в богослужении участвовали даже дети. О самом процессе отбора божеств в источниках сведения отсутствуют. На сегодняшний момент существуют две наиболее распространенные точки зрения по данному вопросу. Либо Владимир просто создал пантеон самых почитаемых на Руси богов, либо собрал в Киеве верховных божеств основных подчиненных племен, во главе которых поставил Перуна (т.е. создал, так сказать, религиозный аналог древнерусского государства, возглавляемого полянами).

Фигура Перуна вообще достаточно интересна. Как уже упоминалось ранее, боги древнерусского язычества были тесным образом связаны с природными стихиями. Единственный бог, который приобрел определенную социальную направленность был Перун. Первоначально повелитель небесного огня (грома и молний), Перун постепенно становится дружинным богом, своеобразным «русским Марсом». Однако опять же скорее покровителем воинов, а не «нарождающейся феодальной знати». Интересной является точка зрения Аполлона Григорьевича Кузьмина, который пытается по-новому осмыслить теорию. Принимая идею варяжского происхождения княжеского рода Рюриковичей, он делает следующий вывод относительно Перуна. «Он остается... божеством социальной верхушки, в которой заметно влияние пришлых варягов. Облик Перуна, воспроизведенный в пантеоне, довольно ясно указывает на источник: именно так выглядели некоторые боги балтийских славян. Здесь, на Эльбе, еще в VІІІ в. четверг назывался «днем Перуна» — «Перундан»... и далее — «а потому приходится думать, что культ Перуна на Руси не имел того общего значения, которое признается за Дажьбогом и некоторыми другими божествами. На Перуна опиралась дружина. Основная же масса населения смотрела на него как на грозного, но все-таки не слишком симпатичного бога». Так или иначе, но Перун действительно воспринимался как грозный бог, покровительствующий воинам-дружинникам и вообще полянам.

В целом попытка Владимира наложить твердую религиозную иерархию на такое шаткое объединение, каким являлась Русь X в., изначально была обречена на неудачу. Процесс распада родоплеменных отношений был исторически закономерен и неотвратим. К тому же сама реформа не только не снимала противоречий в отношениях между Киевом и подчиненными племенами, но еще более усугубляла их, ибо к политической она добавляла еще, в какой-то мере, и религиозную диктатуру. После 980 г. столкновения с «примиренными» племенами продолжались. Видя безрезультатность реформы, Владимир, по всей видимости, начал поиск новой идеологической основы.

Таким образом, обращение к православию имело своей первопричиной сложную политическую ситуацию на Руси в X в. Новая религия должна была спаять разваливающееся государство, придать ему некоторую стабильность. Православие, как это уже отмечалось, было известно на Руси давно, что было обусловлено довольно тесными русско-византийскими связями, политическими, экономическими, а к моменту крещения еще и родственными (Владимир женился на сестре византийского императора).

Большую роль сыграло и то обстоятельство, что к 988 г. Киевская Русь оказалась перед серьезной внешнеполитической угрозой: набеги печенегов становились все чаще и разрушительней. Понятно, что в таких условиях дружеские отношения с Византийской империей были чрезвычайно желанны. С другой стороны, сила и значимость российского государства возросли настолько, что принятие православия уже не грозило поставить Россию в положение вассала. Вассальная зависимость распространилась только на сферу деятельности церкви.

Однако, не смотря на массу позитивных моментов, которые сулило крещение, русский князь долго колебался, выбирая наиболее «подходящую» религию для своего беспокойного государства.

Об этом довольно ясно говорится в Повести временных лет. Трудно сказать, было ли «испытание веры» в действительности или это лишь прием летописца. Но альтернативы византийскому православию безусловно существовали (например, римско-католическая церковь, еще долго, вплоть до XVII в. не оставлявшая своих притязаний на духовное владычество в России). Но Владимиру, который был по образу жизни, если можно так выразиться, классическим язычником, более импонировал определенный демократизм православия, чем строгость и сухость католицизма. И все же... На Руси, с ее крепким вечевым строем, князь не мог принять столь важное решение единолично. Согласно Повести временных лет, Владимир советуется с боярами и старейшинами. Но и они не торопятся «проникнуться благодатью», а предлагают князю послать в Византию 10 наиболее славных и умных мужей. А далее следует очень важное замечание: «и понравилась речь их князю и всем людям». Т.е. можно предположить, что обсуждение возможности крещения происходило при большом скоплении людей (иначе — на вече).

Посланцы, выполнив поручение, вернулись в Киев и поведали о своих приключениях. Причем все их замечания и отзывы носят чисто языческий характер. Русов восхитило великолепие храмов, пышность и красота обрядов. Что же касается христианской философии, слова Христова, идейной основы, то об этом не было сказано ни слова. Это и понятно, т.к. посланники были язычниками, а в языческих культах основное место всегда занимала именно обрядовая сторона.

Но даже после столь лестных отзывов своих послов Владимир продолжал тянуть с крещением. Однако, согласно летописи, в 988 г. он все-таки решился.

Язычество на Руси было развивающейся религией. Поэтому правящая верхушка Руси изначально пыталась найти опору государственной власти в язычестве. Но когда стало понятно, что удержать таким образом все племена вокруг единого центра невозможно, пришлось искать стержень извне. Также принятию христианства способствовала ситуация во внешней политике. Руси было выгодно принять христианство, так как благодаря этому укреплялись контакты с Византией. Также импонировало русской власти и подчинение церкви государству.

§2. Процесс принятия христианства на Руси

Первые христиане на Руси

Считается вполне установленным фактом, что князья Аскольд и Дир c «болярами» и некоторым количеством народа приняли крещение в Киеве от епископа, посланного Константинопольским Патриархом Фотием I в начале или середине 860-х годов, вскоре после похода русов на Константинополь в 860 году, по другим источникам — во времена Василия I (867—886) и патриарха Игнатия (867—877). Эти события иногда именуют первым (Фотиевым, или Аскольдовым) крещением Руси.

Во времена правления князя Игоря, о чем свидетельствует текст договора Руси с греками — христианской была часть варяжской княжеской дружины. Причем летописец подчеркивает: "Было много христиан среди варягов". Более того, у русов-христиан была и своя соборная церковь в Киеве — церковь св. Ильи. При этом в составе русов оставалось и много язычников. Впрочем, против греков и русы-христиане и русы-язычники выступали совместно, и никаких противоречий на религиозной почве внутри "рода русского" не было. Единственное различие — русы-христиане приносили клятву именем христианского Бога, а русы-язычники клялись своим богом Перуном и своим же оружием. Откуда могли появиться христиане в Киеве? Скорее всего, это были те самые русы, которые в 40-х годах X века переселились в Приднепровье из Моравии. Только они могли создать большую христианскую общину в столице Киевской Руси. Именно к середине X в. относятся погребение по христианскому обряду, в массовом порядке появившиеся в Киеве и находящие аналогии только в христианских погребениях Моравии.

Затем, в 959 г. княгиня Ольга побывала в Византии и там крестилась в христианскую веру, получив в крещении имя Елены. Правда, сын Ольги, князь Святослав, не захотел принимать христианской веры и до конца жизни оставался язычником. Убежденным язычником в первые годы правления был и князь Владимир Святославич. Более того, Владимир провел реформу русского язычества. Как рассказывает летопись, сразу же после вокняжения Владимир установил на киевском холме, близ своего дворца, изображение шести языческих богов — Перуна, Хорса, Даждьбога, Стрибога, Симаргла и Мокошь. Это языческое капище получило позднее в науке наименование "Пантеона Владимира", в котором главным богом киевский князь объявил Перуна. Таким образом, он объединил различные языческие культы жителей Киевской Руси под главенством бога княжеской дружины Перуна, а Киев превратился в главный культовый центр всей Киевской Руси.

Смысл языческой религиозной реформы Владимира вроде бы ясен — оказавшись во главе государства, он попытался создать единую систему языческих верований и единую иерархию богов, отвечавшую государственным интересам. Видимо, сама языческая религиозная реформа была направлена против усилившейся в Киеве христианской общины, и в этом отношении Владимир следовал заветам своего отца Святослава. Следовательно, после смерти Ольги в Киеве начались гонения против христиан. Впрочем, христианская община вновь усилилась при Ярополке, а христиане поддерживали этого князя. Поэтому, вполне возможно, что киевский храм разрушил именно Владимир, победивший брата Ярополка и видевший в христианах своих врагов. В таком случае, использование обломков христианской Церкви для создания языческого святилища имело глубокий символический смысл. В начале своего правления Владимир рассматривал христианство как однозначно враждебную религию. По сути дела, Владимир целенаправленно противопоставил христианству организованный языческий культ, который и должен был стать государственной религией Киевской Руси.

Долго оставался Владимир язычником и в личной жизни. Он имел пять законных жен — полочанку Рогнеду, некую чешку, "грекиню", вдову убитого Ярополка, еще одну "чехиню", а последней его женой стала византийская царевна Анна. Кроме того, у князя были еще сотни наложниц. От законных жен Владимир имел двенадцать сыновей и, по меньшей мере, девять дочерей.

При Владимире в Киеве впервые произошла попытка человеческих жертвоприношений. Повесть временных лет сообщает, что в 983 г. князь Владимир Святославич вернулся из победного похода на ятвягов. В честь победы решили принести жертвы языческим богам. Старцы и бояре бросили жребий на отроков и девиц — на кого укажет жребий, того и нужно было принести в жертву. Жребий выпал на варяга-христианина, но его отец отказался отдать сына. Тогда возбужденная толпа убила обоих.

Историки связывают эти трагические события в Киеве с восстанием славян-язычников в Южной Прибалтике, которое произошло как раз в 983 г. против насильственной христианизации. Видимо, киевские язычники продолжали поддерживать связи с прибалтийскими славянами, чья ненависть к христианам нашла отклик и в Киеве.

А летопись варяга и его сына называет праведниками, приравнивая их к святым мученикам. Таким образом, варяг и его сын исторически стали первыми на Руси мучениками за христианскую веру. Известно, что в Ростове еще в XIII в. отец и сын варяги почитались как первые русские святые. Однако официально канонизированы они были гораздо позднее времени своего подвига под именами Феодора и Иоанна, но время канонизации неизвестно. В современном месяцеслове Русской Православной Церкви отец и сын варяги справедливо возведены в чин "первомучеников". Их церковная память отмечается 12 (25) июля.

Крещение Владимира

На первых порах все новые черты христианской религии, конечно, не могли себя проявить полностью. Поначалу перед русским правительством стояли чисто практические вопросы: как использовать принятие христианства для возвышения престижа Руси и авторитета династии? Византия же стремилась христианизировать Русь для того, чтобы оказывать на неё политическое влияние и обезопасить себя от русских набегов.

С этими прямо противоположными целями начали Русь и Византия в 987 г. переговоры, в ходе которых Империя просила у Руси помощи против мятежников. Была затронута и проблема крещения. На этих переговорах Владимир потребовал себе в жёны сестру императора Василия ІІ принцессу Анну. Это могло бы сильно возвысить государственный престиж Руси в Европе и Азии, укрепить авторитет династии внутри страны. Не случайно многие монархи Европы и Азии стремились породниться с византийским императорским домом.

Византийцы, нуждавшиеся в русской помощи, согласились с требование Владимира, но предложили ему принять крещение. Владимир согласился. Русский отряд был направлен в Византию, и антиправительственный мятеж подавлен. Но когда опасность миновала, греки не торопились выполнять договор о браке Анны и Владимира. Ситуация резко изменилась. Владимир собрал рать и в 988 г. двинулся на центр византийских владений в Крыму – Херсонес (Корсунь).

Осада продолжалась несколько месяцев. В конце концов с крепостных стен в стан Владимира была пущена стрела, к которой была прикреплен записка. В ней говорилось, что для взятия города необходимо перекрыть водопровод, который находится к востоку от городских стен. Стрела была послана от имени священнослужителя Анастаса. Воины Владимира нашли трубопровод и перекрыли его. Вскоре изнемогающие от жажды жители города сдались на милость победителя.