Особенности правового регулирования авторского права

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

       Экономика России находится  на чрезвычайно ответственном  этапе  становления рыночных отношений, эффективность  которых подтверждена мировой практикой. Этот этап отличается большим своеобразием и не имеет исторических аналогов. Ни одна страна мира не осуществляла подобного рода преобразований по переходу от административной системы к экономике, базирующейся на предпринимательской инициативе и косвенном государственном регулировании, на механизме конкуренции, обеспечивающей социально-экономический отбор наиболее эффективных предприятий с наименьшими издержками производства и в то же время наиболее полно удовлетворяющими рыночные потребности.

       В связи с этим идут активные поиски выхода из экономического кризиса, и  может оказаться полезным зарубежный опыт использования методов стимулирования экономики.

       Опыт  экономически развитых стран свидетельствует, что экономический прогресс общества в основном обеспечивается на базе инноваций, которые являются результатом соединения возможностей НТП с экономическими потребностями. Инновационный процесс осуществляется без привлечения дополнительных ресурсов, прежде всего, в результате более полного использования имеющегося экономического и научного потенциала.

       Анализ  нововведений и конкурентоспособности  отечественной продукции на мировом рынке требует форсированного развития инноваций в базовых отраслях промышленности.

       Переход России к частной собственности  и рыночной экономике с объективной  необходимостью потребовал реформирования в этом же направлении правовой базы тех общественных отношений, которые связаны с охраной и использованием результатов интеллектуальной деятельности.

       Одним из главных показателей цивилизованности общества во все времена было и  продолжает оставаться сейчас то, какое  внимание уделяется в нем развитию науки, культуры и техники. От того, насколько значителен интеллектуальный потенциал общества и уровень его культурного развития, зависит, в конечном счете, и успех решения стоящих перед ним экономических проблем. В свою очередь наука, культура и техника могут динамично развиваться только при наличии соответствующих условий, включая необходимые правовые предпосылки. К их числу, безусловно, следует отнести законодательное закрепление таких нормативных правил, которые адекватны складывающимся в обществе товарно-денежным отношениям.

       Результаты  интеллектуальной творческой деятельности занимают особое место среди объектов гражданского права и традиционно подразделяются на две основные сферы прав: авторское право и промышленную собственность.

       Интеллектуальная  собственность – исключительное право физического или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ и услуг (фирменное наименование, торговый знак и т.п.). Большинство объектов интеллектуальной собственности как результаты творческого труда имеют авторов, чьи имена сопровождают данные объекты. Товарные знаки и иные обозначения индивидуализируют субъекты и продукты обычного труда – товары, услуги.

       Главная задача авторского права и промышленной собственности (интеллектуальной собственности) - защита прав авторов и патентообладателей и пресечение недобросовестной конкуренции. 
 
 
 
 
 
 

       1. Генезис понятия ”интеллектуальная собственность”

       Среди объектов гражданских прав, т.е. тех  материальных и духовных благ, по поводу которых субъекты гражданского права вступают между собой в правовые отношения Гражданский кодекс Российской Федерации называет результаты интеллектуальной деятельности (в том числе исключительные права на них). Одновременно законодатель использует для их обозначения такое собирательное понятие, как интеллектуальная собственность.

       В обобщенном виде содержание данного  понятия раскрывает ГК РФ: «в случаях и в порядке, установленных настоящим Кодексом и другими законами, признается исключительное право (интеллектуальная собственность) гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполненных работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания и т.п.).

       В отечественной юриспруденции, равно  как и в зарубежной юридической  науке, наметились два основных подхода  к рассматриваемому понятию. Одни ученые приветствуют закрепление в законе данного понятия и не усматривают в использовании законодателем термина «интеллектуальная собственность» каких-либо элементов ненаучного подхода. По мнению других ученых, данный термин является изначально неточным и ненаучным, в связи с чем он может применяться лишь в политических актах, но никак не в правовых нормах, имеющих практическую направленность.

       Следует отметить, что данный спор возник не сегодня, а уходит своими корнями  еще к концу 19 века. Уже тогда понятие интеллектуальной собственности и его составляющие — литературная (художественная) и промышленная собственность — которые широко использовались в законодательстве многих стран мира и в важнейших международных конвенциях, подвергались резкой критике со стороны ряда известных ученых. Однако прежде чем обратиться к анализу доводов, приводимых обычно сторонниками и противниками рассматриваемого понятия и, надо сказать, мало изменившихся за прошедшее столетие, целесообразно хотя бы вкратце осветить генезис понятия «интеллектуальная собственность».

       Происхождение самого термина «интеллектуальная  собственность» обычно связывается  с французским законодательством  конца 18 века, что во многом является справедливым. Действительно, традиция проприетарного подхода к авторскому и патентному праву не только родилась во Франции, но и опиралась в своей основе на теорию естественного права, которая получила свое наиболее последовательное развитие именно в трудах французских философов-просветителей (Вольтер, Дидро, Гольбах, Гельвеций, Руссо).

       Так, во вводной части французского патентного закона от 7 января 1791г. говорилось, что «всякая новая идея, провозглашение и осуществление которой может быть полезным для общества, принадлежит тому, кто ее создал, и было бы ограничением прав человека не рассматривать новое промышленное изобретение как собственность его творца». Логическим следствием такого подхода стало закрепление во французском законодательстве понятий литературной и промышленной собственности. Справедливости ради нужно отметить, что еще раньше идея об авторском праве как «самом священном виде собственности» была воплощена в законах некоторых штатов США. Так, в законе штата Массачусетс от 17 марта 1789г. указывалось, что «нет собственности, принадлежащей человеку более, чем та, которая является результатом его умственного труда». Аналогичные конструкции были закреплены также в законодательстве Саксонии, Пруссии, Дании, Норвегии и ряда других стран.

       Родиной первых авторского и патентного законов в их современном смысле по праву считается Англия. Именно здесь еще в 1623 г. при короле Якове Стюарте был принят «Статут о монополиях», которым провозглашалось исключительное и независимое от воли короля право каждого, кто создаст и применит техническое новшество, монопольно  пользоваться в течение 14 лет выгодами и преимуществами, доставляемыми таким новшеством. В 1710 г. в Англии появляется и первый авторский закон, известный под названием «Статут королевы Анны», которым автору предоставлялось исключительное право на публикацию произведения в течение 14 лет с момента его создания с возможностью продления этого срока еще на 14 лет при жизни автора. Вслед за Англией патентные и авторские законы были приняты в ряде других европейских стран и в США.

       Оценивая  значение этих первых законов, следует  отметить, что основной их целью было ограждение интересов издателей и промышленников. Как правило, именно они, а не авторы и изобретатели выносили на рынок результаты творческого труда и потому нуждались в монополии на их реализацию.

       Подход  к авторскому и патентному праву  как к собственности получил наибольшее распространение в XIX веке. Авторские и патентные законы большинства европейских стран в той или в иной степени приравнивали права создателей творческих достижений к праву собственности, а иногда и прямо относили их к движимому имуществу. В 1883 г. была принята Парижская конвенция по охране промышленной собственности, которая продолжает оставаться важнейшим международным соглашением в области охраны промышленных прав. Традиция проприетарного подхода к авторскому и патентному праву достаточно сильна и в настоящее время. Термин «интеллектуальная собственность» широко используется в законодательстве, в научной литературе и в практике многих стран. В 1967 г. в Стокгольме была подписана Конвенция, учреждающая Всемирную организацию интеллектуальной собственности (ВОИС), в соответствии с которой объектами охраны являются права, относящиеся к конкретным результатам творческой деятельности в производственной, научной и художественной областях.

       Однако, как уже отмечалось, несмотря на свое широкое распространение, понятие интеллектуальной собственности практически сразу же с момента своего появления подверглось критике со стороны многих ученых. Противники данного понятия обычно указывали и продолжают подчеркивать в настоящее время, что нельзя отождествлять правовой режим материальных вещей и нематериальных объектов, каковыми являются по своей сути авторские произведения и различные технические новшества; что в отличие от права собственности, которое в принципе бессрочно и не подвержено каким-либо территориальным ограничениям, права авторов, изобретателей и их правопреемников изначально ограничены во времени и в пространстве; что авторские и патентные права защищаются с помощью совершения иных правовых средств по сравнению с теми, которые применяются для защиты права собственности; что право на творческий результат неразрывно связано с личностью его создателя и т.п. Реагируя на эти в общем-то справедливые замечания, сторонники теории интеллектуальной собственности стали подчеркивать, что речь в данном случае идет о собственности особого рода, которая требует специального регулирования в виду ее нематериального характера, из-за того, что объектами права собственности владельцев патентов, субъектов авторского права и товарных знаков являются неосязаемые и бестелесные вещи.

       Свое  логическое завершение подобный подход нашел в теории интеллектуальных прав, в соответствии с которой права авторов, изобретателей, патентообладателей и т.д. должны быть признаны правами “sui generis”, т.е. правами особого рода, находящимися вне классического деления гражданских прав на: вещные, обязательные и личные. Теория особых интеллектуальных прав, многие сторонники которой вообще выступают против использования термина «интеллектуальная собственность», является в наши дни одной из наиболее распространенных.

       В этой связи небезынтересно проследить за тем, как менялось отношение к понятию интеллектуальной собственности в отечественном законодательстве и в юридической науке. Российское законодательство 19 века прямо относило права авторов, изобретателей, владельцев фабричных рисунков и моделей и т.д. к праву собственности. В частности, содержание прав авторов раскрывалось в примечании к статье 420 т.10 ч.1 Свода законов Российской Империи, которая давала общую характеристику права собственности. Попытки подвести права на творческие достижения под вещное право предпринимались также при составлении проектов Гражданского Уложения и специальных законов об охране прав на творческие результаты, которые разрабатывались в России в конце 19 — начале 20 веков. Однако, уже тогда такой подход был отвергнут, так как большинство ученых высказывалось в пользу использования в законодательстве более точного термина «исключительные права». Понятия литературной и промышленной собственности практически перестали применяться для обозначения авторских, изобретательских и патентных прав, а если и использовались, то в основном в качестве объекта для критики. Отношение к понятию интеллектуальной собственности в советский период развития российского законодательства было однозначно отрицательным. Помимо ссылок на его неточность, большинство авторов подчеркивали еще и буржуазную, эксплуататорскую сущность данного понятия. Единственное исключение в этом плане составляли нормы авторского права, которые были сосредоточены в специальном законе, а с середины 60-х годов — в особом разделе Гражданского кодекса РСФСР 1964г.     

       Впервые после длительного перерыва термин «интеллектуальная собственность» появился в Законе СССР «О собственности в СССР» от 6 марта 1990 г. В ст.2 данного закона, посвященной законодательству о собственности, было указано, что «отношения по созданию и использованию изобретений, открытий, произведений науки, литературы, искусства и других объектов интеллектуальной собственности регулируются специальным законодательством Союза ССР, союзных и автономных республик». Принятый вскоре Закон РСФСР «О собственности в РСФСР» от 24 декабря 1990 г.  наряду с повторением в п.4 ст.1, в сущности, той же мысли, в ч.2 п.4 ст.2 дополнительно разъяснял, что «объектами интеллектуальной собственности являются произведения науки, литературы, искусства и других видов творческой деятельности в сфере производства, в том числе открытия, изобретения, рационализаторские предложения, промышленные образцы, программы для ЭВМ, базы данных, экспертные системы, ноу-хау, торговые секреты, товарные знаки, фирменные наименования и знаки обслуживания». Оставляя в стороне вопросы об уместности помещения данной нормы в Законе о собственности и корректности перечня названных в ней объектов правовой охраны, отметим лишь, что с самого начала и союзное, и российское законодательство исходили из того, что интеллектуальная собственность на результаты творческой деятельности и иные приравненные к ним объекты, с одной стороны, и собственность на имущество, с другой стороны, являются хотя и близкими, но разными правовыми институтами.