Опыт Германии: единое государство, единый народ, единое специальное образование

      Можно сделать еще одно предположение, почему Германия, особенно Пруссия, были так озабочены дифференцированным образованием молодежи: страна готовилась к тотальной войне и нуждалась  в сильной, хорошо обученной армии. Не случайно ряд циркуляров, регламентировавших работу вспомогательных школ, вышел  из стен военного министерства и министерства внутренних дел. Так циркуляр 1906 г. предписывал директорам вспомогательных школ ежегодно представлять в призывные пункты списки выпускников с аттестатами и медицинскими свидетельствами. Очевидно, что это указание невозможно выполнить, если не организована четкая диагностика и медико-педагогическое наблюдение за всеми учащимися.

      Итак, целенаправленная деятельность немецких прежде всего прусских монархов по объединению земель и сплочению  нации в единое государство, привела  их естественным образом к идее введения всеобщего обязательного образования  и воинской повинности, что в свою очередь потребовало разработки соответствующего законодательства, организации  сети государственных учебных заведений (школ, университетов), целенаправленной подготовки учителей. В этом контексте  столь же естественным и необходимым  оказался следующий шаг: введение государственного специального обучения. Подобное явление  можно кратко охарактеризовать, перефразировав популярный немецкий лозунг: «Единое  государство, единый народ, единое специальное  образование».

      Анализ  опыта Германии позволяет выдвинуть  гипотезу о том, что успешный переход  от практики индивидуального обучения глухих, слепых и умственно отсталых детей к открытию отдельных специальных  школ, а затем к созданию сети образовательных учреждений возможен при определенных условиях, сочетание  которых является обязательным:

      1. Правительство должно осознавать  целесообразность организации специального  обучения и законодательно подтверждать  инициативы в области социальной  политики и образования.

      2. Экономика страны должна располагать  достаточными материальными ресурсами  для финансирования специальных  учреждений, либо в стране должно  существовать законодательно оформленное,  стабильное светское и церковное  филантропически-благотворительное  движение

      3. Общество должно лояльно относиться  к инвалидам, понимать целесообразность  обучения аномальных детей и  не препятствовать инициативам  по организации специального  образования.

      4. В стране должны быть научные  лидеры, выдвигающие концепции обучения  лиц с отклонениями в развитии  и имеющие ясное представление  об организационных формах специального  образования.

      В описываемый период в Германии совпали  все четыре условия, необходимые  для становления и развития системы  специальных образовательных учреждений:

      1. Государство считало необходимым  организацию обучения глухих, слепых  и умственно отсталых детей  по следующим причинам:

      • экономическим (правительство сочло  более выгодным создание параллельной образовательной системы (специальных  школ) для обучения аномальных детей  по специальным программам с тем, чтобы впоследствии они могли  прокормить себя и стать полезными  обществу;

      . военно-политическим ( занятое военным  строительством государство заботилось  о боеспособной, хорошо обученной  армии, что потребовало ужесточения  отбора призывников и одновременно  организации сети специальных  школ для умственно отсталых);

      • идеологическим (государственная религия  предписывала заботиться о страждущих).

      2. Во второй половине XIX в. происходит  оживление национальной экономики,  что создает необходимые финансовые  условия для реализации государственной  политики в области специального  образования, социальной защиты  инвалидов.

      3. В сознании немецкого общества  происходят важные перемены, оно  осознает необходимость обучения  всех без исключения детей,  «полезность и выгодность» обучения  аномальных.

      4. Германия XIX - начала XX вв. переживает  подъем национального духа, науки  и культуры; большое число педагогов,  священнослужителей, врачей одержимы  христианско-филантропическими идеями  призрения и образования аномальных  детей; формируются национальные  концепции и научные школы  сурдопедагогики, тифлопедагогики  и олигофренопедагогики. 

 Немецкая  специальная школа после Первой мировой войны

      «В  Германии после, Первой мировой войны начался новый, еще более бурный, чем в первое десятилетие XX в., рост сети вспомогательных школ. Происходило стремительное развитие организационной, педагогической и научно-исследовательской работы в области обучения и воспитания умственно отсталых детей. Характер вспомогательной школы постепенно менялся в связи с тем, что в обычной школе резко снизился уровень успеваемости учащихся и возросло число второгодников. Состав учащихся вспомогательных школ стал расширяться за счет детей, не успевающих в обычной школе по причинам, не связанным с умственной отсталостью... Во вспомогательную школу направлялись и психопаты, а нередко и просто беспризорные. Таким образом, вспомогательная школа стала служить главным образом цели облегчения работы обычной школы. Число детей, обучающихся во вспомогательной школе, в некоторых городах доходило до 5 - 7% от общего количества школьников... Окончившие обычную восьмилетнюю школу могли продолжать обучение до 17 лет в школе высшей ступени. Это право распространялось и на окончивших вспомогательные школы. По аналогии с нормальными детьми для них были созданы вспомогательные школы высшей ступени. Это нововведение было вызвано тем, что процесс стабилизации производства после войны в Германии требовал все больше рабочих рук... Вспомогательная школа высшей ступени ставила своей целью подготовить рабочих... К 1927/28 учебному году вспомогательные школы имелись в 750 городах, в них обучалось 71 902 человека» [28, с. 140]. 

 Немецкая  специальная школа на рубеже Второй мировой войны

      С установлением фашистской диктатуры (1933) управление образованием было централизовано и подчинено министерству народного просвещения и пропаганды. В начальной школе были введены отдельные классы для успевающих и неуспевающих, а срок обучения в средней школе сокращен. Идеи фашизма и традиции немецкой национальной системы специального образования оказались несовместимы.

      «Гуманные рассуждения о необходимости  заботы о слабых и обездоленных рассматривались как проявление гнилой сентиментальности, чуждой духу национал-социализма. Юридически деятельность вспомогательных школ была разрешена, но на местах рьяные национал-социалисты с помощью штурмовиков закрывали эти школы, поскольку в них воспитывались люди, жизнь которых не представляет никакой ценности... Начали осуществляться мероприятия по «оздоровлению» потомства арийской расы. В Германии стала проводиться массовая стерилизация умственно отсталых. Прогрессивные педагоги Германии всячески стремились снять с детей роковое клеймо «умственно отсталый», которое обрекало их на эту операцию. Они вычеркивали из личных дел учащихся этот диагноз» [28, с. 140].

Итак, можно видеть, что в период 1914-1939 гг. государство перестает заботиться о развитии специального образования.

      В первые послевоенные годы в Германии число вспомогательных школ формально  возросло, но это было связано не столько с заботой об умственно  отсталых, сколько с решением государства  вывести из общеобразовательных  школ стойко неуспевающих, а также  «психопатов и просто беспризорных». В результате специальная школа, задуманная и созданная как учреждение для обучения умственно отсталых и их социальной реабилитации, превратилась в своеобразную резервацию для социально  неблагополучных детей.

      Опыт  Германии 30 - 40-х. годов показывает, что  смена государством идеологической доктрины может не только остановить развитие системы специального образования, но и фактически лишить лиц с отклонениями в развитии уже завоеванных гражданских прав. Фашистская идеология почти в одночасье вернула эту часть населения в атмосферу средневековья с ее институтом инквизиции и «охотой на ведьм». За короткий исторический срок фашистское государство не только разрушило одну из лучших в мире систем специального образования, но и сумело убедить большую часть населения в нецелесообразности ее существования. В этот период интересы «неполноценных людей» продолжала защищать лишь немногочисленная группа педагогов и ученых.

      На  примере фашистской Германии можно  видеть, как быстро идеи гениев эпох Ренессанса и Просвещения о естественном равенстве и праве, казалось бы воспринятые и присвоенные сознанием западноевропейцев, померкли перед идеями о сверхчеловеке, высших и низших расах. Идеологическая попытка вновь разделить людей на «полноценных» и «неполноценных» отбросила немецкое общество в эпоху спартанских законов Ликурга и средневековой борьбы с еретиками.

      Казалось  бы, человечество должно было извлечь  исторические уроки: уничтожение лиц  с выраженными отклонениями в  развитии является пусковым механизмом для столь же безжалостного уничтожения других групп населения по религиозным, политическим, идеологическим, расовым, национальным, моральным и другим многочисленным, легко формулируемым резонам.

      Немецкое  общество не усвоило жестокого урока, и история повторила его вновь. После того как в Германии была реализована директива об эфтаназии находящихся в государственных учреждениях глубоко умственно отсталых и сумасшедших, были закрыты вспомогательные школы и проведена массовая стерилизация их воспитанников, начались (1938) чудовищные медицинские опыты над людьми, и первыми жертвами этих «экспериментов» стали немецкие заключенные [18].

      Геноцид XX в. со всей очевидностью продемонстрировал  миру, как коротка дорога от идеи целесообразности уничтожения аномальных людей до физического уничтожения целых стран и народов.

      Если  промежуток времени между двумя  мировыми войнами оставил в истории  специального образования сверхдержав  драматические факты, то в странах, появившихся на политической карте Европы после Первой мировой войны, этот отрезок времени характеризуется противоположной тенденцией. В государствах Восточной Европы начинается организация обучения детей с отклонениями в развитии.