Присоединение Прикубанья к России

Присоединение Прикубанья к России

Международная обстановка в 70-х - начале 80-х годов XVIII в. была более чем благоприятной для реализации Россией поставленных задач.

Франция - главный противник России в русско-турецких разногласиях - была занята внутренними событиями: в стране складывалась революционная ситуация.

С Англией был заключен торговый договор, способствовавший улучшению русско-английских отношений. А война Англии с североамериканскими колониями отвлекала ее внимание от политической борьбы в Черноморском бассейне.

После Семилетней войны Россия проводила политику сближения с Пруссией, которая вылилась в оборонительный союз. Одна из секретных статей договора предусматривала получение Россией денежной субсидии от Пруссии в случае войны с Турцией.

С Австрией, как и с Пруссией, Россия заключила предварительное соглашение о территориальном разделе Польши.

С Данией Россию связывал оборонительный договор, в котором был пункт о помощи России в случае ее войны с Турцией. А в 1780 г. была заключена конвенция о защите нейтрального кораблеплавания, соединившая еще и торговые интересы России и Дании. Швеция так и не смогла подняться после поражения в Северной войне.

В 1780 г. в связи с англо-американской войной Россия выступила инициатором морского вооруженного нейтралитета, который поддержали Североамериканские Соединенные Штаты, Франция, Испания и Нидерланды. Декларация о вооруженном нейтралитете продемонстрировала, какого большого влияния и значения добилась Россия в области международных отношений.

Политическая обстановка в Персии (ныне Иран) также была на руку царскому правительству. После смерти персидского правителя страна находилась в огне междоусобной борьбы за власть, что доставляло пограничным с Персией турецким областям немало хлопот.

Не лучшая обстановка была в Турции. Освободительное движение угнетенных Портой народов, постоянные межфеодальные распри осложнялись выступлениями народных низов в империи. Нередко волнения охватывали и столицу, как это было, например, в августе 1782 г., после огромного пожара в Стамбуле. Все это отвлекало внимание султанского правительства от внешних событий. В ином положении находилась Российская Империя. Угроза предстоящей войны не пугала Россию, сознававшую свой высокий авторитет в Европе и военное превосходство над Турцией.

В начале 1783 г. Г. А. Потемкин вызывает к себе на совещание в г. Херсон А. В. Суворова и атамана Войска Донского А. И. Иловайского. Совещание было посвящено вопросам подготовки предстоящего присоединения Прикубанья к России. А. В. Суворову было приказано привести в полную боевую готовность Кубанский корпус, а А. И. Иловайскому - усилить суворовские войска 17 казачьими полками. Кубанский корпус в это время находился на Дону, куда из Херсона и вернулся А. В. Суворов, ожидая дальнейших указаний.

В начале апреля 1783 г. Екатерина II сообщила Г. А. Потемкину о решении присоединить к России немедленно полуостров Крым, Тамань, Прикубанье и рекомендовала "стараться в Крыму, Тамани и на Кубани устраивать как порядочные и образу мыслей и жития новых наших подданных свойственное земское правление, так особливо военную стражу и оборону". Организацию земского управления Екатерина II намечала осуществить после приведения татар и ногайцев к присяге.

Для присоединения Крыма и Прикубанья к России необходимо было уговорить хана отречься от престола, что не без труда удалось сделать Г. А. Потемкину.

8 апреля 1783 г. был опубликован царский манифест о присоединении Крыма, Тамани и Кубанского Правобережья к России. Издавая этот документ, царское правительство учитывало возможность русско-турецкой войны. Но Россия была подготовлена к ней, и, по мнению Екатерины, эта готовность должна была поколебать решимость Турции. По подсчетам царской канцелярии, пресловутая "независимость" крымских татар стоила России 7 млн. рублей, не считая материальных и людских потерь. Поэтому русское правительство заявило о своем праве присоединить Крым и Прикубанье, тем более что продолжавшиеся провокации Турции ставили под угрозу независимость Крымского ханства и спокойствие России. Все это было объяснено правительству султана русским послом в Константинополе, которому для лучшего ведения дела были посланы соответствующие наставления и деньги "на обращение в пользу личного лакомства [подкупа] турецких министров, если только оные с небрежностью успеха в игру ввести можно".

В рескрипте, данном Екатериной II 8 апреля на имя Г. А. Потемкина, особое внимание уделялось Шагин-Гирею. Ему разрешалось набрать из татар и закубанцев отряд и отправиться в Персию для захвата там власти и создания себе владения, не меньшего по территории, чем Крымский полуостров. Со своей стороны царское правительство обещало ему помощь в этом мероприятии. Кроме того, ему назначалась пенсия в размере 200 тыс. рублей в год.

После опубликования манифеста многие ногайские мурзы стали готовить свои аулы к уходу за Кубань, куда их усиленно приглашали турецкие агенты, пугая властью России. В апреле 1783 г. Г. А. Потемкин отдает распоряжение командирам корпусов быть готовыми к приведению новых подданных к присяге на верность России. Для проведения ритуала присяги А. В. Суворов собирает свои части к Ейскому укреплению и просит атамана А. И Иловайского прислать ему еще 2 полка. А. И. Иловайский тотчас же дает распоряжение станичным атаманам, чтобы все казаки и "выростки" (казачьи дети не моложе 15 лет) были приведены в военную готовность. Эти приготовления и меры предосторожности были необходимы на случай отказа ногайцев принять новое подданство и, как показали дальнейшие события, явились весьма кстати. В отличие от А. И. Иловайского, который был настроен по отношению к ногайцам агрессивно, А. В. Суворов не был склонен к применению крайних мер. Он прекрасно понимал, что принуждение их к присяге не даст положительных результатов и, во всяком случае, не послужит гарантией прочного мира на Кубани. Поэтому он употребил все мирные средства, чтобы удержать ногайцев от ухода за Кубань и убедить их в преимуществах нового подданства.

В июне 1783 г. А. В. Суворов с войсками Кубанского корпуса занимает главные посты на Кубани: Темрюк, Ачуев, редуты на реках Кирпили и Бейсуге. Главные силы Кубанского корпуса посылаются им в Копыл, где было намечено создать фуражные склады. А. В. Суворов решает укрепить нижнюю часть Кубани и полуостров Тамань, построив новые укрепления и по возможности восстановив старые. Для улучшения сообщения между отдельными постами и ускорения переправы русских войск через реки строились понтоны.

Готовясь к приведению ногайцев Кубани к присяге, полководец внимательно прислушивается к их желаниям, вникает в настроения кубанского населения.

18 июня 1783 г. генерал-поручик П. С. Потемкин принял присягу у ногайских и татарских орд, кочующих в верховьях Кубани.

А. В. Суворов назначил для сбора ногайцев площадь близ Ейского укрепления. Представителям светской и духовной власти, знатным и уважаемым старикам ногайских орд были посланы приглашения. К моменту торжества были зажарены сотни быков и баранов, привезено свыше 500 ведер водки (мусульманам запрещено пить вино). Для участия в празднествах А. В. Суворов просил Иловайского прислать ему 100 казаков - хороших джигитов.

27 июня к Ейску съехались несколько тысяч представителей ногайских орд. После религиозной церемонии был зачитан манифест Шагин-Гирея о добровольном отречении от престола. Затем ногайцы присягнули на Коране в верности России. Многим ногайским мурзам были присвоены офицерские чины русской службы, сделаны богатые подарки. Наиболее приверженному к России 100-летнему Мусе-бею, который в очередной раз решил жениться, А. В. Суворов купил у черкесов молодую невесту.

Три дня длился пир в честь вхождения ногайцев и Прикубанья в состав России. Казаки и ногайцы демонстрировали искусство верховой езды, джигитовки, стрельбы. А. В. Суворов по поручению Г. А. Потемкина в это время вел переговоры с ногайскими мурзами о переселении их орд за Волгу, в уральские степи, откуда они когда-то пришли.

Одновременно с А. В. Суворовым принимали присягу от ногайцев и его помощники (в районе Тамани и крепости Копыл).

После присоединения Прикубанья к России в повестку дня стал вопрос о прочном и окончательном закреплении в этой области Северного Кавказа. Для этого решено было переселить ногайцев из кубанских степей в другие регионы России, в частности в Заволжье. Экономическое и политическое положение ногайских орд и при новом подданстве не создавало гарантий мира и спокойствия на Северном Кавказе. А Турция, вынужденная признать присоединение новых земель к России в силу своей экономической и военной слабости, не собиралась навсегда отказаться от бывших вассалов.

Вопрос о переселении ногайских орд с Кубани в уральские степи или на луговую сторону Волги поднимался еще в 1771 г. По многим причинам царское правительство не считало это возможным и достаточно удобным в то время. Теперь положение было иное. Г. А. Потемкин окончательно решил перевести ногайские аулы в уральские степи, о чем сообщил Екатерине II. Еще не дождавшись решения, он приказал А. В. Суворову привести в исполнение задуманный им план. Переводя ногайцев в другие области, князь Г. А. Потемкин преследовал несколько целей: во-первых, навсегда удалить их от турецкого влияния; во-вторых, удалить их от Закубанья, куда они могли бы уйти в случае недовольства; в-третьих, заселить ими малолюдный и разоренный крестьянской войной Е. Пугачева край.

Намереваясь переводить ногайцев в уральские степи, Л. В. Суворов просит прислать ему еще один полк донских казаков. По распоряжению полководца на всех реках по пути будущего следования ногайцев строились переправы и возводились мосты. Агитируя за переселение, А. В. Суворов умело привлекал посулами и наградами ногайскую знать.

В конце июля 1783 г. ногайцы стали собираться к Ейску для следования к месту назначения. Объяснив ногайцам выгоды их переселения, А. В. Суворов разделил орды на колонны, и под присмотром русских войск они двинулись в путь. Л. И. Иловайский прикрыл территорию Войска Донского длинным казачьим кордоном, который протянулся от р. Ей до среднего течения Дона. Позади переселенцев ехал с казачьими отрядами А. В. Суворов. Русское командование не без оснований приняло столь серьезные меры предосторожности. Часть ногайцев была недовольна переселением. Их пугала неизвестная им уральская степь. Еще 10 июля начались волнения в Едишкульских аулах, жителей которых больше привлекал уход за Кубань, чем в неизвестные степи.

Повод к массовому возмущению ногайцев

Причиной этому послужил приезд на Тамань Шагин-Гирея, который в тайно разосланных письмах призывал их оставаться на Кубани. Недовольный вынужденным отречением от престола, Шагин-Гирей решил всячески мешать осуществлению планов русского правительства. В среде ногайцев был пущен слух, что русские ведут их в уральские степи, чтобы уничтожить.

31 июля 1783 г., отойдя от Ейска к речке Куго-Ее, часть ногайцев внезапно напала на русскую команду и преданных России ногайцев. А. В. Суворов поспешил вперед, пытаясь успокоить их, но это не дало положительных результатов. Ногайцы восставших аулов повернули назад, к оставленным кочевьям.

В августе восстание охватило уже большую часть ногайских аулов. Султаны восставших орд договорились, что часть ногайских аулов произведет опустошительный набег на донские селения, для того чтобы отвлечь внимание и силы Кубанского корпуса, а другая нападет на русские сторожевые отряды и, истребив их, откроет путь к отходу за Кубань, где некоторые черкесские князья обещали им защиту и помощь. Но этот план не удался. В то время, когда ногайцы быстро продвигались к Дону, оттуда по требованию А. В. Суворова шли на Кубань три казачьих полка. Ошеломив ногайцев внезапным ударом, 10 сентября 1783 г. казаки преследовали их до позднего вечера.

Попытка другой части ногайцев захватить русские посты также не увенчалась успехом, им удалось лишь взять в плен мурз, которые выступили за переселение ногайцев.

Подполковник Лешкевич с отрядом вскоре догнал ногайцев, разбил их, захватив в плен руководителей восстания, которые были отправлены в Азовскую крепость. Попытки слабовооруженных ногайцев противостоять регулярным русским войскам были обречены на неудачу. А. В. Суворов разрешил Едишкульской и Едисанской ордам возвратиться на старые кочевья, а сам с регулярными войсками и тремя казачьими полками двинулся через Ейск к Копылу, где было намечено место сбора войск Кубанского корпуса.

Тем временем основная часть восставших ногайцев ушла и верховья Кубани и переправилась на левый берег, в Закубанье.

Вскоре большой отряд ногайцев вновь атаковал Ейское укрепление. Нападение было отбито со значительными потерями с обеих сторон. Однако ушедшие за Кубань ногайцы продолжали беспокоить русские посты, нападая на них и уводя за Кубань пленных, за которых потом требовали большой выкуп.

Неудача с переселением, волнения ногайцев и связанная с этим активизация антирусской деятельности на Кубани, возникшая угроза использования восставших ногайцев турками - все это ускорило решение вопроса о ногайцах. Г. А. Потемкин приказывает А. В. Суворову разгромить непокорных ногайцев, а А. И. Иловайскому - способствовать этому.

Но прежде всего необходимо было удалить из Прикубанья бывшего хана Шагин-Гирея, который, покинув г. Воронеж, где ему было определено местожительство до предполагаемого похода в Персию, появился на Кубани, помогая мятежным ногайцам и устанавливая связи с турецкими агентами. В Тамань к генерал-майору Елагину был послан курьер с приказом арестовать Шагин-Гирея, но кто-то предупредил хана, и он успел ночью уйти за Кубань. Попытка Елагина захватить хана не увенчалась успехом.

Отъезд Шагин-Гирея в Закубанье ускорил поход против ногайцев, который поручено было провести войскам Кубанского и Кавказского корпусов и казачьим полкам Войска Донского.

Получив известие о переходе ногайских аулов через Кубань, командование русских войск решило настигнуть их прежде, чем они уйдут в горы и станут практически недосягаемыми.

1 октября 1783 г. недалеко от устья р. Лабы войска А. В. Суворова и командира Кавказского корпуса генерала М. Н. Леонтьева атаковали ногайцев. Несколько часов длилось сражение, закончившееся поражением последних. Сотни пленных ногайцев были отправлены для работ на Дон, свыше 200 горцев, участвовавших в сражении, были отпущены.

Разгром ногайцев произвел сильное впечатление на население Крыма и Северо-Западного Кавказа. Крымские татары массами переселялись в Турцию, три тысячи кибиток закубанских ногайцев вернулись в Прикубанье, черкесские князья присылали белые знамена в знак мира и дружбы с Россией.

Чтобы полностью восстановить спокойствие на Кубани, необходимо было окончательно решить вопрос о Шагин-Гирее, который продолжал возбуждать недовольство среди единоверцев.

Было приказано доставить хану письмо Екатерины II, в котором она напоминала Шагин-Гирею о назначении ему пенсии и просила временно вернуться в г. Воронеж. Суворов послал к Шагин-Гирею полковника Я. И. Булгакова, которому хан сказал, что он болен и переехать не может, а пошлет письмо императрице. Награждение хана российскими орденами не повлияло на его решение - он отказался от них. Разгневанная Екатерина велела передать хану, что, возведенный на престол русским оружием, он своей жестокостью дал повод к недовольству татарского населения, чем чуть не воспользовалась Турция во вред Российской Империи. На Тамань было послано строгое предписание любыми способами, вплоть до применения силы, доставить Шагин-Гирея в Воронеж, Орел или Калугу. Но бывший хан не захотел жить ни в одном из этих городов, и по его настоятельной просьбе был отпущен в Турцию, где по приказанию султана и был умерщвлен.