Адвокатура в механизме государства (на примере возникновения и развития России)

         В то же время «Учреждение судебных установлений» ставил перед присяжными поверенными определенные запреты, а именно:⁴

•    Покупать или каким-либо другим способом приобретать права своих доверителей по тяжбам;
•    Вести дела в качестве поверенного против своих родителей, жены, детей, родных братьев, сестер, дядей и двоюродных братьев и сестер;
•    Быть поверенными обоих тяжущихся или переходить от одной стороны к другой в одном и том же процессе;
•    Оглашать тайны своего доверителя.

         Кроме того, присяжный поверенный, назначенный для производства  дела, не мог отказаться от  исполнения данного ему поручения,  не предоставив достаточных для этого причин. Если же он переезжал в другой город, то обязан был передать находящиеся у него дела, с согласия своих доверителей, другому присяжному поверенному.

         Каждый присяжный поверенный  обязан был вести список дел,  порученных ему, и представлять его в совет поверенных по первому его требованию.

         В судебном заседании присяжные поверенные пользовались свободой речи, но в то же время не должны были «ни распространяться о предметах, не имеющих никакого отношения к делу, ни позволять себе недолжное уважение к религии, закону и властям, ни употреблять выражения, оскорбительные для чьей бы то ни было личности». Вместе с тем формировавшаяся в те годы доктрина судебной защиты исходила из того, что защитник нуждается в несравненно большей свободе оглашения и оценки, чем частные лица, ибо им руководят соображения общественного интереса. Наконец, на защитнике, как на представителе задач общественных, лежит важная обязанность сообразовать действия свои с требованиями нравственности. Вот почему его оправдательные доводы не должны переходить в дифирамб пороку и злоупотребления; ему должны быть чужды не только заведомо лживые заявления, но и уловки, порождающие в умах судей заблуждение; он не должен превращать защитительную деятельность в личные препирательства с прокуратурой или в корыстный промысел. Правдивость, честность и бескорыстие необходимы для него в той же мере, как и для прокурора. 
 
 
 
 
 
 
 
 

Оплата  труда присяжных  поверенных. 

         Согласно Закону присяжные поверенные могли заключать с клиентами письменные условия о гонораре за ведение дела. Помимо этого, существовала особая такса, имевшая двоякое значение. Во-первых, суд руководствовался ею при исчислении суммы издержек, подлежащих взысканию с проигравшей стороны в пользу выигравшей на оплату услуг адвоката. Во-вторых, суд сам определял размер гонорара поверенного, если тот не имел предварительного письменного условия с клиентом.

         Предполагалось, что размер этой  «особой таксы» будет устанавливаться  Министерством юстиции по представлениям судебных палат и советов присяжных поверенных каждые три года. Однако такса, впервые установленная в 1868 году, сохранилась весь период существования присяжной адвокатуры в России. При определении размера гонорара в расчет принимались прежде всего цена иска. По делам, не подлежащим оценке, гонорар определялся судом исходя из значения и важности дела для тяжущихся сторон, их материального положения, времени и труда, затраченного поверенным. Эта сумма могла составлять от 50 до 1200 рублей.

         За ведение дела в первой инстанции присяжный поверенный получал 2/3 определенного таксой гонорара, во второй инстанции – 1/3, в кассационном департаменте Сената – 1/4. Примечательно, что сумма гонорара в случае проигрыша дела уменьшалась: присяжный поверенный истца получал 14, а поверенный ответчика – 1/3 положенного ему гонорара.

         Из вознаграждений, полученных присяжными  поверенными, удерживался определенный  процент, отчисляемый на вознаграждение  присяжных поверенных, которые вели  дела по назначению председателей судебных мест. Собранные таким образом средства распределялись Министерством юстиции между судебными округами пропорционально числу защитников, назначенных председателями из числа присяжных поверенных. В рамках судебных округов эти суммы распределялись советами присяжных поверенных.

Ответственность присяжных поверенных. 

         Вышеупомянутый Закон предусматривал  возможность привлечения присяжных  поверенных к уголовной, дисциплинарной  и гражданской ответственности.

         Уголовная ответственность присяжного поверенного наступала при совершении умышленных действий во вред своим доверителям. В частности, речь могла идти о злонамеренном превышении пределов полномочий и злонамеренном вступлении в сношение или сделки с противниками своего доверителя во вред ему либо о злонамеренной передаче документов противнику своего доверителя. Присяжные поверенные подлежали также уголовному наказанию за оскорбление суда или участвующих в деле лиц, если такое имело место в их судебных речах или процессуальных бумагах.

         Гражданская ответственность предусматривалась  при совершении действий, сопряженных  с нанесением материального ущерба  доверителю, а также небрежным  исполнением своих обязанностей (пропуск процессуальных сроков  и т.п.). Так, за пропуск по вине присяжного поверенного узаконенных сроков и всякое другое нарушение установленных правил и форм, тяжущийся имел право, если потерпел от этого какой-либо ущерб, высказать с поверенного свои убытки через тот суд, в котором он вел дело.

         Дисциплинарная ответственность наступала в случае нарушения адвокатской этики, а также нарушения присяжным поверенным своих профессиональных обязанностей, если такое нарушение не дает оснований для уголовного преследования.

         Правом налагать дисциплинарные взыскания на присяжных поверенных обладали советы присяжных поверенных. Перечень возможных наказаний включал:

•    Предостережение;
•    Запрещение отправлять обязанности присяжного поверенного в продолжение определенного советом срока, но не более одного года;
•    Исключение из числа присяжных поверенных.

         В законодательстве специально  оговаривалось, что исключенные  из числа присяжных поверенных  лишались права вновь поступать  в это звание, причем не только  в данном судебном округе, но  и во всем государстве. Если присяжный поверенный дважды подвергался временному запрету отправлять свои профессиональные обязанности, то в случае нового нарушения, которое совет признает заслуживающим такого же взыскания, он исключается советом из числа поверенных. Однако ни одно из упомянутых взысканий не могло быть назначено советом без предварительного истребования от провинившегося объяснений в определенный советом срок. При отказе представить объяснения, а также в случае неявки присяжного поверенного в назначенный срок без уважительных причин совет заочно выносил постановление на основании имеющихся у него сведений и известных ему обстоятельств.

         На все постановления совета, кроме предостережения или выговора, могли быть принесены жалобы  в судную палату в двухнедельный срок со времени объявления этих постановлений. Протесты прокуроров допускались в тот же срок. Определения палаты по этим жалобам и протестам были окончательными. В случаях особо серьезных нарушений совет присяжных поверенных мог передать материалы для возбуждения уголовного дела в отношении провинившегося коллеги. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Помощники присяжных поверенных. 

         Судебная реформа не уделила  должного внимания вопросу о  помощниках присяжных поверенных. В судебных установлениях 1864 года, в частности, говорилось, что присяжными поверенными могут быть лица, «занимающиеся в течение пяти лет судебной практикой под руководством присяжных поверенных в качестве помощников». Не регламентировались и организационные формы этого института. Не были определенны правила поступления в помощники, их права и обязанности, ничего не говорилось о контроле за их деятельностью.

         В отсутствие законодательного регулирования вопрос об организации работы помощников взяли в свои руки советы присяжных поверенных. В 1872 году впервые были изданы Правила, касавшиеся статуса помощников, в Петербурге, а в 1878 году – в Москве. Эти Правила способствовали постепенному превращению помощников в активную часть адвокатского сословия, поскольку их деятельность все более приближалась к адвокатской: по назначению суда они могли даже брать на себя осуществление судебной защиты. Однако законодательное обеспечение деятельности помощников присяжных поверенных так и осталось в зачаточном состоянии.

         Среди наиболее известных помощников присяжных поверенных следует назвать прежде всего первого председателя СНК РСФСР В. И. Ульянова (присяжный поверенный М. В. Волькенштейн) и Генерального прокурора СССР А. И. Вышинского (присяжный поверенный П. Н. Малянтович).          
 
 
 
 
 
 

1.3. Советы присяжных поверенных. 

         Согласно вышеупомянутому Закону  в каждом округе судебной палаты  учреждался совет присяжных поверенных  для «правильного и успешного  надзора» за всеми присяжными поверенными. Хотя совет совмещал обязанности административного и судебного характера, однако с полным правом мог считаться органом саморегулирования адвокатской корпорации. Советы поддерживали авторитет своей корпорации и пользовались правом отказывать в приеме тем, кто хотя и удовлетворял формальным требованиям (образование, стаж), но не вызывал уверенности в его нравственной пригодности. Советы были полновластными демократическими органами сословия, их состав ежегодно обновлялся, председателями советов обычно избирались самые уважаемые адвокаты.

         Для создания совета присяжных  поверенных требовалось, чтобы  в округе судебной палаты насчитывалось  не менее 20 присяжных поверенных. Состав же совета должен был  включать от 5 до 15 членов – в зависимости от решения общего собрания присяжных поверенных. В городах, где не было судебной палаты, имелось более 10 присяжных поверенных, могли создаваться отделения совета присяжных поверенных при окружном суде. Правда, в 1889 году в рамках судебной контрреформы создание таких отделений было приостановлено, и в тех местностях, где не было советов присяжных поверенных, контроль за работой адвокатов был возложен на суды. Лишенные возможности иметь собственные советы и отделения, присяжные поверенные стали формировать комитеты, с тем, чтобы те представляли их профессиональные интересы в суде. Нередко комитеты были признаны судами, а в некоторых случаях они даже становились органами, постоянно действующими при судах. 
 
 

         К ведению советов присяжных  поверенных относилось:

•    Рассмотрение прошений лиц, желающих «приписаться» к числу присяжных поверенных или выйти из этого сословия, и сообщение судебной палате о приписке их или отказе в этом;
•    Рассмотрение жалоб на действия присяжных поверенных, наблюдение за точным исполнением ими законов и установленных правил;
•    Назначение поверенных по очереди для безвозмездного хождения по делам лиц, пользующихся на суде правом бедности;
•    Определение размера вознаграждения поверенного по таксе, в случае несогласия по этому предмету между ним и тяжущимся, или когда не было заключено между ними письменного условия;
•    Определение взыскания с поверенных как по собственному усмотрению совета, так и по жалобам, поступающим в совет.

         Никакое постановление совета присяжных поверенных не могло иметь силы, если в заседании участвовало менее половины его членов. Все вопросы решались простым большинством голосов. При равенстве голосов голос председателя давал перевес. Квалифицированное большинство в 2/3 голосов членов совета требовалось лишь для наложения дисциплинарных взысканий на присяжных поверенных.

         Советы избирались на ежегодных общих собраниях присяжных поверенных. Аналогичным образом происходили и их отчеты, однако адвокаты полагали, что компетенция общих собраний этим не ограничивается. На практике общие собрания часто выступали с конкретными инициативами об ограждении независимости судей и прав защиты, обсуждали важные государственные и общественные дела.

         Первым органом самоуправления  народившегося адвокатского сословия стал Совет присяжных поверенных при Петербургской Судебной палате, избранный в апреле 1866 года. Его председателем стал «Нестор русской адвокатуры» Д. В. Стасов, немало сделавший для подготовки общества к разумному и осведомленному восприятию судебной реформы. В том же году был избран Совет присяжных поверенных и в Москве.

         Важная роль в становлении  советов как органов саморегулирования  принадлежала присяжному поверенному  К. К. Арсеньеву, сменившему  Д. В. Стасова на посту председателя в 1867 году⁵. Под его председательством Совет неоднократно выступал с требованиями об уважении содержащихся в Судебных уставах 1864 года положений относительно организации сословия присяжных поверенных, рассматривая его против введения института частных поверенных, рассматривая его как извращение общественного призвания адвокатуры. Особое внимание Совет уделял выработке этических правил адвокатской профессии: он ясно определил свои судебные и административные функции, объем своей подсудности и характер тех проступков, которые не соответствуют задачам и нравственному строю адвокатуры, а потому влекут исключение из ее рядов. Чуткий к вопросам профессиональной этики, исполненный глубокого уважения к адвокатской деятельности, в которой он видел одну из форм общественного служения, Арсеньев активно содействовал установлению корпоративных правил в сословии, члены которого сами характером своей профессии были обречены на беспрерывную междоусобную войну. Только суровая и нравственно-щепетильная корпоративная дисциплина могла заложить в России традиции той честной адвокатуры, которая была почитаемой и поощряемой обществом.