Принципы биоэтики

 

 

 

 

 

 

 

Тема: Принципы биоэтики

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

 

Введение…………………………………………………………………3

1. Принцип «не навреди»………………………………………………4
2. Принцип «делай благо»……………………………………………..7
3. Принцип уважения автономии пациента………………………….11
4. Значение принципов биомедицинской этики……………………..15

Заключение……………………………………………………………..18

Список литературы…………………………………………………….19

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

 

Биоэтика представляет собой важную точку философского знания. Формирование и развитие биоэтики связано с процессом трансформации традиционной этики вообще и медицинской этики в частности.

Формирование и актуальность биоэтики обусловлены прежде всего резко усиливающимся вниманием к правам человека, а также теми грандиозными изменениями, которые произошли в технологическом перевооружении современной медицины, кардинальными сдвигами в медико-клинической практике, которые нашли свое выражение в успехах генной инженерии, трансплантации органов, биотехнологии, поддержании жизни пациента. Все эти процессы обострили моральные проблемы, встающие перед человеком.

Целью данной работы является рассмотрение и изучение основных принципов биоэтики как науки.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.Принцип «не навреди»

Этот принцип является старейшим в медицинской этике. В латинской формулировке он выглядит  так:  primum  nоn nосеге,  что переводится на русский как "прежде всего -не навреди (или - не повреди)",  где слова "прежде всего"  могут  быть  истолкованы и в том смысле,  что этот принцип является наиболее важным в деятельности врача.  Нередко в  принципе "не навреди" усматривают суть врачебной этики Гиппократа,  однако на самом  деле  в  его трудах  такого  утверждения  нет.  В клятве Гиппократа, впрочем,  говорится: "Я направлю режим больных к их вы-годе  сообразно  с  моими силами и моим разумением [1],воздерживаясь от причинения всякого вреда и  несправедливости",  но  в контексте всей клятвы эти слова трудно признать ее основным мотивом,  хотя бы потому,  что  на первое место - и по последовательности изложения,  и по смыслу - в клятве поставлены чрезвычайно сильные обязательства  вступающего в профессию по отношению к своему учителю. Первый вопрос, возникающий в связи с этим принципом,- как определить, что именно понимается под вредом применительно к сфере биомедицины, прежде всего - применительно  к деятельности врача,  к его взаимоотношениям с пациентами. В этом смысле, если подходить к ситуации со стороны врача, можно различить такие формы вреда:     

   - вред,  вызванный бездействием,  неоказанием помощи тому, кто в ней нуждается;                            

   - вред,  вызванный недобросовестностью, злым или корыстным умыслом;                                      

   - вред, вызванный неверными, нерасчетливыми или неквалифицированными действиями;                         

   - вред,  вызванный объективно необходимыми в  данной ситуации действиями.                     

 Каждая из этих разновидностей  вреда, очевидно, будет оцениваться по-своему. Что касается первой – неоказания помощи, то в некоторых - но только в некоторых - случаях мы будем здесь иметь дело с правонарушением, т. е. с невыполнением такого обязательства,  которое налагается законом  либо  иным  нормативным  документом.  Поэтому, строго  говоря,  в таких ситуациях проблема является не столько моральной,  сколько юридической или административной.                                                       Например, врач,  который  находится на дежурстве,  не выполняет тех действий, которые он должен осуществить в отношении данного пациента.  Тогда он будет ответственным,  во-первых,  в силу самого факта невыполнения обязанностей и,  во-вторых,  в зависимости от тех последствий,  которые повлекло его бездействие.  (Заметим, что первая ответственность будет деонтологической, а вторая- утилитаристской природы.) При этом  если  по  первому обстоятельству ответственность будет безусловной, то по второму она может быть в какой-то мере снята -  в  том, например, случае, если врачу пришлось потратить время и силы на помощь другому пациенту,  находящемуся в  более тяжелом  состоянии.  Тем не менее пациент,  которому не была оказана помощь, либо его родственники могут, вообще говоря,  предъявить врачу претензии вплоть до судебного иска.                                            

   Иное дело - когда врач не находится  при  исполнении своих служебных обязанностей.  В художественной литературе,  в кино нередко обыгрывается такой сюжет,  когда, скажем,  в  поезде или самолете возникает необходимость экстренного медицинского вмешательства, и экипаж      

обращается к пассажирам примерно таким образом: "Если среди вас есть врач,  просим его оказать помощь".  В этой ситуации,  вообще говоря,  врач, оказавшийся среди пассажиров,  может  самоустраниться,  и  привлечь его к уголовной ответственности,  даже  если  окружающие  каким-то путем узнают о его профессии,  будет весьма непросто (скажем,  по американским  законам  врач  частной практики в подобном случае вообще не подлежит юридической ответственности).  Однако в моральном отношении такое бездействие явно будет предосудительным,  и, к примеру,  профессиональная ассоциация американских  врачей вполне  может  лишить совершившего этот поступок лицензии, дающей право заниматься медицинской практикой.   

Вторая разновидность - вред,  причиненный вследствие недобросовестности (т. е. ненадлежащего исполнения своих прямых обязанностей - грубо говоря,  врач, допустим, просто  поленился  выполнить  какую-либо полагающуюся в данном случае процедуру) или умышленно, преднамеренно -тоже является объектом скорее административно-юридического,  чем этического интереса, хотя, конечно, и заслуживает безусловного морального осуждения.             

Не вызывает  особых затруднений с точки зрения этического анализа и следующая разновидность вреда - вред, обусловленный  недостаточной  квалификацией,  неумением врача качественно выполнить свои  обязанности.    В  этой связи,  однако, важно отметить, что само понятие квалификации врача имеет не только сугубо техническое,  но и моральное содержание - тот,  кто, став врачом, не умеет делать того, что обычно делает врач, достоин морального осуждения.  Здесь, впрочем, многое зависит от того, как понимается слово "обычно": одно дело - если речь идет о рядовом, "среднем" враче, и совсем другое - если о специалисте высокой квалификации.  Во втором случае вполне обоснованно  может  применяться  и такой критерий,  как умение делать все то, что относится сегодня к переднему краю  медицинской науки и практики. Это значит,  что к врачу  высокой  квалификации  предъявляются  повышенные требования,  причем не только в специальном, но и в моральном отношении.                                    

   Наконец, четвертая из перечисленных  разновидностей -это объективно необходимый вред.  На первый взгляд сама постановка вопроса о таком вреде может показаться парадоксальной:  как же так, ведь пациент и обращается-то к врачу,  предполагая получить некоторое  благо,  скажем, избавление от боли,  при чем же здесь вред?  Однако при более внимательном рассмотрении выясняется, что едва ли не  каждое  такое  обращение к врачу несет в себе и тот или иной вред для пациента.  Если взглянуть на ситуацию с  этой  стороны - со стороны пациента,  то можно будет увидеть самые разные виды вреда.                      

   Начать с того, что сам  по себе визит к врачу требует затрат времени (а теперь нередко и денег),  которое пациент вполне мог посвятить чему-то другому,  более приятному  для него,  либо из-за этого визита не смог сделать какие-то важные для себя  дела.  А  если,  скажем, врач  предписывает ему какой-то определенный режим,  то здесь вред выражается в некотором,  и порой весьма  существенном, ограничении возможностей пациента, его свободы. В случае же госпитализации  этот вред,  связанный с ограничением возможностей, становится особенно значительным.             

 Еще одна форма вреда связана с информированием пациента  о том,  что касается его состояния и прогноза его заболевания. В этом случае вред может быть связан как с утаиванием информации, с обманом пациента, так и с сообщением ему правдивой информации. С одной стороны, обманывая  кого-либо,  мы  этим  сами по себе наносим ему вред,  поскольку унижаем его достоинство, не говоря уже о том,  что человек, делающий что-то на основе недостаточной или неверной информации,  может невольно нанести ущерб и себе,  и окружающим. Но, с другой стороны, вред может быть нанесен и в том случае, если пациенту дается правдивая,  но  обескураживающая информация о состоянии его здоровья,  особенно когда это делается  в  жестоких формах, без учета его психического состояния.         

 Вред пациенту,  далее,  может  проистекать и из того, что врач или любой другой работник лечебного учреждения сообщает   медицинскую  информацию  о  данном  пациенте третьим лицам  (нарушает  правило  конфиденциальности). Вообще говоря, раскрытие этой информации является нарушением закона,  защищающего врачебную тайну,  и в таких случаях мы не можем говорить о том, что данный вред неизбежен.  Но и в тех ситуациях,  когда закон  допускает или  даже  требует раскрытия этой информации (но только строго определенному кругу лиц), пациенту тем не менее

может быть нанесен вред - который теперь уже оказывается неизбежным, - хотя бы тем самым и была предотвращена опасность  нанесения вреда другим людям,  скажем,  посредством их инфицирования. Отметим, что в этом случае, как и в случае с обманом пациента, речь идет о причинении ему не физического,  а морального вреда.  Говоря  о взаимоотношениях  врача и пациента,  необходимо иметь в виду обе эти категории вреда.                         

   Далее, лечение,  назначенное врачом,  может включать болезненные процедуры - получается, что врач (разумеется,  с благой целью - ради излечения болезни) причиняет пациенту  физические  боли.  А в определенных ситуациях врач оказывается перед необходимостью нанести  и  более серьезный ущерб,  скажем, увечье, которое сделает пациента инвалидом.                                        

  Наконец, возможен и  такой  вариант,  когда  пациент страдает от смертельного,  неизлечимого недуга,  к тому же сопровождающегося сильнейшими болями - в этом случае пациент  может  решить,  что  скорая  и  безболезненная смерть для него будет представлять  меньший  вред,  чем

продолжение тяжелых и безнадежных мучений.            

   Такова градация некоторых  форм вреда, которого может ожидать пациент от врача.  Очевидно, если истолковывать принцип "прежде всего - не навреди" буквально,  т. е. в смысле избегания вообще какого бы то ни было вреда,  то врачу  следовало  бы в принципе отказаться от какого бы

то ни было вмешательства.  Но,  конечно, смысл принципа не в этом.                                            

   В отличие  от  всех  других перечисленных нами ранее разновидностей вреда,  которого можно и нужно избегать, в  данном  случае  -  и это стоит подчеркнуть еще раз речь идет о таком вреде,  который неизбежен, коль скоро предполагается, что пациент получит от врача некое благо. И здесь важно, во-первых, чтобы причиняемый вред не превышал того блага, которое приобретается в результат медицинского вмешательства, и, во-вторых, чтобы при выбираемом  варианте  действий  сам по себе этот вред был минимальным по сравнению со  всеми  другими  возможными вариантами.                                           

   Конечно, вред, наносимый врачом, может относиться не только непосредственно к пациенту.  Скажем, в ситуации, когда есть угроза жизни беременной женщины,  может возникнуть необходимость аборта,  т. е. нанесения непоправимого вреда невинному человеческому существу.

  Таким образом,  принцип "не навреди" имеет смысл понимать в том ключе,  что вред, исходящий от врача, должен  быть  только  вредом объективно неизбежным и минимальным.  Даже из нашего  краткого  рассмотрения  этого принципа становится очевидным,  что ситуации морального выбора в деятельности врача не есть нечто  исключительное и редкое,  напротив,  они (независимо от того, насколько сам врач чуток и восприимчив в моральном отношении) - неотъемлемая составная часть этой его повседневной деятельности.                                     

 Вред, который  могут  принести пациенту действия врача,  бывает намеренным либо ненамеренным. О намеренном вреде мы можем говорить в случаях бездействия,  умышленного причинения вреда и объективно неизбежного вреда.  Его  можно предвидеть заранее и оценить его возможные масштабы. Но часто люди, в том числе и врачи, своими действиями причиняют  ненамеренный  вред.  И здесь также возможны два варианта - когда вред не был предусмотрен из-за нежелания задуматься о возможных последствиях,  либо когда он проистекает из неконтролируемых внешних обстоятельств.

 

 

2.Принцип "делай благо"

                              

   Этот принцип  является  расширением  и  продолжением предыдущего,  так что некоторые специалисты по биоэтике даже склонны объединять оба принципа в один.  Есть, однако, между ними и серьезные различия, оправдывающие их раздельное рассмотрение,  особенно применительно к биомедицине.                                             

   Принцип "не  навреди"  известен  далеко за пределами медицины,  и хотя мы и рассматривали его на примерах из медицинской  практики,  нередко  его  вполне оправданно считают минимально необходимым, т. е. исходным требованием всех вообще моральных взаимоотношений между людьми.  Сама формулировка этого принципа в виде запрета  свидетельствует о том,  что он является прежде всего ограничивающим, чем,  впрочем, его содержание,  как мы видели,  далеко  не исчерпывается.

   Принцип же  "делай  благо (или твори добро)" - это не запрет, а такая норма,  которая требует некоторых позитивных действий. Его смысл передается  иногда  с помощью таких слов,  как благодеяние,  благотворительность, милосердие,  филантропия. 

  Дело в  том,  что эти действия предполагают в первую очередь не столько  рациональные  соображения,  сколько такие чувства и эмоции, как сострадание, жалость, которые порой  рассматриваются  как  нечто,  подчеркивающее слабость, а значит, оскорбительное и унижающее того, на кого они направлены. И долгое время считалось, что благотворительность  по  отношению  к конкретному человеку лишь отвлекает от решения глобальной задачи -  создания таких  социальных  условии,  когда все будут сильными и никого не надо будет жалеть.  Увы,  как оказалось, слабость, боль и страдание - это отнюдь не временные, присущие только определенным этапам истории, а неискоренимые спутники человеческого существования в этом мире.