Автор работы: Пользователь скрыл имя, 17 Февраля 2011 в 18:39, контрольная работа
В нарративной терапии мы выявляем такие системы представлений о реальности (дискурсы), которые негативно влияют на нашу жизнь и поддерживают проблемные истории идентичности или отношений. Отношение проблем к определённому дискурсу помогает нам увидеть людей отделёнными от тех проблем, которые они испытывают.
Введение _______________________________________________________3-5
1. Основная часть ________________________________________________6-8
2. Нарратив как междисциплинарный методологический конструкт в современных социальных науках__________________________________9-11
3. Философская трактовка нарратива______________________________12-13
4. Нарративы в психологической теории и практике_________________14-16
5. Теоретические контексты нарративной терапии______________________17
Заключение___________________________________________________18-19
Список использованной литературы_________________________________20
Значения, которые мы даём этим событиям,
происходят во временной последовательности
и не происходят в вакууме. Всегда есть
контекст, в котором эти истории формируются.
Этот контекст способствует интерпретациям
и значениям, которые мы даём событиям.
Контекст пола, класса, расы, культуры
и сексуальных предпочтений сильно влияет
на сюжет историй, которые мы проживаем.
Таким образом, представления, идеи и практика
культуры, в которой мы живём, играет большую
роль в смыслах, приписываемых нами жизни.
Восьмидесятые годы ХХ века ознаменовали собой начало «нарративного поворота» в социальных науках, лейтмотивом которого стало утверждение, что функционирование различных форм знания можно понять только через рассмотрение их нарративной, повествовательной, природы. Это положение дополнило требование «лингвистического поворота» считать исследования в области социальных, политических, психологических и культурных проблем языковыми. Сегодня понятие нарратива оказывается в центре внимания не только нарратологии, специальной, ему посвященной дисциплины, но и за ее пределами, – как в социально-гуманитарных, так и в естественных науках: в медицине, праве, истории, историографии, антропологии и психотерапии нарративы составляют продукты научной деятельности; в философии, культурологи, теологии . Исследователи в сфере нарратологии связывают факт значительного увеличения «нарративных» исследований с осознанием важности повествований в человеческой жизни – они сосредоточены не только в литературных текстах и повседневном языке, но и в научном дискурсе: практики композиции и репрезентации исследуются в «музыкологии», художественной критике и киноведении; способы достижения различными видами власти собственной легитимации через нарративы - в культурологии; нарратологические объяснительные схемы используются в психологии для изучения памяти и понимания; в философии и социологии науки изучение условностей повествования привлекается для обоснования риторической природы научных текстов [3, c. 514] .
Несмотря
на, казалось бы, достаточную степень
разработанности нарративной
И,
наконец, это лингвистический поворот,
или тенденция рассматривать
факты как «репрезентации»
Перечисленные
выше тенденции обусловили обращение
исследователей разных областей знания
к нарративу как к определяющему методологическому
принципу познания индивидуальных и социальных
практик. Социология не стала исключением,
однако социологическая трактовка нарратива
основана на уже существующих подходах
к его определению [4, c. 530].
Современная философская традиция видит особенность отношений человека с миром в том, что субъект описывает свое участие в этих отношениях посредством разнообразных языковых форм, раскрывающих внутренние причины его поведения. Все, что человек говорит о своих действиях и связанных с ними убеждениях и желаниях, укладывается в рамки его социальных и индивидуальных практик и составляет «бытие личности». Посредством нарратива, или повествования, мы придаем практикам форму и смысл, упорядочиваем наш опыт темпорально и логически, выделяя в нем начало, середину, конец и центральную тему. Нарративы повсеместны как механизм организации человеческого опыта, локальны в силу исторически конкретных путей их восприятия, обладают социальной инструментальностью и прагматическим потенциалом.
Философия трактует нарратив как способ обретения человеком своей идентичности – в нем рассказчик «объективирует собственную субъективность». Нарратив не только средство самоидентификации, но и способ достижения неких социальных целей, поэтому на практике он принимает ограниченное число элементарных функциональных форм, различающихся между собой ориентацией во времени и общей оценкой событий: «нарратив стабильности» связывает события, образы или понятия так, что индивид не становится «хуже» или «лучше» в ходе истории, а остается прежним – его самооценка или самоидентификация не изменяется; «нарратив прогресса» характеризуется оценкой событий или роли рассказчика как желаемых и одобряемых, а «нарратив регресса» - наоборот [5, c.109].
Наиболее последовательную концепцию нарратива, интересную с социологической точки зрения, в философии разрабатывают И. Брокмейер и Р. Харре. Они определяют нарратив как самую общую категорию лингвистического производства, которая слишком часто используется так, как если бы она была лишь словом для обозначения некоторой онтологии. Однако это понятие должно использоваться скорее как выражение ряда инструкций и норм в различных практиках коммуникации, упорядочивания, придания смысла опытам, становления знания, процедурах извинения и оправдания и т.д., как конденсированный ряд правил, включающих в себя то, что является согласованным и успешно действующим в рамках данной культуры. То есть нарратив не онтологическая сущность, а обозначение набора инструкций и норм, позволяющих интегрировать тот или иной индивидуальный случай в некий обобщенный и культурно установленный канон: нарративы действуют как чрезвычайно изменчивые формы посредничества между личностными и обобщенными канонами культуры, то есть являются одновременно моделями мира и моделями собственного «я».
В
целом проблема нарратива синтезировала
две темы современной философии:
тему времени и тему языка. Открытие темпоральности
заключается не в фиксации момента конечности
человеческого существования, а в продуктивном
рассмотрении времени как структуры, которая
на некоем неосознаваемом уровне выступает
в качестве условия конституирования
любых форм человеческой жизни (текстов,
институтов, действий людей и т.д.). Интерес
к языку, или лингвистический поворот,
проявился в анализе любого типа объектов
как знаковых систем, то есть обнаружил
скрытое или явное присутствие знаковости
во всех формах человеческой жизни. Являясь
темпорально организованным повествованием,
нарратив объединяет в себе оба эти аспекта
[2, c.78].
Сформировавшиеся
в рамках психологии подходы к нарративной
проблематике достаточно сложно структурировать,
поэтому ниже будут рассмотрены только
два из них – нарративная психология,
или «теория» нарратива, и психоаналитическая
терапия, или «практика» нарратива. Нарративная
психология утверждает, что смысл человеческого
поведения выражается с большей полнотой
в повествовании, а не в логических формулах
и законах, поскольку понимание человеком
текста и понимание им самого себя аналогичны.
Человек как «истолковывающее себя животное»
достигает самопонимания через нарратив
или непрерывную самоинтерпретацию, посредством
которой выделяет в жизненном потоке определенные
моменты, обладающие для него смыслом
и оценочным значением. В рамках нарративной
психологии существует два подхода: представители
первого, «социально-
«Социально-
Главным методом исследования в психоаналитической терапии является «кейс-стади» или «кейс-нарратив» - это изучение эвристически и коммуникативно значимых индивидуальных случаев или в целом биографий обычных людей для конструирования на их основе типических моделей психических структур. Нарратив здесь рассматривается как средство организации личного опыта, отражающее эмоциональное состояние рассказчика и стимулирующее ответную реакцию слушателя. Анализ нарративов основан на идеях интертекстуальности (все, что автор узнал до создания своего текста, невольно и неосознанно прорывается в его «творении»), множественной интерпретации и неотделимости текста от контекста, диктующего его оценку, и проводится при помощи контент-аналитических методов [6, c. 612].
Психоаналитическая
терапия интерпретирует историю
жизни пациента, рассказанную в ходе
психотерапевтического сеанса, как
нарратив, поскольку использование
этого понятия оказывается
В психоаналитической терапии доминируют два подхода к рассмотрению нарратива: прагматическая трактовка предполагает решающую роль контекста в порождении значения (рассказывание истории на психотерапевтическом сеансе детерминировано отношениями «психотерапевт - пациент»); аффективно-оценочный подход связывает уникальность каждого повествования с тем, что автор неизбежно предлагает слушателю принять и разделить его точку зрения на мир. В принципе, чем сложнее структура нарратива, тем более вероятен отказ рассказчика от простой хронологически упорядоченной истории в пользу нарратива с доминированием аффективно-оценочного компонента, что требует от повествующего достаточной степени нарративной компетентности. Последняя развивается с возрастом и подразумевает, что:
- соотношение оценочного и повествовательного компонентов изменяется в пользу первого за счет второго (увеличивается количество специфических оценочных высказываний);
- истории удлиняются, сюжеты усложняются;
- становятся привычными прямая речь и свободная косвенная речь;
- основные характеристики повествования выглядят более «сглаженными»;
- истории становятся более согласованными, а каузальная аргументация – более очевидной.
Психоаналитическая терапия вводит два определения нарратива: широкое - как процесса порождения историй, как повествования вообще; и узкое - как конкретной, четко очерченной формы повествования, характеризующейся наличием конфликта и его разрешением и, соответственно, изменением состояния актанта или ситуации в конце повествования по сравнению с его началом. В отличие от других повествовательных форм («отчета», «описания»), не требующих непременной активности действующих лиц по осуществлению изменений, нарратив предполагает динамику состояний в результате деятельности персонажей. Повествование считается нарративным, если соответствует следующим семантическим критериям[:
- оно репрезентирует временную последовательность событий, которые изменяют состояние актанта или его окружения;
- оно отчетливо и конкретно указывает на место и время действия и действующих лиц.
Нарративы личного опыта используются в психоаналитической терапии, чтобы изменить жизнь пациента путем ее пересказывания, иной интерпретации и конструирования более удовлетворительного опыта. Поэтому базовой техникой нарративной терапии является экстернализация – лингвистическая практика, помогающая людям отделить себя от проблемно насыщенных историй, которые они воспринимают как собственную идентичность: посмотрев на свои проблемы со стороны, человек может взять на себя ответственность за их разрешение. Экстернализация исключает эффект «наклеивания ярлыков» и способствует тому, чтобы человек направил свои усилия на борьбу с проблемами, а не с людьми. Для этого нарративная психотерапия акцентирует противоречивость субъективного опыта: нет экспертов, нет объективных истин, нет конечной интерпретации или конечного интерпретатора, на которого можно было бы сослаться, чтобы подтвердить легитимность и истинность любого повествования, включая саму нарративную психотерапию [3, c. 450].