Белое движение: идеология и лидеры

          Своекорыстная политика буржуазии,  стремившейся восполнить свои  материальные потери и смотревшей на армию прежде всего как на сферу выгодного приложения капитала, привела к срыву снабжения армии. В результате фронтовые части вынуждены были обеспечивать себя путем грабежа и насильственных реквизиций продовольствия, фуража, одежды и т.д. главным образом у крестьян, что именовалось «самоснабжением за счет благодарного населения».

          На территории, занятые деникинскими  армиями, возвращались помещики. Пока в правительственных кругах обсуждались проекты земельной реформы, суть которых сводилась к реконструкции помещичьего землевладения с минимальными уступками крестьянам, местная военная и гражданская администрация оказывала содействие вернувшимся в свои имения помещикам в расправе над крестьянами и выколачивании «недоимок». Жажда немедленного социального реванша массы помещиков свела на нет все попытки белых правительств привлечь на свою сторону крестьян смутными посулами «утолить земельный голод».

          Свобода торговли, обернувшаяся  для крестьян грабежом со стороны  торговой буржуазии, насильственная реставрация помещичьего землевладения и силовое выкачивание из деревни людских и материальных ресурсов – все это вызвало резко отрицательную реакцию крестьянства. Надежды избавиться с приходом белых от продразверстки и террора большевистских властей быстро сменялись всеобщей озлобленностью к белым и решимостью силой отстаивать свои права на землю и выращенный хлеб. В течение лета – осени произошел перелом в настроении основной части деревни в пользу Советской власти. Этот перелом наиболее ярко проявился в срыве мобилизаций в белые армии, росте дезертирства, стихийных восстаниях и повстанческом движении.

          Отнюдь не проникшись социалистической  идеологией и оставаясь чуждыми большевизму, крестьяне выбрали Советскую власть как меньшее из зол, как гарантию от возвращения помещиков, как силу, способную установить в стране «мир и порядок». По сути, это был выбор между ненавистным прошлым и неизвестным будущим, в котором крестьяне надеялись получить возможность вольной и сытной жизни после прекращении войны и установления в России одной, но крепкой власти.

          Летом – осенью 1919 г. массовое  дезертирство и повстанческое  движение в тылу подорвали боеспособность колчаковских и деникинских армий. Разбавленные мобилизованными крестьянами, добровольческие и офицерские кадры в итоге оказались более слабыми по сравнению с частями регулярной Красной армии, на 90 % состоявших из крестьян и пользовавшихся сочувствием и поддержкой крестьянского населения. Именно это в конечном итоге и предопределило коренной перелом в борьбе на Восточном и Южном фронтах.

          Политическая и материальная помощь западных держав не могла компенсировать белым диктатурам потери экономической и социальной базы, поскольку она была далека от необходимой по масштабам и небескорыстна по условиям.

          Материальная помощь предоставлялась  главным образом в виде товарных кредитов, выделявшихся на оплату поставляемого военного снаряжения под обязательство последующего возвращения этих кредитов с процентами. Такая материальная помощь являлась продолжением политики предоставления займов императорской России с целью закабаления ее экономики. Поскольку этих поставок не хватало для снабжения и вооружения войск, внешнеторговые ведомства белых правительств закупали у иностранных фирм необходимое снаряжение, используя запасы иностранной валюты либо вывозя в обмен на зарубежные рынки русское сырье, прежде всего зерно. Правительство Колчака использовало на нужды снабжения армии часть захваченного золотого запаса, депонировав его в иностранных банках, правительство Деникина стремилось активизировать вывоз зерна, угля и других видов сырья. При этом иностранные и отечественные частные фирмы, привлекавшиеся к поставкам в качестве контрагентов, вздували цены до сверхспекулятивных и наживали на снабжении армий баснословные барыши. Казна же и ведомства снабжения часто несли существенные потери и не справлялись с обеспечением войск.

          Таким образом, частно- и госкапиталистическая  форма экономических связей белых  режимов с западными державами  значительно снизила эффективность материальной помощи. Потребовав от белых правительств значительных затрат валюты, использования золота и вывоза сырья, она обернулась большими издержками и не позволила снабдить армии даже на половину их реальных потребностей. Оплаченные кровью трофеи зачастую являлись основным источником получения обмундирования и вооружения.

          Предоставляя материальную помощь, правительства Антанты и их  военно-дипломатические представители в белых столицах оказывали сильное давление на военных диктаторов, требуя проведения демократических реформ. Чтобы расширить социальную базу Белого движения и объединить его с вооруженными силами образовавшихся на окраинах национальных государств, они настаивали на передаче земли в собственность крестьян, провозглашении перехода России к парламентской республике, признании самостоятельности Финляндии, Польши, Закавказских и Прибалтийских государств. Колчак и Деникин уклонялись от определенных обязательств и однозначных заявлений по этим вопросам, что послужило причиной их юридического непризнания державами Антанты и отказа от помощи им со стороны образовавшихся на окраинах бывшей империи национальных государств. Последние предпочли уклониться от военной помощи Белому движению, опасаясь, что в случае его победы они потеряют независимость. Вопреки сталинской схеме Гражданской войны («три похода Антанты») внешние и внутренние противники большевиков не сумели организовать ни одного «объединенного и комбинированного» похода на Москву.

          Сужение социальной базы, нарастание  экономической разрухи, срыв снабжения  и разложение белых войск привели к изменению соотношения сил в пользу большевистской диктатуры. В результате Красная армия добилась перелома в свою пользу на всех фронтах и поодиночке разгромила вооруженные силы белых государственных образований, что предрешило их ликвидацию: в январе 1920 г. была ликвидирована колчаковская военная диктатура, в марте 1920 г. – деникинская.

          В этот же период Красной  армией были разгромлены Северо-Западная  армия генерала Н. Н. Юденича,  наступавшая на Петроград, и  войска Северной области генерала Е. К. Миллера; белые правительства этих территорий были ликвидированы.

          Пятый период (апрель  – ноябрь 1920 г.) представляет особый интерес с точки зрения изменения внутренней политики последнего военного диктатора на юге России – генерала П. Н. Врангеля, в апреле 1920 г. вступившего в главное командование ВСЮР, когда они отошли в Крым. Осознав на опыте поражений Колчака и Деникина невозможность бороться против большевиков без поддержки основной части крестьянского населения, правительство Врангеля разработало и попыталось осуществить в Таврии земельную реформу. Суть ее состояла в продолжении столыпинского курса на увеличение зажиточной прослойки, для чего часть помещичьих земель, фактически захваченных крестьянами, передавалась им в собственность за выкуп. Однако разоренные и до предела уставшие от войны крестьяне и казаки не верили в прочность врангелевской власти, в то, что «одна губерния может победить всю Россию», отказывались пополнять и снабжать части Русской армии. На третьем году Гражданской войны у крестьян желание получить землю отошло на второй план, уступив место жажде «мира и порядка», поскольку и ту землю, что имели, нечем было обрабатывать. В этих условиях врангелевские части, несмотря на запреты главкома, вернулись к применению насильственных мобилизаций и реквизиций, что привело к росту враждебности южнорусского крестьянства к белым и, соответственно, к росту симпатий к Советской власти, что предрешило окончательную гибель Белого движения на юге России в ноябре 1920 г.

          В апреле 1920 г. остатки армий Колчака, совершив «Великий Сибирский поход» (отступление от Омска до Читы), сосредоточились в Забайкалье; в верховное командование ими в соответствии с приказом Колчака вступил атаман Г.М. Семенов. К ноябрю, потерпев ряд поражений от Народной армии ДВР и партизан, они отступили в полосу отчуждения КВЖД, где были интернированы китайскими властями.  

          Белое движение подвело итог  России, погибшей в феврале 1917 г. В белом тылу получили ускоренное и полное завершение те экономические, социальные, политические и духовные процессы, которые привели Россию к революционному кризису 1917 г. И попытки Белого движения вдохнуть в дофевральскую Россию новую жизнь закономерно закончились поражением. Тем не менее, Белое движение, опираясь на неустойчивую поддержку средних слоев и половинчатую помощь союзников, своим отчаянным сопротивлением затянуло Гражданскую войну в России на три года.

          В исторической перспективе Белое  движение отнюдь не потерпело  полного поражения. Ибо, подавляя его вооруженное сопротивление, большевистская власть в России сумела победить и окончательно утвердиться только ценой перерождения из “пролетарской демократии” в диктатуру руководящих партийно-государственных бюрократических структур, что решающим образом предопределило ее последующую эволюцию в тоталитарный режим, обреченный на гибель. И развитие независимой России в 90-е гг. отчасти является воплощением в жизнь идейных основ Белого движения. 
 
 
 
 

     1.2. Идеология Белого движения

     В идеологии Белого движения существовали расхождения, однако превалировало стремление восстановления в России демократического, парламентского политического устройства, частной собственности и рыночных отношений.

       Целью Белого движения провозглашалось  — после ликвидации советской  власти, окончания гражданской войны и наступления мира, и стабильности в стране — определение будущего политического устройства и формы правления России через созыв Национального учредительного собрания (Принцип непредрешения).

     На  время Гражданской войны Белые  правительства ставили перед собой задачу свержения советской власти и установления на удерживаемых территориях режима военной диктатуры.

     При этом вновь вводилось в силу законодательство, действовавшее в Российской империи до революции, скорректированное с учётом приемлемых для Белого движения законодательных норм Временного правительства и законов новых «государственных образований» на территории бывшей Империи после Октября 1917 г.

     Политическая  программа Белого движения в области  внешней политики провозглашала необходимость соблюдения всех обязательств по договорам с союзными государствами. Казачеству было обещано сохранение самостоятельности при формировании собственных органов власти и вооружённых формирований. При сохранении территориальной целостности страны для Украины, Кавказа и Закавказья рассматривалась возможность «областной автономии».

     По  мнению предпринявшего попытку научной  оценки Белого движения историка генерала Н. Н. Головина, одна из причин неудачи Белого движения состояла в том, что в отличие от его первого этапа (весна 1917 — октябрь 1917 г.) с его позитивной идеей, ради служения которой Белое движение и появилось — исключительно для целей спасения разрушающейся государственности и армии, после октябрьских событий 1917 г. и разгона большевиками Учредительного собрания, которое было призвано мирно решить вопрос о государственном устройстве России после Февральской революции 1917 года, контрреволюция утратила позитивную идею, понимаемую как общий политический и/или социальный идеал. Теперь с подобной функцией уже могла выступать лишь идея негативного характера — борьба против разрушительных сил революции.

     Белое движение в общем тяготело к кадетским  общественно-политическим ценностям  и именно взаимодействие кадетов  с офицерской средой определило как  стратегические, так и тактические установки Белого движения. Монархисты и черносотенцы составляли лишь небольшую часть Белого движения и правом решающего голоса не пользовались.

     Историк С. Волков пишет, что «в целом дух  белых армий был умеренно-монархическим», при этом Белое движение не выдвигало монархических лозунгов.

     А. И. Деникин отмечал, что громадное  большинство командного состава  и офицерства его армии были монархистами, при этом он же пишет, что собственно офицерство политикой и классовой борьбой интересовалось мало, а в основной своей массе оно являлось элементом чисто служилым, типичным «интеллигентным пролетариатом».

     Историк Слободин предостерегает рассматривать  Белое движение в качестве партийного монархического течения, так как никакая монархическая партия не возглавляла Белое движение.

     Белое движение составляли силы разнородные  по своему политическому составу, но единые в идее неприятия большевизма.

     Белые использовали лозунг «Законность и  порядок!» и рассчитывали дискредитировать этим власть своих противников, одновременно укрепляя восприятие себя народом как спасителей Отечества. Усиление беспорядков и накала политической борьбы делало аргументы белых вождей более убедительными и приводило к автоматическому восприятию белых как союзников той частью населения, что психологически не принимала беспорядки. Однако вскоре этот лозунг о законности и правопорядке проявился в отношении населения к белым с совершенно неожиданной для них стороны и, к удивлению многих, сыграл на руку большевикам.