Право и мораль

Развитие  жизни приводит к тому, что право  и нравственность обособляются друг от друга, не утрачивая своей связи, но приобретая более самостоятельное значение. Новгородцев П.И. объясняет это тем, «что в самих требованиях общества по отношению к исполнению своих предписаний заключается известная двойственность, рано или поздно приводящая в раздвоении этих предписаний на две самостоятельные области». Условия общественной жизни требуют, чтобы известные предписания исполнялись, во что бы то ни стало, все равно, соответствуют они или нет желаниям и мнениям отдельных лиц. Сожитие людей в обществе было бы немыслимо, если бы такие деяния, как воровство и убийство, ставились исключительно в зависимость от добровольного усмотрения отдельных лиц. Общество должно требовать обязательного исполнения норм, запрещающих подобные деяния, одинаково от всех своих членов, без различия их воззрений. С другой стороны, развитое нравственное сознание признает истинную цену лишь за таким исполнением моральных требований, которое сопровождается соответствующим внутренним настроением. «Одно внешнее исполнение без надлежащего нравственного чувства, с подобной точки зрения, не имеет никакого этического значения». Право очерчивает свободу внешних действий человека, оставаясь нейтральным по отношению к его внутренним мотивам. Иное дело мораль, она не только определяет границы внешней свободы, но и требует внутреннего самоопределения личности. Таким образом, « нормы морали отличаются особой способностью организовывать внутренние мотивы и формировать мотивацию человеческих поступков». Для права безразлично, например, уплачивается ли долг по чувству честности, или же из одной боязни законного преследования; но для нравственности это не безразлично: она осуждает те действия, которые имеют одну видимость добрых, а на самом деле подсказываются своекорыстными побуждениями. Если право и принимает во внимание внутренние мотивы, то не при исполнении, а при нарушении закона, там, где требуется определить виновность лица, что, конечно, не может быть сделано без освещения субъективной стороны правонарушения.

Петражицкий Л. И., наблюдая за актами нашего психического состояния, нашел в нем различные случаи. «В некоторых случаях этического сознания то, к чему мы себя считаем обязанными, представляется нам причитающимся другому, как нечто ему должное, следующее ему от нас, так что он может притязать на соответственное исполнение с нашей стороны; это исполнение с нашей стороны, например, уплата условленной платы рабочему или прислуге, представляется не причинением особого добра, а лишь доставлением того, что ему причиталось, получением с его стороны своего. В таких случаях наш долг представляется связанностью по отношению к другому, закрепляется за ним, как его актив. Такие обязанности, которые сознаются несвободными по отношению к другим, закрепленными за другими, по которым то, к чему обязана одна сторона, причитается другой стороне, как нечто ей должное – Петражицкий предлагает называть правовыми. В других случаях этического сознания, например, если мы считаем себя обязанными оказать денежную помощь нуждающемуся, дать милостыню и т.п., то, к чему мы себя считаем обязанными, не представляется нам причитающимся другому, как нечто ему должное, следующее ему от нас, и соответственное притязание, требование с его стороны представлялось бы нам неуместным, лишенным основания. Здесь нет связанности по отношению к другому, здесь только наша добрая воля. Такие обязанности, которые сознаются свободными по отношению к другим, по которым другим ничего не принадлежит, не причитается со стороны обязанных, – Петражицкий называет нравственными обязанностями».

Право, например, разрешает согнать с  квартиры бедняка, не уплатившего вовремя деньги, ибо оно позволяет требовать своего, допуская в известных пределах эгоизм. Напротив, мораль при всех условиях, требует сострадания к ближнему, она зиждется на любви, а любовь, по известному изречению, тем и отличается, что «не ищет своего». Во многих случаях то, что дозволяется правом, запрещается мораль.

Содержание  норм права характеризуется определенностью, конкретностью. В них предусмотрены, подчас весьма подробно, права и  обязанности сторон, черты взаимоотношений. «В отличие от права система моральных норм почти не содержит так называемых норм – правил поведения, рассчитанных на регулирование типизированных частных ситуаций, в ней нет того, что обычно называют казуальными нормами, максимально приближенными к жизненным ситуациям, но зато в моральной системе преобладают нормы, требующие определенного нравственного качества поступков, совершаемых в разных жизненных ситуациях и в разное время… Моральная заповедь помогать ближним требует милосердного поведения как жизненного кредо субъекта, проявляющегося всегда и постоянно по мере необходимости и возможности. Моральные обязательства человека, которые возникают вследствие норм, требующих высокого нравственного качества поведения, не исчерпываются и не погашаются актом единичной реализации нормы, как это бывает в случаях, когда обязательство (правовое) сводится к выполнению какого – либо конкретного действия». Высказывая заповедь любви, нравственность не определяет точно способов и размеров проявления этой любви. Все это предоставляется нашей нравственной свободе. Отсюда постоянные и вполне допустимые колебания в исполнении нравственного закона, который у одних вызывает лишь слабую дань признания к его требованиям, у других - пожертвование всех своих сил и средств на служение нравственным целям. Коренные нравственные заповеди навсегда и для всех должны сохранить свое безусловное значение, но в отношении к осуществлению их человеку должна быть предоставлена полная свобода. Обратно с этим, право, как только оно достигнет известного развития, должно усвоить для себя твердые и определенные нормы, принудительно господствующие в жизни. Предназначенное для того, чтобы создавать надежную почву для разрешения споров, право само должно быть бесспорным. Имея своей целью охранять отдельных лиц от произвола, оно не может зависеть от субъективного усмотрения судей. Оно должно быть свободным от изменчивых и временных колебаний личного чувства, ибо только в этом случае может оно служить задаче установления общественного мира. В этих качествах – твердости и определенности – заключается главный залог успешного действия права в жизни; без них оно лишается своего существенного значения. Чем более право приобретает черты положительного и принудительного порядка, тем живее сказываются потребности в обособлении нравственности от тесного с ним союза. Эта потребность возникает обыкновенно в тех случаях, когда личное нравственное сознание отказывается следовать авторитету общественного мнения и заявляет притязания на свободу нравственных действий. С постепенным усложнением общественных отношений и с постоянно возрастающим разнообразием положений и мнений сама собой открывается возможность столкновения между нравственным сознанием отдельных лиц и убеждениями среды, к которой они принадлежат. Если в случаях подобных столкновений общество рассматривает все свои этические требования как нормы, подлежащие принудительному осуществлению, это должно вызывать протесты и противодействие со стороны лиц, не согласных с этими требованиями. Поступать сообразно с общей нормой, но вопреки своему нравственному решению для нравственно развитой личности представляется таким невыносимым внутренним противоречием, что рано или поздно она должна потребовать и завоевать для себя свободу в этом отношении. Принудительная система нравственности в случае несогласия лица с общими требованиями не оставляет иных выходов, как лицемерие для слабых и мученичество для сильных. Отнимая у человека возможность делать добро по собственному побуждению и постичь истину силой собственного внутреннего развития, она, в сущности, преграждает доступ к высшему нравственному совершенствованию. «Что может быть тягостнее для развитого нравственного сознания, как не средневековый способ нравственно-религиозного восприятия при помощи костров инквизиции и государственного меча? Там, где водворяется подобная система, рано или поздно должен явиться и Лютер со своими протестами». Эти противоречия преодолеваются, как путем выработки новых нравственных принципов и норм в ходе развития общества, так и путем внесения корректив в действующее законодательство.  

Заключение.

Социальные нормы  регулируют не всякие, а наиболее типичные, массовые отношения. Случайные связи, поступки, действия не могут отразиться в норме. Норма – это всегда стереотип, основанный как на внутренних побуждениях, так и на внешних детерминантах. Действуя в системе социального нормативного регулирования, юридические нормы являются только одним из элементов этой системы. В условиях правового общества, демократического государства гармоническое взаимодействие права с иными социальными нормами – необходимое условие его эффективности.

Таким образом, право активно содействует утверждению  прогрессивных моральных представлений  в обществе. Нормы морали, в свою очередь, наполняют право глубоким нравственным содержанием, содействуя эффективности правового регулирования, одухотворяя действия и поступки участников правоотношений нравственными идеалами. В таком случае выполнение требований норм права воспринимается гражданами как долг перед обществом и государством, расширяется и углубляется взаимодействие права и морали. Соединенное действие права и нравственности обусловливается единством целей, преследуемых нормами того и другого вида, - воздействия на поведение индивида с социальной точки зрения. Поэтому в значительной части право и нравственность совпадают в своем содержании. С другой стороны сближение нормативно регулятивных систем, прежде всего, религии, морали и права, скорее, желаемый процесс, чем научно прогнозируемая перспектива. В настоящее время современные культуры и общемировые цивилизации, переживают кризис авторитетов, упадок императивов, разложение фундаментальных ценностей. Поиски средств спасению, должны вестись в организационной и регулятивной сферах при условии обращения к новым духовно-нравственным приоритетам вместо прежних, которые довели человечество до его нынешнего состояния. Если люди не расстанутся с идеалами безудержного экономического роста и потребительства, коммерциализации, не откажутся от «языческого» культа денег, тогда о спасении человечества нечего и говорить. Но, если придет понимание необходимости культурного оздоровления, если оно станет достоянием не только отдельных провидцев, но всех либо большинства людей, живущих на Земле, то значение права в союзе с моралью и религией, может стать решающим фактором. Это сближение может осуществиться на уровнях отдельных культур и мировой цивилизации, причем в первом случае – это может быть процесс культурной модернизации, во втором – процесс глобализации. На этом пути окажется необходимым усиление духовных ценностей христианства, ислама, буддизма и других мировых и национальных религий. Глобализация, пока еще не определившаяся тенденция, обсуждаемая сегодня, как правило, в экономических категориях капиталистического и посткапиталистического общества, вряд ли состоится, если она будет связана с попытками возвести на мировой пьедестал какую то одну из существующих ныне систем моральных или правовых норм. Мировой правопорядок, универсальная мораль и соответствующая им религиозность, должны образовывать в самом процессе глобализации как итог совместного поиска и солидарных усилий множества народов и культур.   

В завершении следует  отметить, что анализируя соотношение  права и морали можно сделать  следующий вывод: выполнение правовых норм в значительной мере обуславливаются тем, в какой мере они соответствуют требованиям морали. Нормы  права не должны противоречить положительным устоям общества. Однако жизнь приводит к обособлению данных норм, но она не может устранить их взаимодействия.  Право и мораль, взаимодействуя с остальными социальными регуляторами, способствуют подавлению скрытых в человеке биологических инстинктов, «окультуривают» человека, помогают человеку приобщиться к жизни общества, социализироваться.  

Литература. 

Нормативные правовые акты: 

1. Конституция Российской Федерации 1993г. (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993г.),
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ / / "Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, N 25, ст. 2954 (с изм. и доп., вступающими в силу с 18.04.2010),
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ / / Собрание законодательства РФ, 05.12.1994, N 32, ст. 3301 (с изм. и доп., вступающими в силу с 31.12.2009),
4. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 N 223-ФЗ / / Собрание законодательства РФ, 01.01.1996, N 1, ст. 16 (с изм. и доп., вступающими в силу с 01.09.2008).

Специальная литература: 

1. Библия. Книги  священного писания Ветхого и  Нового завета. Москва 1990г.

Специальная научная литература: 

1. Аренс Г. Юридическая  энциклопедия или Органическое изложение  науки о праве и государстве, на основании принципов этической  философии права: Перевод с немецкого  – М.: Тип. А. Семена, 1863,
2. Грудцына Л.Ю. Церковь как связующее звено между гражданским обществом и государством в России. Адвокат. -2007. -№9,
3. Евангелие от Луки 10. Притча о добром самарянине;
4. Казимирчук В.П., Кудрявцев В.Н. Современная социология права: Учебник для вузов.- М.: Юристъ, 1995,
5. Кант И. Сочинения в 6-и т. – М.: Мысль,1965.Т.4,
6. Лукашева. Право. Мораль. Личность. М., ¨наука¨. 1986. 264 с.,
7. Малько А.В. Теория государства и права в схемах, определениях и комментариях: учеб. пособие. – М.: Проспект, 2010,
8. Мальцев Г.В. Нравственные основания права. Изд. 2-е. М.: Изд-во СГУ, 2009,
9. Маслов Е. В. Управление персоналом предприятия: Учебное пособие / Под ред. Шеметова П. В. М.: ИНФРА-М; Новосибирск: НГАЭиУ, 1998,
10. Масюкевич О.П. Теория государства и права: Учебное пособие. 3-е изд. - "Дашков и К", 2007г.,
11. Матузов Н.И. О праве в объективном и субъективном смысле: гносеологический аспект. Журнал "Правоведение"/1999/№ 4,
12. Новгородцев Π. И. Нравственный идеализм в философии права// Проблемы идеализма. Μ., 1902,
13. Официальный сайт Московского патриархата Русской Православной Церкви: http://www.patriarchia.ru. По материалам конференции "Права человека и достоинство личности. Церковно-общественный взгляд", 28 февраля 2006 г,
14. Персинг Р.М. Лайла. Исследование морали. – М.: Лавка Языков, 2001,
15. Петражицкий Л.И. Права добросовестного владельца на доходы. Изд-во СТАТУТ, 2002г.,
16. Ульпиан, 1 книга «Институций»,
17. Черданцев А.Ф.  Теория государства и права: Учебник для вузов. – М.: Юрайт, 2000,
18. Юстиниан, Институции, 1, 1.