Допрос обвиняемого

Классифицировать показания можно по различным основаниям деления. Так, по возрастным особенностям субъекта допроса различают показания несовершеннолетнего (малолетнего) и взрослого; по очередности показания могут быть первичными и повторными; по содержанию - основными и дополнительными. Показания по отношению к установлению истины по делу могут быть правдивыми и ложными, достоверными и недостоверными, оговором и самооговором.

Проведение допроса, как и любого другого следственного действия и всего следствия в целом, должно отвечать требованию законности. Законность допроса - это, во-первых, обоснованность его проведения, а во-вторых, соблюдение процессуальных правил его производства. Законность допроса предполагает его объективность, всесторонность и полноту. Иначе говоря, в ходе допроса важно получить информацию о расследуемом преступлении, которой располагает допрашиваемый, а не только ту, которая согласуется лишь с версией следователя. Тенденциозный, субъективный отбор информации недопустим. Соблюдение законности допроса важно для получения от допрашиваемых информации, которая не только соответствует действительности, но и способствует воспитанию у допрашиваемых сознательности, уважительного отношения к закону.8

Самое тщательное соблюдение всех предписаний процессуальных норм еще не означает полную гарантию соблюдения законности. Под законностью понимается строгое следование не только букве закона, но и его смыслу, предписаниям морали.

Допрос принадлежит к числу таких следственных действий, тактика которых имеет ярко выраженный этический аспект. Законность и этика - категории взаимосвязанные. В то же время этичность предполагает самое точное соблюдение требований законности. Любое нарушение требований уголовно-процессуального закона является одновременно нарушением и моральных норм. Некоторые статьи УПК предписывают следователю определенные правила поведения.9

Однако это не исключает и специфических нравственных предписаний для каждого следственного действия. В этой связи особый этический смысл приобретают:

1) допрос лиц, находящихся с обвиняемым в родственных, близких отношениях;

2) процедура предупреждения свидетеля и потерпевшего об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний;

3) характер разъяснения подозреваемому и обвиняемому значения чистосердечного раскаяния как обстоятельства, смягчающего ответственность;

4) объективность разъяснения обвиняемому значения доказательств и особенно тех, которые подвергались экспертному исследованию;

5) возможность ставить свидетелю такие вопросы, которые изобличают его самого в совершении преступления или неблаговидном поведении;

6) допрос по обстоятельствам, при выяснении которых раскрываются интимные стороны личной жизни проходящих по делу лиц;

7) неразглашение данных, ставших известными следователю в ходе допроса;

8) разумное использование следователем власти при разрешении вопроса об удовлетворении заявленных ходатайств;

9) возможность и пределы психологического воздействия на личность в процессе допроса;

10) применение тактических приемов эмоционального и логического воздействия, использование тактических комбинаций, допускающих вероятность неправильной их оценки допрашиваемым;

11) внешний вид и манера поведения следователя.

Допрос проводится по месту производства предварительного следствия. Следователь вправе, если признает это необходимым, провести допрос в месте нахождения допрашиваемого. Допрос не может длиться непрерывно более 4 часов. Продолжение допроса допускается после перерыва не менее чем на один час для отдыха и принятия пищи, причем общая продолжительность допроса в течение дня не должна превышать 8 часов. При наличии медицинских показаний продолжительность допроса устанавливается на основании заключения врача (ст. 187 УПК РФ).10

Вывод. Рассмотрев сущностные характеристики допроса мы считаем что, в целях создания единого этического режима предварительного следствия нравственные требования в силу их общности следовало бы распространить на все следственные действия, включить в УПК статью, которая в обобщенном виде определяла бы этические нормы всего судопроизводства

Глава 2.ОСНОВАНИЯ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ДОПРОСА И ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ОФОРМЛЕНИЕ ДОПРОСА ОБВИНЯЕМОГО

2.1 Основания и процессуальный порядок допроса

Для проведения допроса необходимы основания. В отношении подозреваемого и обвиняемого фактических оснований не требуется, формальными же основаниями являются акты, констатирующие появление в процессе данных участников и возлагающие на следователя обязанность обеспечить их право на дачу показаний, т.е. допросить их, если они не отказываются от дачи показаний. Основанием допроса потерпевшего также является формальный акт-постановление о признании его таковым (ч. 1 ст. 42 УПК). Однако для дополнительного допроса этих лиц нужны фактические основания, т.е. данные о том, что они располагают сведениями, которые не были получены при первом допросе. Иными являются основания допроса свидетеля — это данные о том, что ему известны обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения дела (ч. 1 ст. 56 УПК). В этом случае речь идет о данных предположительного характера, но и они должны обязательно иметься у следователя при принятии им решения о проведении допроса. О недооценке данного требования на практике косвенно говорит весьма значительное количество допросов (более 60 %) от общего числа, не давших в распоряжение следователя полезной информации.

Как и любое другое следственное действие, допрос не может проводиться в ночное время (с 22.00 до 6.00 по местному времени), кроме случаев, не терпящих отлагательства. К ним следует отнести опасное для жизни состояние допрашиваемого, необходимость предотвращения сговора подозреваемых и другие подобные обстоятельства.

У подлежащих допросу свидетеля и потерпевшего может быть взято обязательство о явке (ч. 1 ст. 112 УПК). Они вызываются к следователю повесткой, в которой указывается, кто и в каком качестве вызывается, адрес, по которому надлежит явиться, дата и время явки на допрос, последствия неявки без уважительных причин. Повестка направляется по почте или с использованием иных средств связи (телефонограммой, радиограммой) либо с посыльным. Следователь должен быть уверен, что повестка вручена адресату.

В случае временного отсутствия вызываемого она вручается совершеннолетнему члену семьи, передается администрации по месту работы вызываемого или, по усмотрению следователя, иным лицам и организациям для вручения вызываемому. Факт вручения повестки должен быть удостоверен распиской его самого, либо члена его семьи, либо уведомлением почтового учреждения о вручении. При неявке потерпевшего или свидетеля по неуважительным причинам он может быть доставлен к следователю приводом на основании вынесенного следователем постановления. Уважительными причинами неявки могут быть неполучение повестки, командировка, болезнь, стихийное бедствие, иные обстоятельства, исключающие возможность явки. В таком же порядке вызываются на допрос подозреваемый и обвиняемый, находящиеся на свободе. Если эти лица находятся под стражей, они доставляются на допрос органами внутренних дел. Военнослужащий вызывается на допрос через командование воинской части. Все подлежащие допросу лица при неявке могут быть подвергнуты судом денежному взысканию на основании составленного следователем протокола.11

Таким образом, допросу могут быть подвергнуты лица, занимающие разное процессуальное положение. Это свидетели, потерпевшие, подозреваемые, обвиняемые. Закон заранее не ограничивает круг подлежащих допросу свидетелей и потерпевших их возрастом: возможность допроса малолетних или престарелых определяет сам следователь. При необходимости решения вопроса о их способности правильно воспринимать обстоятельства дела и давать показания назначается экспертиза. В то же время закон исключает из круга допрашиваемых некоторых лиц, хотя они и располагают информацией, полученной в процессе осуществления своих профессиональных обязанностей. Это судья, присяжный заседатель, адвокат, защитник подозреваемого и обвиняемого, священнослужитель, член Совета Федерации и депутат Государственной думы. Запрет допроса этих лиц продиктован соображениями охраны профессиональной тайны как условия их эффективной деятельности (ч. 3 ст. 56 УПК). Не подлежат допросу лица, пожелавшие воспользоваться свидетельским иммунитетом (п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК). Кроме того, нельзя допрашивать лиц, страдающих физическими и психическими недостатками, вследствие которых они не-способны правильно воспринимать и воспроизводить обстоятельства, имеющие значение для дела. Но закон допускает возможность допроса в качестве свидетелей других участников процесса: понятых, секретарей и даже дознавателей, следователей и оперативных работников, когда необходимо выяснить обстоятельства, ставшие им известными при выполнении своих обязанностей. По поводу возможности допроса последних иногда высказываются возражения, основанные на том, что свидетель — это участник процесса, создаваемого самим ходом исследуемого события, между тем как следователь, дознаватель таким лицом не был, ибо получил информацию в процессе расследования. Кроме того, вызовы следователей в суд для проверки ссылок допрашиваемых на применение недозволенных методов допроса серьезно осложняют выполнение ими своих непосредственных обязанностей. Представляется, что с этими возражениями нельзя все же согласиться как по формальным соображениям, так и по существу. Согласно ч. 1 ст. 56 УПК, свидетель — это лицо, которому могут быть известны существенные обстоятельства дела. Здесь не говорится о способе получения им информации. Под такое определение вполне подпадает и следователь, и оперативник. Кроме того, без допроса следователя, о незаконных действиях которого сообщает обвиняемый, часто практически невозможно выяснить обстоятельства допроса, осмотра и т.д. и определить допустимость полученных при этом доказательств. По такому пути идет и судебная практика. Но если следователь был допрошен в качестве свидетеля, он в дальнейшем уже не может выполнять по делу функции следователя.12

Предмет допроса свидетелей и потерпевших широк: это все известные им обстоятельства, имеющие отношение к делу, включая взаимоотношения с подозреваемым, обвиняемым (добавим, и со свидетелями). Подозреваемый допрашивается по поводу обстоятельств, вызвавших подозрение, а обвиняемый — по поводу предъявленного обвинения. Стремясь предотвратить неправомерное давление на обвиняемого, отказавшегося дать показания, закон допускает повторный допрос только по просьбе самого обвиняемого.

В допросе, помимо следователя, могут с целью контроля за правильностью его проведения участвовать прокурор и начальник следственного отдела. При необходимости привлекается переводчик, а также специалист (для помощи следователю в формулировке вопросов). Участвующий в допросе эксперт выясняет обстоятельства, существенные для дачи им заключения. Фактически обязательным в допросе подозреваемого и обвиняемого является участие защитника. В соответствии с ч. 2 ст. 53 УПК защитник при этом вправе проявлять достаточную активность: давать допрашиваемому в присутствии следователя краткие консультации, задавать ему с разрешения следователя вопросы, делать письменные замечания по поводу правильности и полноты протокольных записей. Закон предусматривает также право адвоката участвовать в допросе свидетеля, вместе с которым он явился на допрос. В этом случае адвокат имеет те же права, что и защитник, участвующий в допросе подозреваемого и обвиняемого. Следователь может отвести вопросы адвоката, но обязан занести их в протокол допроса.

Никакие другие лица, в т.ч. другие свидетели, потерпевшие, подозреваемые и обвиняемые при допросе присутствовать не должны, т.к. это могло бы оказать на допрашиваемого нежелательное воздействие. Следователь должен предотвращать возможность общения недопрошенных лиц между собой.

По соображениям безопасности при допросе свидетеля и потерпевшего могут быть сохранены втайне сведения об их личности. Для этого в соответствии с ч. 9 ст. 166 УПК они могут быть допрошены под псевдонимом, присвоенным им следователем. Решение об этом следователь обосновывает в постановлении, согласованном с прокурором.13

Перед непосредственным осуществлением допроса следователь обязан предпринять ряд мер, направленных на обеспечение прав допрашиваемых и в то же время на предотвращение возможности утаивания и искажения ими информации. Таковы:

1) предотвращение допроса ненадлежащего лица (явившегося вместо вызываемого по ошибке или умышленно), для чего необходимо убедиться в личности явившегося (путем ознакомления с документом, удостоверяющим личность);

2) разъяснение каждому допрашиваемому лицу, в каком качестве и по какому делу он допрашивается, какие права представлены ему при допросе и в каком порядке будет производиться допрос. Особенно важное значение имеет разъяснение права на отказ от показаний, т.е. на свидетельский иммунитет (ст. 11, 42, 46, 47, 56 УПК), и последствий отказа от иммунитета;

3) предупреждение свидетеля и потерпевшего об ответственности за отказ от показаний и дачу ложных показаний, предусмотренной ст. 307 и 308 УК. Об ответственности по этим статьям предупреждается также переводчик, привлеченный к допросу, а также допрашиваемые эксперт и специалист;

4) предупреждение допрашиваемых о том, что будут применяться технические средства.

Допрос по существу начинается предложением свидетелю и потерпевшему рассказать все известное им по обстоятельствам, в связи с которыми они вызваны на допрос, а подозреваемому и обвиняемому — об обстоятельствах, вызвавших подозрение или составляющих предъявленное обвинение. Это — «свободный рассказ» допрашиваемого. Исследователи отмечают, что на этом этапе допроса показания выигрывают в точности, но проигрывают в полноте.14

После этого следователь вправе задавать вопросы. Они могут быть а) напоминающими, б) уточняющими, в) дополняющими, г) контролирующими. При ответе на них показания выигрывают в полноте, но проигрывают в точности, что объясняется внушающим воздействием вопросов .

Следует иметь в виду, что любой вопрос имеет две части: констатирующую и вопрошающую. Лицо, задающее вопрос другому, не только стремится восполнить недостаток своих знаний, но и сообщает ему некую информацию .

Чтобы предотвратить связанную с этим возможность внушения, закон категорически запрещает ставить допрашиваемым наводящие вопросы. Таковыми являются вопросы, в самой формулировке которых в явной или скрытой форме содержится подсказка желаемого ответа. Наводящим, к примеру, является открытая подсказка: «не держал ли подозреваемый в руке нож», в то время как сделанный в нейтральной форме вопрос должен звучать так: «Было ли что-нибудь в руках у подозреваемого». Но и такой вопрос в другой системе координат (например, когда неизвестно, был ли подозреваемый участником события) носит наводящий характер. Поэтому к постановке вопроса необходимо подходить с осторожностью, он должен быть сформулирован так, чтобы допрашиваемый не мог извлечь из него никакой новой информации об обстоятельствах дела и вынужден был опираться только на собственную память (А.Р. Ратинов).

Запрещая задавать наводящие вопросы, закон устанавливает, что в остальном следователь свободен в выборе тактики допроса (ч. 2 ст. 89). Вопрос о свободе выбора тактики допроса заслуживает более детального освещения. Решая его, следует исходить из недопустимости при допросе применения насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создания опасности для жизни и здоровья допрашиваемого (п. 4 ст. 164). В то же время допустимы приемы, направленные на помощь допрашиваемому в припоминании забытого и на преодоление запирательства и лжи. Некоторые авторы считают возможным применение в этих целях так называемых «следственных хитростей» (их порой трактуют как «маневрирование информацией» или «психологические ловушки»). Смысл этого приема состоит в создании условий, при которых допрашиваемый, заблуждаясь в оценке информированности следователя об обстоятельствах дела или целей допроса, поневоле сообщает скрываемую информацию. Таковы приемы, именуемые «допущением легенды» (когда следователь представляет допрашиваемому возможность нагромождать одну ложь на другую, облегчая этим возможность ее разоблачения); «отвлечение внимания» (выяснение второстепенных вопросов, скрывающее основную цель допроса); «разжигание конфликта» (рассчитан на то, что, обострив противоречия в позициях соучастников, следователь побудит их изобличать друг друга); создание ошибочных представлений, что следователю «все известно» (с тем, чтобы продемонстрировать бесперспективность запирательства) и т.п. Ученые по-разному относятся к допустимости «следственных хитростей». Одни предлагают считать их допустимыми, если действие их избирательное: для правдивого участника они являются нейтральными и не могут толкнуть его на путь дачи ложных показаний, в то время как лгущего побуждают к правдивости. Другие не без основания усматривают в них элементы обмана, недопустимые в процессуальной деятельности по моральным соображениям и способные привести к следственной ошибке. Представляется, что любой тактический прием допроса не должен содержать сообщение допрашиваемому ложной информации. Следователь также не вправе склонять допрашиваемого к подтверждению определенного факта обещанием каких-либо благ и послаблений: изменения меры пресечения, принятия мер к определению судом более мягкого наказания и т.д.15