Безработный: психология выживания

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 20 Сентября 2011 в 10:16, доклад

Описание работы

По российским городам покатилась волна массовых увольнений по сокращению кадров. Оказаться на улице — тяжелый удар по психике. Мало кто может выдержать его не моргнув глазом. Большинство впадает в состояния, граничащие, в зависимости от склада психики, либо с депрессией на почве обострения комплекса неполноценности, либо с манией преследования. Как сохранить дружеские отношения с головой?

Файлы: 1 файл

Психология выживания.doc

— 36.50 Кб (Скачать файл)

Безработный: психология выживания 

Вы свободны 

Как не потерять вместе с работой и голову

       По российским городам покатилась  волна массовых увольнений по  сокращению кадров. Оказаться на  улице — тяжелый удар по  психике. Мало кто может выдержать  его не моргнув глазом. Большинство впадает в состояния, граничащие, в зависимости от склада психики, либо с депрессией на почве обострения комплекса неполноценности, либо с манией преследования. Как сохранить дружеские отношения с головой? Клин клином вышибают: слабости любого психического типа продолжаются его достоинствами. Это и надо использовать. И у депрессивных, и у склонных к паранойе есть свое тайное оружие в борьбе с досадным съезжанием крыши. Этим материалом мы продолжаем серию публикаций по психологии выживания в условиях нынешнего российского кризиса.

       

       Предположим, это случилось. Вас  уволили. Это могло случиться  с каждым, но случилось именно  с вами. Человек так устроен,  что ему обязательно нужно  ответить на вопрос "почему?". Ответ "потому что финансовый кризис" никого не удовлетворяет, поскольку не помогает понять: "почему именно меня?" Весь возможный спектр объяснений случившегося можно разделить на две большие группы. В первую войдут ответы: "Я сам виноват (не хватило знаний, навыков, пробивных способностей, интуиции, везения)", во вторую — "Виноваты они (злой начальник, тупое правительство, коллеги-интриганы)".

       Людей, приписывающих всю ответственность  за события своей жизни самим  себе, психологи называют "интерналами", а тех, кто объясняет все внешними факторами, соответственно, "экстерналами". Интерналов не следует путать с интравертами, которые не любят общаться с окружающими и погружены в свой внутренний мир, а экстерналов — с открытыми, общительными и не склонными к рефлексии экстравертами. Эти пары свойств хотя и связаны, но не обязательно сочетаются в каждом человеке.

       Локус контроля, то есть склонность  объяснять события внутренними  или внешними причинами, является  довольно устойчивой психологической  особенностью личности, зависящей от условий воспитания и культурных традиций. Конечно, в любой культуре есть определенное количество интерналов и экстерналов (то есть людей с внутренним или внешним локусом контроля). Однако существуют значительные межкультурные вариации выраженности этих свойств. Кросс-культурное исследование, проведенное несколько лет назад международной командой психологов и этнографов, показало, что наибольшее число интерналов — в США, много их в протестантских странах Европы (Германии, Голландии, Англии), несколько меньше — в Италии, где сильны католические традиции. Больше всего экстерналов — в мусульманских странах. Статистически значимых данных о преобладании людей с тем или иным локусом контроля в России нет, но культурно-исторические особенности нашей страны позволяют предположить, что у нас в целом больше фаталистов, чем тех, кто считает себя самого "кузнецом своего счастья и несчастья".

       

"Сволочи,  они давно хотели меня сгноить!"

       Уволенных экстерналов не мучает  ни рефлексия, ни комплекс неполноценности. Но вопрос "почему я?", конечно, актуален и для них. Одни решат, что виновато правительство и президент, и присоединятся к сидящим на рельсах шахтерам или к марширующим с флагами коммунистам. Других "переклинит" на том, что им просто не повезло родиться в такой стране, где чуть только что-то наладится, как — бац!.. Новая волна ажиотажа вокруг зарубежных посольств говорит о том, что таких довольно много. Третьи обвинят в своем увольнении конкретных персонажей — начальников, коллег, олигархов, "жидомасонов и педерастов", русских и пр.

       Фиксация на чувстве обиды  и несправедливости может дать  толчок к развитию параноических  форм мышления и поведения.  Человек открывает для себя  все новые и новые "доказательства" неслучайности своего увольнения, а затем обнаруживает злой умысел и даже заговор против него, конечная цель которого — его полное уничтожение. Если не физическое, то моральное. Несчастный приступает к разрабатке планов мести или защиты от дальнейших преследований. Чем более детально разработаны бредовая идея преследования и соответствующая ей линия поведения, тем более избирательным становится восприятие и мышление человека, тем менее чувствителен он к доводам разума. Его невозможно ни в чем переубедить, он абсолютно уверен в правильности своей болезненной картины мира. "Как же вы не видите очевидного? — удивляется он.— Ведь доказательства масонского заговора налицо, о нем написаны горы книг, да вы и сами сталкиваетесь с ним на каждом шагу. Посмотрите, сколько стоит пачка масла!"

       

"Такого, как  я, должны были уволить еще  год назад"

       Интерналы ищут (и находят!) причины  своих неудач в самих себе. В принципе это может дать импульс к вполне конструктивным действиям, но вот беда — у человека интернального склада любая неудача автоматически снижает самооценку. Он открывает против себя судебное дело, в котором обвинения становятся все более тяжелыми, а приговор — все более суровым. Даже если его уволили по совершенно независимым от его личных качеств причинам (банкротство фирмы и увольнение всех работников), он найдет, в чем себя упрекнуть. Например, в том, что не предвидел этого раньше и вовремя не уволился сам. Что вообще в свое время неправильно сделал, что согласился работать в этой фирме. Что еще раньше, когда мама говорила поступать в экономический, не послушался и поступил в юридический (или наоборот). Что завел семью (теперь нечем будет кормить детей). Что не завел семью (теперь бы было кому кормить). И так далее...

       В наиболее тяжелых случаях  дело может кончиться настоящей  депрессией. Убедив себя в своей  полной никчемности, человек перестает  вообще что-либо предпринимать.  Поиски работы становятся все более вялыми и после нескольких неудачных попыток постепенно сходят на нет, затем человек перестает следить за собой, у него пропадает аппетит и желание вставать с постели. Попытки родственников и друзей чем-то помочь воспринимаются таким человеком как неискренние. "Что вы со мной, как с ребенком, разговариваете? Что вы меня убеждаете, что есть какие-то шансы? Все кончено, и нечего делать вид, что вы этого не понимаете". Иногда он вообще перестает разговаривать с кем-либо и проводит дни в постели, отвернувшись лицом к стене. В отдельных случаях кризис может перерасти в клиническую форму, заканчивающуюся больницей, назначением антидепрессантов и даже кормлением через трубку.

       

"Если в  этой стране есть хоть какая-то  работа, она будет моей!"

       Разумеется, описанные два сценария болезненной реакции на увольнение преувеличены. Только по-настоящему больные люди могут так рассуждать и вести себя. Но грань между душевным здоровьем и болезнью не так прочна, как кажется. И тяжелый душевный удар, вызванный увольнением, может обострить в человеке тенденции, которые никогда бы не проявились в более благоприятных условиях.

       Размышляя о причинах увольнения, постарайтесь не впадать ни  в самобичевание, ни в праведный  гнев. И то и другое непродуктивно,  поскольку обращено в прошлое. Конечно, необходимо проанализировать ошибки, но не для того, чтобы найти доказательства своей несостоятельности. Нужно также объективно оценить реальность, чтобы не ставить перед собой неосуществимых целей.

       Воспользуйтесь преимуществами своего психологического типа — а эти преимущества, как и следовало ожидать, являются прямым продолжением соответствующих слабостей. Интерналы знают, что им неоткуда ждать помощи, что все зависит только от них. На первых порах им тяжелее справиться с ударом, и близкие должны их поддержать, вселить в них веру в свои силы. Главное для них — не отчаиваться и не винить себя понапрасну. Сильная сторона интерналов в том, что им легче наметить (и реализовать!) программу перестройки себя и своей линии поведения, которая поможет им выиграть конкуренцию за сократившееся число рабочих мест. Присущий им самоанализ в сочетании с опорой на собственные силы позволяет принять грамотные решения о необходимости, например, повысить квалификацию, по-другому строить отношения с коллегами, а может быть — вообще о смене сферы деятельности.

       Экстерналам менее свойственно  впадать в уныние из-за собственных  неудач. Увольнение не столько  печалит их, сколько злит. Главное  для них — использовать свое  раздражение конструктивно, то есть превратить его не в агрессию, а в энергичные поиски новой работы. Уверенность в себе и напористость дают людям этого склада преимущества во время собеседования с потенциальным работодателем. Они так убеждены, что им должны дать работу, что способны убедить в этом кого угодно. Даже службу персонала.

Информация о работе Безработный: психология выживания