Политическая элита Казахстана

По  поводу процесса смены  элит, можно сказать, что на данный момент на постсоветском  пространстве существуют три модели:

1. Российская (преемник)
2. Азербайджанская (династийная форма передачи власти)
3. Украинская (победа контр-элиты) 
   Грузинская (победа контр-элиты) 
   Кыргызская (победа контр-элиты)

Для Казахстана, скорее всего, будет более приемлема  российская модель передачи власти, так  как именно она позволит сохранить  политическую стабильность в стране. Хотя, как ни печально, но вопрос о  «преемнике» это «проклятие»  всех политических систем, чья перспектива  зависит от одного человека или узкой  группы лиц. В связи с этим вспоминается одна интересная беседа на данную тему с экспертом грузинского фонда  по стратегическим и международным  исследованиям Арчилом Гегешидзе. На вопрос о наличии возможного преемника  у Саакашвили, он заявил, что может  быть после грузинской революции, и  возникло много разочарований, но одним  из главных ее достижений было то, что  вопрос о преемнике умер вместе со сменой власти. При Шеварднадзе этот вопрос был важен, сейчас уже нет. Поэтому следующий президент, после  Саакашвили придет к власти только через демократические процедуры, через выборы. Хотелось бы верить, что  когда-нибудь такое можно будет  сказать и по отношению к Казахстану.

Но, кроме  поиска оптимальной модели преемственности  власти, политической элите Казахстана необходимо ответить еще на один вопрос. Речь идет о начале проведения политических реформ. Здесь имеются четыре проблемы:

  1. Стратегическая  инициатива по проведению реформы  находится в руках президента. В таких условиях, как говорят  политологи, многое зависит от  того, кто ближе к президентскому  «уху». К сожалению, казахстанских  «консерваторов» и «ястребов»  вокруг этого уха больше, чем  либералов и сторонников «политического  диалога». Немаловажным для президента  является сохранение «политического  лица», чтобы инициирование политических  реформ не стали рассматривать  как уступку международному и  внутреннему давлению.

  2. В  понятие «политическая реформа»  разные политические силы Казахстана  вкладывают свой смысл. Нет  общеполитического консенсуса по  основным направлениям ее проведения. По-разному же видятся и темпы  ее осуществления. 

  3. В  Казахстане пока нет авторитетной  политической силы, которая могла  бы стать легитимным партнером  власти в разработке и реализации  политических реформ. Такой силой  может выступить только полноценная  демократическая коалиция, создание  которой в казахстанских политических  условиях возможно, но маловероятно.

  4. Гипертрофированная  персонификация власти в Казахстане, как и в других странах Центральной  Азии, увеличивает угрозу для  их внутриполитической обстановки. Самым негативным вариантом для  некоторых стран региона может  быть обострение борьбы политических, финансовых и клановых группировок  за освободившийся пост руководителя  страны вплоть до внутриполитического  вооруженного конфликта. Все это  может оказать негативное влияние  и на региональную стабильность  в целом. 

Но, несмотря на наличие этих проблем, Казахстан  уже созрел для политических реформ, потому что другой разумной альтернативы нет.

Для эффективной реализации любой политической реформы необходимы три условия:

• экономическая база, ибо в бедном государстве проведение политических реформ скорее приводит к неудачам, чем к успехам;
• политическая воля, которая определяется не конъюнктурными интересами, а стратегическими целями политического развития;
• последовательность, так как политические реформы это долгосрочный проект.

Из этих трех условий в Казахстане в наличии  пока только одно – благоприятные  экономические условия, на фоне которых  контрастирует неблагоприятный  политический пейзаж.  

И если эти реформы проводить, то они  должны идти под знаком шести П:

1. правовое поле;
2. парламентская реформа;
3. партийная реформа;
4. процесс децентрализации;
5. последовательность;
6. политическая преемственность.

Правовое  поле

Политические  реформы невозможны без специальной  правовой основы. Действующая ныне Конституция уже не соответствует  современным политическим реалиям, и внесение изменений в нее  должно стать делом ближайшего будущего.

Парламентская реформа

Одной из главных целей политической реформы  является создание работающей системы  сдержек и противовесов, что невозможно осуществить без повышения роли парламента в системе государственной  власти. В частности, речь идет об участии  парламента в формировании правительства.

При этом нельзя исключать, что конечной целью  парламентской реформы в перспективе  может быть создание однопалатного  парламента. Это не самоцель, но нынешнее деление высшего законодательного органа на две палаты в унитарном  государстве является, скорее, «политической  страховкой» для власти, чем реальным вкладом в совершенствование  законотворческого механизма. По сути, из шести полномочий, которые находятся  в исключительном ведении Сената по Конституции, именно самый последний  определяет смысл существования  верхней палаты в глазах власти. Это пункт о рассмотрении возбужденного  Мажилисом вопроса об отрешении  от должности Президента Республики и вынесение его результатов  на рассмотрение совместного заседания  палат. В то же время речь здесь  не идет о создании парламентской  системы, для которой пока не созрели  ни благоприятные политические условия, ни партийная система.  
 

Партийная реформа

Реформирование  партийной системы только началось, но, к сожалению, с самого начала в этом процессе превалировали искусственные  ограничители партийного поля, а не объективные законы расширения политического  участия через партийные каналы. Партийная система пока является придатком политической системы, с  которым правящая элита не знает, что делать. Запрещать вроде бы поздно, а поощрять партийную активность чревато. Такая ситуация определяет ограниченные способности и нереализованные  возможности казахстанских политических партий участвовать в разработке программы политических реформ. Основная цель партийной реформы – создание эффективных каналов влияния партий на политический процесс:

• через парламент;
• через механизм циркуляции политической элиты;
• через активное взаимодействие с другими институтами гражданского общества, чей потенциал сейчас не реализован.

Процесс децентрализации

• центр–регионы. Введение механизма выборности акимов;
• местное самоуправление;
• бюджетная децентрализация.

Политическая  последовательность

• определение приоритетов;
• наличие политического консенсуса по основным направлениям;
• партнерство;
• снижение внутреннего и внешнего фактора давления на власть, так как политические реформы под давлением обычно неэффективны.

Политическая  преемственность

Одной из конечных целей политической реформы  является снижение личностного фактора  в обеспечении стабильности и  устойчивости политической системы:

• развитие механизма циркуляции политической элиты через партийные каналы;
• партнерские отношения с оппозицией, как с полноправным участником политического процесса, а не как с декорацией;
• политический консенсус по стратегическим вопросам экономического и политического развития между основными политическими силами.

Необходимо  создать оптимальный механизм баланса  между сильной президентской  властью, сильным гражданским обществом  и полиархией. Но всего этого можно  достичь только при реализации вышеупомянутых инициатив.

По сути, на современном этапе политического  развития Казахстан должен найти  ответы на два актуальных вопроса:

1. К какому из  трех типов относится  авторитарная политическая  система Казахстана?

• мобилизационный;
• консервативный;
• модернизирующийся (способной к политическим реформам).

2. К чему приведет  чрезмерная концентрация  власти у президента: к авторитаризму  ради авторитаризма  или к авторитаризму  ради модернизации?

Именно  выборы являются той самой иммунной системой государственного организма, которая защищает его от политических болезней, хотя некоторые из них  уже присутствуют в Казахстане. Но честные выборы невозможны без наличия  соответствующих избирательной  и партийной систем. По сути, начало создания этих взаимосвязанных систем и будет первым признаком политической модернизации, которая является самым  оптимальным вариантом дальнейшего  развития политической системы Казахстана. Для нас мог бы быть полезен  опыт некоторых новых индустриальных стран (Таиланда, отчасти Южной Кореи, Тайваня, Бразилии), где авторитарная модернизация проводилась с учетом мнения оппозиции, которая в определенной мере входила в правящий (модернизаторский) блок. И если история – это  политика, которую уже нельзя исправить, то политика – это история, которую  еще можно исправить. Печальной  альтернативой может быть лишь консервация  существующих политических отношений, что, со стратегической точки зрения, может привести к негативным политическим последствиям. К тому же консервация  породит другую опасность, о которой, к сожалению, многие забывают и которая  характерна для большинства авторитарных систем. Речь идет о процессе отложенной социализации, что приводит к отсутствию эффективных механизмов вхождения  молодого поколения в политическую жизнь страны. В результате возникает  либо абсентеизм, либо радикализм, что, кстати, уже можно наблюдать у  некоторых наших соседей по Центральной  Азии.  

Исходя  из вышеизложенного, у Казахстана есть два возможных  варианта политического  развития: 

Оптимальный вариант 

• политическая модернизация;
• появление новых каналов рекрутирования политической элиты;
• повышение количества и качества существующих точек доступа к процессу принятия политических решений;
• проведение четкой границы между бизнесом и политикой;
• введение института выборности местных руководителей;
• рост среднего класса;
• более активное вхождение Казахстана в мировое экономическое и политическое пространство, что автоматически повышает требования к государственному управлению;
• становление электоральной формы поддержки институтов власти;
• формирование эффективного механизма преемственности власти;
• диверсификация экономики (1) низкая цена на сырье + хорошее управление; 2) хорошая цена на сырье + хорошее управление).

Результат:

снижение  уровня политических и инвестиционных рисков в Казахстане. Смягчение перехода от состояния «стабильная  нестабильность»  к состоянию «стабильное  развитие».

По поводу политических партий можно сказать, что их превращение в реальный инструмент представительства социальных интересов возможен при четырех  условиях:  
1) реформирование избирательной системы;  
2) повышение функциональной роли парламента;  
3) развитие плюралистического информационного пространства;  
4) сокращение сферы влияния элитных групп давления.

В последнем  утверждении нет ничего парадоксального, так как опыт других стран показал, что при слабой партийной системе  действуют достаточно мощные и активные лоббистские группы, и наоборот. Поэтому неудивительно, что группы давления в Казахстане часто имеют  гораздо больше влияния на процесс  принятия политических решений, чем  наши эрзац-партии. Частично сложившуюся  ситуацию сможет исправить принятие закона «О деятельности лоббистских  организаций», который, с одной стороны, расширит круг политических акторов за счет НПО, с другой стороны – попытается взять под правовой контроль функционирование внутриэлитных групп давления.