Губернская реформа 1775 г

Исправление положения виделось на путях усиления всех звеньев, в том числе и особенно местного звена, всего самодержавного управления.Преобразовав таким образом местное управление, Екатерина намеревалась обеспечить лучше и более точно исполнение монарших законов, внутреннюю безопасность и порядок в империи. Этому подчинено и новое административное устройство:

а) разукрупнение и увеличение губерний более чем вдвое - с 23 до 51;

б) ликвидация 66 провинций как ненужного промежуточного звена между губернией и уездом;

в) многократное увеличение числа уездов;

г) введение 19 наместничеств двух-трех и более губерний каждое.  Новое административно-территориальное деление призвано повысить эффективность судебной, налоговой, полицейской, всей карательной политики, основано на принципе статистического расчета: "Дабы губерния порядочно могла быть управляема, полагается в оной от трех сот до четырех сот тысяч душ. В уезде, или округе считается от двадцати до тридцати тысяч душ".12

   Подобный критерий деления территории также имел свои недостатки: не учитывались особенности экономики региона, его тяготение к издавна сложившимся торгово-промышленным и административным центрам, игнорировался национальный состав населения. Новое деление было основано на компромиссе двух тенденций - централизации и децентрализации управления, причём местным органам управления (самоуправления) предоставлялись весьма широкие полномочия и права.  Действительно, по крайней мере на первый взгляд, в ходе реформы происходило дельнейшее перераспределение властных полномочий между центром и регионами в пользу последних, однако степень самостоятельности местных органов управления оставалась крайне ограниченной, вся их деятельность была строго регламентирована, все принципиальные решения политического характера по-прежнему принимались в центре и именно там назначался и отчитывался глава губернии, подчинённый непосредственно самодержцу. Ни один из вновь создаваемых органов исполнительной власти или самоуправления не имел право устанавливать на своей территории какие-либо законы или правила, вводить собственные налоги и пр. Все они должны были действовать строго по единым законам, разрабатываемым в центре.

     В основу нового деления было, таким образом, положены статистическое данные, при проведении которого в жизнь упускалось из виду, как отмечает Платонов, что управлять теми же 300 - 400 тыс. душ гораздо труднее, если они разбросаны на больших пространствах. При большей дробности новых административных округов нужно было и более административных центров; поэтому возникло много новых городов, созданных совершенно искусственно.13

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.2. Реформа центральных  учреждений

     В связи с губернской реформой стояли меры Екатерины относительно центрального управления.

     Теснейшим образом с губернской реформой 1775 г. были связаны и преобразования центральных учреждений. Их общая тенденция одна - освобождение центральных учреждений от дел текущего управления и сосредоточения власти в руках императрицы.

     Еще в 1763 г. Сенат окончательно утратил свои широкие полномочия. Тогда он был разделен на 6 департаментов. Два из них (один в Петербурге, а другой - в Москве) занимались судебными делами, один ведал делами Украины и Прибалтики, еще один департамент выполнял функции Московской сенатской конторы и т.д. Лишь один из шести департаментов сохранил за собой какое-то политическое значение (публикация законов). Таким образом, Сенат стал высшим судебно-апелляционным учреждением.

     Одновременно резко возросла роль генерал-прокурора Сената и обер-прокурора. Через генерал-прокурора (а им при Екатерине II долгие годы был князь А.А. Вяземский) императрица и сносилась теперь с Сенатом. У генерал-прокурора была огромная власть. Вяземский сконцентрировал в своих руках функции министра финансов, юстиции и государственного казначея.14 Имел репутацию неподкупного.

     Важнейшим звеном государственного управления стал Кабинет Екатерины II с его статс-секретарями. В Кабинете рассматривались теперь многие вопросы внутренней политики (сенатские дела, вопросы промышленной политики ит.д.) Важнейшими фигурами стали статс-секретари Екатерины II, такие как А.В. Олсуфьев, А.В. Храповицкий, Г.Н. Теплов и др. Через них Екатерина II вела основную часть дел по управлению государством. Некоторые екатерининские вельможи выполняли персональные поручения в определенной части внутренней политики. Так, И.И. Бецкой был главной фигурой в области просвещения, Л.И. Миних - в области таможенной политики и т.д. Так постепенно зарождался принцип единоличного управления, что впоследствии вылилось в организацию министерств. С течением времени обнаружилась необходимость в создании совета при императрицы из ближайших и влиятельных сановников. С 1769 г. стал действовать Императорский совет.

     В связи с передачей большей части дел текущего управления на места, в губернские учреждения роль коллегий резко снизилась и в 80-х годах назрела необходимость их ликвидации. Из коллегий продолжали сохранять прочное положение лишь три - Иностранных дел, Военная и Адмиралтейская. Сохранил свое положение в качестве одной из коллегий и Синод, но теперь Синод находился в полнейшем подчинении светской власти.

     В итоге всех этих преобразований окрепла самодержавная власть абсолютного монарха, окрепла и диктатура дворянства на местах, создана была прочная полицейско-бюрократическая система учреждений, просуществовавшая вплоть до эпохи падения крепостного права.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.3 Формы екатерининской администрации 

     Изменив границы области, учреждение о губерниях изменило и устройство областного управления. До 1775 г. главным органом управления в губерниях, уездах и провинциях были губернаторы и воеводы со своими канцеляриями. Земский элемент, удержался только в городском самоуправлении и исчез из губернского управления, поэтому местная администрация стала бюрократической. 

     Суд, отделенный при Петре от администрации, вскоре снова слился с нею. Таким образом, бюрократизм и смешение ведомств, стали отличительными признаками местного управления. При этом состав администрации был малочислен и администрация была слаба. Эта слабость ясно сказалась во время московского бунта 1771 г., происшедшего под впечатлением чумы.   

     Московские  сенаторы и прочие власти растерялись при первом же движении народа. Против мятежной толпы, убившей архиепископа Амвросия, не могли собрать и 500 солдат. Московский главнокомандующий граф Салтыков горько жаловался Екатерине на недостаточность своих средств, для борьбы с чернью. «Я один в городе и Сенате, - писал он, - помощников нет, команды военной недостает... помочь мне некому». Еще сильнее сказалась слабость администрации во время известного пугачевского бунта 1773 - 1774 гг. По случаю турецкой войны у правительства было мало войск, а администрация не могла ни вовремя сдержать крестьянские волнения, ни принять должные меры, чтобы обезопасить не только общество, но и самих себя от всяких случайностей и опасностей. При таких условиях Пугачев под именем Петра III овладел громадными пространствами от Оренбурга до Казани, и борьба с ним обратилась в упорную войну. Только после ряда битв Пугачев был пойман и казнен в 1774 г.. Шайки его рассеялись, но волнение утихало не сразу, и Екатерина выработала свои учреждения о губерниях, как уже и указывалось выше, под свежим впечатлением необыкновенного погрома.15

     Она стремилась увеличить силы администрации, разграничить ведомства и привлечь к участию в управлении земские элементы. В этом ее стремления напоминают стремления Петра Великого, но формы екатерининской администрации далеко разошлись с формами петровского времени, да и основания их были мало, в сущности, сходны. Учреждения Екатерины, прежде всего, были гораздо сложнее учреждений Петра.16

     В каждом губернском городе были установлены:

1. Губернское правление - главное губернское учреждение  с губернатором во главе. Оно  имело административный характер, являлось ревизором всего управления, представляло собой правительственную  власть в губернии.

2. Палаты уголовная и  гражданская - высшие органы суда  в губернии.

3. Казенная палата - орган финансового управления. Все эти учреждения имели коллегиальный характер (губернское правление - лишь по форме, ибо вся власть принадлежала губернатору) и бюрократический состав и ведали все сословия губернии.

     Также  в губернском городе были:

4. Верхний земский суд - судебное место для дворянских  тяжб и для суда над дворянами.

5. Губернский магистрат - судебное место для лиц городского  сословия по искам и тяжбам  на них.

6. Верхняя расправа - судебное  место для однодворцев и государственных  крестьян. Эти суды имели коллегиальный  характер, состояли из председателей - коронных судей и заседателей - выборных того сословия, делами  которого занималось учреждение. По кругу дел и по составу  эти учреждения были, стало быть, сословными, но действовали под  руководством коронных чиновников.

7. Совестный суд - для полюбовного  решения тяжб и для суда  над невменяемыми преступниками  и непреднамеренными преступлениями.

8. Приказ общественного  призрения - для устройства школ, богаделен, приютов и т. п. В обоих  этих местах председательствовали  коронные чиновники, заседали представители  всех сословий и ведались лица  всех сословий. Так, не будучи  сословными, эти учреждения не  были и бюрократическими.

 

В каждом уездном городе находились:

1. Нижний земский суд - ведавший уездную полицию и  администрацию, состоявший из исправника (капитана-исправника) и заседателей; и тот, и другие избирались  из дворян уезда. Исправник считался  начальником уезда и был исполнительным  органом губернского управления.

2. Уездный суд - для дворян, подчиненный Верхнему земскому  суду.

3. Городской магистрат - судебное  место для горожан, подчиненное  губернскому магистрату (городская  полиция была вверена коронному  чиновнику - городничему).

4. Нижняя расправа - суд  для государственных крестьян, подчиненный  верхней расправе. Все эти учреждения  по своему составу были коллегиальными и сословными местами (из лиц того сословия, дела которого ведали); только председатель нижней расправы был назначаем от правительства.

     Кроме перечисленных учреждений следует заметить еще два: для попечения о вдовах и детях дворян была установлена Дворянская Опека (при каждом Верхнем земском суде), а для призрения вдов и сирот горожан - сиротский суд (при каждом городовом магистрате). И в том, и в другом учреждении членами были сословные представители. В Дворянской Опеке председательствовал предводитель дворянства (они стали существовать со времени Екатерининской комиссии), а в сиротском суде - городской голова.17

     Такова была система местных учреждений Екатерины II. Стоит отметить, что вместо довольно простых форм прежнего времени теперь раскинута в каждой губернии целая сеть учреждений с многочисленным составом, и эта многочисленная администрация сосредоточена в меньших административных округах. При обилии новых учреждений заметно, что они стараются выдержать заметный в XVIII в. принцип разделения ведомств и властей: администрация в них отделена от суда, суд - от финансового управления. Местные общества получили на сословном принципе широкое участие в делах местного управления: и дворянство, и горожане, и даже люди низших классов наполняли своими представителями большинство новых учреждений. Местная администрация приняла вид земского самоуправления, действовавшего, впрочем, в чувствительной зависимости и под контролем немногих правительственных лиц и бюрократических органов. Екатерина думала, что она достигла своих целей: усилила состав администрации, правильно распределила ведомства между органами управления и дала широкое участие земству в новых учреждениях. Местное управление вышло очень систематично и либерально. Оно отвечало до некоторой степени и отвлеченным теориям Екатерины, потому что отразило на себе либеральные учения европейских публицистов, и желаниям сословий, потому что имело несомненную связь с депутатскими желаниями. О самоуправлении говорили в комиссии 1767-1768.

     Однако, будучи очень систематичными сами по себе, местные учреждения 1775 г. не привели в систему всего государственного управления. Они не затронули форм центрального управления, но имели на него косвенное влияние. Центр тяжести всего управления был перенесен в области, и в центре оставалась лишь обязанность руководства и общего наблюдения. Екатерина сознавала это. Но она не тронула первоначально ничего в центральном управлении, а между тем перемены в нем должны были произойти, потому что Петр именно на петербургские коллегии возложил главную тяжесть управления. Перемены и произошли скоро: за неимением дел, коллегии мало-помалу стали уничтожаться.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.4 Противоречия  в строе губернских учреждений

     Легко заметить, прежде всего, необычайную сложность созданного Екатериной губернского правительственного механизма. Здесь видны, прежде всего сильные влияния, какое оказали на эти учреждения идеи, распространявшиеся тогдашней политической литературой Запада, преимущественно идея разделения властей - тогдашний передовой публицист не мыслил правильного государственного устройства. Екатерина заплатила очень щедрую дань этой идее в своих губернских учреждениях. Из иного источника вытекло сложное устройство сословных судебных инстанций.18 Правда, в "Наказе" повторена была идея Беккариа, что для правильного судопроизводства полезно установить и суд себе равных, чтобы тем ограничить давление, оказываемое на суд высшими сословиями - дворянством и духовенством; но созданные сословные судебные места при высказанной в "Наказе" идее равенства всех перед законом отзывались чем-то феодальным, средневековым разделением сословий. Пересматривая наказы дворянских депутатов в Комиссии 1767 г., можно заметить этот источник. Многие наказы выражали решительное желание сословия - устроиться в уездные сословные корпорации и принять деятельное участие в местном управлении и суде. Для выбора депутатов в Комиссию, дворянство собиралось по уездам и выбирало уездных предводителей; теперь дворяне заявляли в Комиссии желание, чтобы оставлено было за сословием право выбирать этих уездных предводителей, собираться в известные сроки и контролировать ход местного управления. Некоторые наказы даже требовали, чтобы уездные управители - воеводы избирались местным дворянством. Порядок этого участия дворянства в управлении особенно точно определен был в наказе боровских дворян: наказ требовал, чтобы уездное дворянство собиралось на съезд каждые два года и выбирало от всего уезда кандидата, который бы действовал с помощью выборного комиссара от каждого стана, или дистрикта. Уездный ландрат производит суд и расправу над людьми всех состояний; становой, или дистриктный, комиссар помогает ему, производя предварительное следствие. В губернских учреждениях 1775 г. заметно отразились высказанные в дворянских наказах желания; очевидно, мысль об уездных ландратах была осуществлена в лице уездного исправника; только мысль о дистриктном комиссаре, или становом приставе, была отсрочена и осуществлена потом уже, в царствование императора Николая I. Источником противоречия, заметного в строе губернских учреждений, были желания, выраженные дворянством. Законодательница, руководясь западноевропейскими публицистами, столкнулась с дворянством, которым руководили практические восточноевропейские интересы. Разбирая личный состав созданных Екатериной административных и судебных учреждений, легко заметить, что это противоречие было внушено интересами одного сословия. Мысль о том, что каждый должен судиться себе равным, высказанная в "Наказе", не была последовательно проведена в губернских учреждениях. Как мы видели, эти учреждения состояли из трех пластов. Верхним из них были учреждения бессословные: губернское правление, палаты - казенная, уголовная и гражданская. Весь личный состав в этих учреждениях назначался от короны, без всякого участия местного общества.19