Особенности русской философии XIX-XX в

Антиномию веры и знания, известную и для философии Запада, в российском  варианте стремится разрешить философия всеединства, основателем и самым крупным представителем которой выступал В.С. Соловьев. Гносеологическим аспектом идеи всеединства стала соловьевская теория цельного знания, которую философ противопоставлял как рационализму западников, так и иррационализму славянофилов. Это была идея сверхрационализма. «Цельность знания» в философии  В. Соловьева — это не «теоретический» и не «практический» разум немецкой классики. И даже не их единство. Это — другое. «Цельность» у русского философа — эта такая характеристика и свойство человеческой души, которые самым существенным образом отличают человека — высшее и совершеннейшее творение природы — от всех других, даже по-своему смышленных животных. Цельность — это не результат сложения, интеграции разобщенных, разошедшихся далеко друг от друга в широком поле культуры форм и образований духа (науки, философии, искусства и т. п.), хотя и предполагает последнее. Цельность сознанию может придать лишь особое его состояние и вектор, не совпадающие ни с одной из знаменитых кантовских «способностей души» (познания, желания, чувства удовольствия).

В 80-90 гг. сопротивление российской духовности «обуржуазиванию» общественной жизни было все еще очень сильным. Именно в это время Россия начинает знакомиться с марксизмом. Знаменательно, что русский марксизм — антипод и критик народничества — сам если не теоретически, то организационно вырос из народнического подполья, хотя привлек к себе поначалу и симпатии леволиберальной интеллигенции, увидевшей в философской и экономической теории Маркса высшее достижение социальной мысли своего времени.

Крупнейший знаток и теоретик марксизма — Г.В. Плеханов  посвятил большинство своих трудов историко-философскому, гносеологическому и социологическому аспектам материалистического понимания истории, справедливо полагая, что именно в этом теоретическом построении сосредоточено центральное ядро марксистского учения в целом. Научный, материалистический взгляд на историю должен исключить, по Плеханову, волюнтаризм, субъективизм как в теории, так и на практике (в политике). Но именно такая позиция выдающегося мыслителя подвергалась долгие годы остракизму со стороны официальной большевистской идеологии, а (ам он понижен был ею до ранга лишь «пропагандиста» марксистской теории.

Вслед за Плехановым с критикой идей народничества выступили В. И. Ленин и «легальные марксисты» (Н.А. Бердяев, П.Б. Струве, С.Л. Франк). Настаивая на единстве «трех составных частей» марксизма (философии, политической экономии и социально-политической теории), Ленин считал, вместе с тем, что философские проблемы приобретают особую актуальность не в годы подъема, а в период спада революционного движения, когда перепроверки требуют коренные мировоззренческие принципы, па которые опирается революционная партия. Именно в эти годы, последовавшие после поражения первой русской революции, выходит книга Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» (1909 г.). В отличие от Плеханова, выступавшего в основном но социально-историческим проблемам марксистской теории, Ленин в своем главном философском сочинении в центр внимания поставил проблемы теории познания, связав их с новыми открытиями в области естествознания. Но даже в этой, казалось бы, весьма отдаленной от политики и социальных отношений сфере культуры Ленин требует видеть столкновение партийных, классовых интересов, оценивая любые проявления идеалистической и религиозной мысли как выражение идеологической, а в конечном счете — политической реакции.

"Легальные марксисты", выступая  в конце 90-х гг. тоже с критикой  народничества, разошлись с Плехановым (тем более с Лениным) уже в  начале 900-х гг. (т.е. еще до революции 1905 г.) — своим неприятием насильственных  средств борьбы, а в теории  — неприятием подавления личности обществом, несогласием с идеями «воинствующего» материализма и атеизма.

Подобные разногласия не отменяют, однако, одного важного вывода. Ни романтический (отрицающий капитализм), ни реалистический взгляд на будущее (принимающий капитализм как данность) не был ни тогда, ни после в русской культуре апологетикой новоявленного мира делячества и грубоэгоистического расчета - признанных и почитаемых добродетелей западной цивилизации.

Антибуржуазный в целом дух русской классической философии и «золотого» и «серебряного» веков не означал и не означает, конечно, ее социалистического характера  в марксистском, тем более марксистско-большевистском смысле. «Русский социализм» Герцена и анархизм Бакунина не столько социалистичны, сколько антибуржуазны.

Вывод: 1 В целом русская философия 19 - начала 20 века явилась отражением идейных исканий исторического пути развития России.

2. В противоборстве идей славянофилов и западников в конечном итоге победила западная ориентация, но трансформировавшаяся на русской почве в теорию марксизма- ленинизма.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список используемой литературы

   Устрялов  Н. Национальная проблема у первых  славянофилов, Русская мысль, 1996 г.

Лосев А.Ф. Русская Философия-  М.,1991 г.

Валецкий А. По поводу русской идеи в русской философии // Вопросы философии   1994г. 1.

Гаврюшин Н.К. Русская философия и религиозное сознание// Вопросы философии   1994г. 1.

Гайденко П.П. Человек и человечество в учении В.С.Соловьева// Вопросы   философии. 1994г. 6.

Громов М.Н. Вечные ценности русской культуры: интерпретации  отечественной  философии. // Вопросы философии 1994г. 1.