Специфичной чертой гипотез, как инструмента  исследований, является их сугубая  индивидуальность по отношению к  решаемой проблеме и большая интеллектуальная трудоёмкость. Если для решения многих проблем достаточно один раз изобрести  микроскоп, то гипотезы в каждом случае требуется изобретать заново. Поэтому, как не все могут быть грузчиками или молотобойцами, так далеко не каждому по силам создавать пригодные  для применения в исследованиях  гипотезы. Возможно, это является одной  из причин отрицательного отношения  части учёных к подобным путям  исследований.

Раскрывая роль гипотез в научном познании, ряд авторов отмечает, что научная  ценность гипотез далеко не одинакова. Одни гипотезы подтверждаются, превращаются в теории, другие подвергаются проверке, развитию, третьи опровергаются как  несостоятельные. Есть и так называемые рабочие гипотезы, "первоначальные предположения", предназначенные для первичной систематизации научного материала. И.Д.Андреев отмечает, что "если идея, лежащая в основе рабочей гипотезы, оказывается несостоятельной..., то она отвергается и замещается другой рабочей гипотезой".

В целом  следует заметить, что гипотезы играют огромную роль в развитии теоретических  знаний и в формировании научных  теорий.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

  Заключение

  Для поверхностного наблюдателя научная  истина не оставляет места никаким  сомнениям: логика науки непогрешима, и если ученые иногда ошибаются, то это потому, что они забывают логические правила.

  Математические  истины выводятся из небольшого числа  очевидных предложений при помощи цепи непогрешимых рассуждений. Из каждого  опыта с помощью ряда математических дедукций можно вывести множество  следствий, и таким образом каждый из них позволит нам познать некоторый  уголок Вселенной.

  В таком виде представляется широкой публике или учащимся, получающим первые познания по физике, происхождение научной достоверности. Так они понимают роль опыта и математики. Так же понимали ее сто лет тому назад и многие ученые, мечтавшие построить мир, заимствуя из опыта возможно меньше материала.

   Но, вдумавшись, заметили, что математик, а тем более экспериментатор, не может обойтись без гипотезы. Тогда возник вопрос, достаточно ли прочны все эти построения, и явилась мысль, что при малейшем дуновении они могут рухнуть.

   Есть гипотезы разного рода; одни допускают проверку и, подтвержденные опытом, становятся плодотворными истинами; другие, не приводя нас к ошибкам, могут быть полезными, фиксируя нашу мысль, наконец, есть гипотезы, только кажущиеся таковыми, но сводящиеся к определениям или к замаскированным соглашениям. Мы постоянно видим перед своими глазами плодотворную работу науки. Этого не могло бы быть, если бы она не открывала нам чего-то реального; но «то, что она может постичь, не суть вещи в себе, как думают наивные догматики, а лишь отношения между вещами; вне этих отношений нет познаваемой действительности.»

  И так важную роль в науке играют гипотезы. Они определяют направление  исследований, позволяют предположить как те или иные условия изменят  результаты эксперимента и т.д.  
 
 
 
 
 
 
 

1. Пуанкаре, А.  Наука и гипотеза / Пер. А.В.  Водянов.-М.,2003.- 209с.

2. Мигдал, А. Отличима ли истина от лжи.- Наука и жизнь.- 1982.- №1.- С.69-75

3. Баженов, Л.  Б. Материалистическая диалектика  и методы естественных наук.- М., 1968.- 492 с.

1. Лось В.А.  Основы современного естествознания. М., 2000.

2. Стёпин В.С. Философская антропология и философские науки. М., 1992

3. Поппер К.  Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983.

4. Шептулин А.П.  Диалектический метод познания. М., 1988

5. Штофф В.А. Проблемы методологии научного познания. М., 1978.

1.       Лось В.А. Основы современного естествознания. М., 2000.

2.       Стёпин В.С. Философская антропология и философские науки. М., 1992

3.       Поппер К. Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983.

4.       Шептулин А.П. Диалектический метод познания. М., 1988

5.       Штофф В.А. Проблемы методологии научного познания. М., 1978.