Психолог- практик, как субъект труда

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 05 Сентября 2009 в 14:48, Не определен

Описание работы

реферат

Файлы: 1 файл

ПСИХОЛОГ-практик как субьект труда.doc

— 159.50 Кб (Скачать файл)
  • Основываясь на наблюдениях за студентами и уже работающими специалистами, мы можем условно выделить следующие этапы профессионального развития психологов:
    1. Восторженно-романтический, когда до серьезных "разочарований" психолог еще просто не "дорос". Это по-своему прекрасный и даже необходимый для последующего развития этап - это своеобразная "база", эмоциональный "тыл", который создает особую, незабываемую "атмосферу" первого знакомства с психологией. А "атмосферы" в нашей жизни, как известно, многого стоят…
    2. Этап самоутверждения, когда поскорее хочется "узнать что-нибудь этакое" или овладеть какой-нибудь "экзотической методикой". Тоже очень важный и необходимый этап - это основа будущей профессиональной гордости и чувства собственного профессионального достоинства.
    3. Первые разочарования, а потом будут и последующие, о чем уже много писалось выше… Это наиболее ответственные этапы. Поскольку здесь решается основной вопрос: научится студент-психолог преодолевать эти "кризисы разочарования" или они попросту "сломают" его. Напомним, что важнейшим условием преодоления таких кризисов является поиск новых личностных смыслов в обучении и в последующей работе. Заметим также, что эти смыслы могут быть найдены только самостоятельно, ведь только тогда они могут стать "личностными".
    4. Начало самостоятельного решения некоторых психологических проблем (теоретических или практических) с использованием уже известных технологий и методов. Заканчивается этот этап постепенным накоплением отрицательного опыта использования этих технологий и попытками работать как-то иначе (начало настоящего профессионального творчества и формирование своего индивидуального стиля деятельности).
    5. Первые серьезные попытки работать по-новому. Часто эти попытки также заканчиваются "разочарованием в себе" и стремлением все-таки довести свои идеи до совершенства. Нередко на этом этапе наступает интересное "прозрение": студент вдруг "понимает" (наконец-то), что для творческой работы и импровизации в своем труде оказывается нужно хорошее знание психологической теории и методологии.
    6. Обращение к теоретическим и методологическим основам психологии, т.е. ко всему тому, что на этапе обучения в вузе у многих студентов обычно вызывает откровенную "аллергию".
    7. Импровизация и профессиональное творчество уже на основе обновленной теоретической и методологической базы, где органично соединяются теория и практика, наука и искусство.

Естественно, далеко не все психологи проходят "полный цикл" такого развития, многие просто "застревают" на каких-то этапах, т.е. попросту останавливаются в своем профессиональном развитии. Например, психолог "застрял" на восторженно-романтическом этапе (в каком-то смысле таким психологам даже можно позавидовать, поскольку все им видится в "розовом свете" и… никаких "разочарований"). От таких психологов может быть даже определенная польза: они всюду будут утверждать веру во "всесилие" психологической науки и практики. С такими психологами легко и уверенно чувствуют себя разные клиенты, заказчики и даже те психологи, которые мучительно преодолевают свои кризисы профессионального развития, поскольку восторженно-рамантическое настроение - это, прежде всего, настроение оптимизма и легкости, которого многим так не хватает (в том числе и серьезным психологам-профессионалам).Ни в коем случае нельзя осуждать таких "застрявших" в своем развитии психологов: значит, они обнаружили для себя определенный смысл в своей работе и им просто незачем искать какие-то более сложные и рискованные смыслы. Быть может, со временем они продолжат свой творческий поиск, а может, и не продолжат - это их право выбора!Наконец, можно обозначить еще одну возможную линию профессионального развития психологов. Главное здесь - постепенная смена основного акцента на тех или иных предметах своей деятельности.

  • Условно можно выделить следующие основные этапы в смещении основных акцентов в поиске главного предмета своей деятельности:
    1. Первоначально, это ориентация на имеющиеся традиционные проблемы психологии (для психологов-теоретиков) или на проблемы обслуживаемых клиентов психологических служб. Главное здесь - показать свою способность решать эти проблемы и, таким образом, доказывать свою "полезность" для окружающих. Обычно здесь основное внимание уделяется познанию различных психологических "реальностей", понимаемых часто как "объективные реальности", т.е. независимых от субъективной и мировоззренческой позиции самого психолога. На этом этапе своего развития психолог не любит рассуждать о нравственности и профессиональной совести или понимает эту совесть слишком упрощенно ("не навреди!", "не обижай клиента", "не подтасовывай объективные факты" и т.п.).
    2. Постепенно приходит понимание того, что во многом эффективность исследований или эффективность практической помощи зависит от методов исследования. На этом этапе постепенно происходит переключениея основного внимания с психологических реальностей (с объектов исследования и клиентов) на сами методы. При этом психолог все больше задумывается не просто о поиске и использовании методов, но и об их модификации и даже об их самостоятельном проектировании. Здесь осваивается принцип: каковы методы - таковы и результаты. В итоге все ориентировано на решение проблем (исследовательских или практических), т.е. на интересы того же клиента, но основные акценты все-таки меняются. Более того, на этом этапе психолог начинает понимать, что и сами результаты ("истина") тоже во многом зависит от используемых методов, т.е. психологическая реальность уже не предстает чисто "объективной" и ни от чего не зависящей.
    3. На третьем этапе психолог постепенно "осмеливается" все больше опираться в своей работе и на свою собственную интуицию. И на свою мировоззренческую (нравственную) позицию, которая становится более важной, чем даже методы исследования или методы практической помощи клиенту. Недаром Е.А. Климов писал, что методика - это "совокупность внешних средств профессиональной деятельности психолога… дополненная профессиональным мастерством того, кто эту методику применяет" (Климов, 1998. С. 207-208). Но кроме традиционно понимаемого "профессионального мастерства" важную роль играет и общекультурный уровень, и нравственная позиция профессионала, что особенно важно именно в гуманитарных профессиях, к которым все-таки относится и психология. На данном этапе психолог все больше задумывается о своей личности, о том, каким образом его личность оказывает влияние на эффективность труда и как влияет работа на само развитие личности. При этом все больше и больше профессионала начинает волновать вопрос о смысле своей профессиональной деятельности, тем более, что именно смысл является стержнем личностного и профессионального развития.
    4. Наконец, психолог все больше задумывается о своей "миссии", о своем "предназначении" и "призвании". Не только конкретные методы работы, но и вся профессиональная деятельность рассматриваются лишь как "средства" осуществления этой "миссии". Здесь профессионал фактически перерастает традиционные рамки своей профессии и стремится уже не просто решать какие-то конкретные проблемы, но и внести свой вклад в общечеловеческую культуру. Именно так он начинает относиться к своей конкретной работе с конкретными клиентами, рассматривая даже самые "мелкие" и "незначительные" свои дела как вклад в общественный прогресс и развитие культуры. Как пишет В.Э. Чудновский, "проблема смысла жизни - это, прежде всего, проблема "качества" жизни, а не ее масштаба" (Чудновский, 1997. С. 103).

Выделенные  этапы развития психолога-профессионала в какой-то степени соотносятся с этапами развития внутринаучной рефлексии: от онтологизма, ориентированного на познание объективной истины - к гносеологизму, ориентированному на познание средств познания - к методологизму, ориентированному уже на производство (и даже "индустрию") этих средств (см. Зинченко, Смирнов, 1983. С. 11-12). Вероятно, есть что-то общее в развитии конкретного профессионала и в развитии конкретной науки (или научного направления).

4. Интеллигентность как возможный ориентир профессионального развития психолога-практика

      Само  обращение к проблеме интеллигентности может у кого-то вызвать "кривую усмешку": тема непопулярная (особенно в среде людей, "похожих на интеллигентов"). Если соотнести понятие "интеллигентность" с разными профессиями, то, прежде всего, образ интеллигента должен ассоциироваться с профессиями "врач" и "учитель". Именно психолого-педагогические специальности затрагивают самые сложные гуманитарные аспекты развития личности как школьников, так и взрослых людей. Поэтому было бы странным не затронуть проблему интеллигентности при рассмотрении психолога как субъекта организации помощи человеку, самоопределяющемуся в социокультурном пространстве.

  • Традиционно выделяют следующие варианты понимания "интеллигентности":
    1. Интеллигент - это работник умственного труда. Хотя если такой человек оказывается негодяем (например, отличным профессионалом с высшим образованием), то вряд ли его можно назвать "интеллигентом".
    2. Интеллигент - это воспитанный, обаятельный человек, знающий как вести себя в приличном обществе. Но сколько в мире обаятельных, изысканных и "хорошо пахнущих" ничтожеств.
    3. Интеллигентность - это определенная нравственная позиция, это оппозиционность всему антигуманному, это неравнодушие ко всему, что происходит в обществе. Как писал известный философ А.Ф. Лосев, "если интеллигент не является критически мыслящим общественником, то такой интеллигент глуп, не умеет проявить свою интеллигентность, т.е. перестает быть интеллигентом" (Лосев, 1988. С. 318). Но если человек с развитой нравственностью не обладает образованием и элементарно невоспитан, то его также сложно назвать интеллигентом.
    4. Интеллигент сочетает в себе прекрасное образование и воспитание с активной нравственной позицией, т.е. он неравнодушен к тому, что происходит в обществе и во всем мире. Настоящему интеллигенту не только "до всего есть дело", но он, в силу своего образования и положения в обществе, может хоть как-то повлиять на ситуацию и хотя бы попытаться улучшить ее. Такое понимание "интеллигентности" представляется нам пригодным для дальнейшего анализа, но есть еще одно довольно интересное понимание интеллигентности.
    5. Интеллигентность - как развитое чувство долга перед своим народом, перед обществом, которое лежит в основе такого важнейшего качества, как скромность. Такое чувство долга перед обществом, а также перед менее удачливыми людьми, которым по разным причинам не удалось достичь жизненного и профессионального "успеха" - это результат понимания несправедливости в стартовых возможностях разных людей. Например, кто-то рождается в хорошей семье, в культурном центре, ходит в специализированные ("элитные") школы и т.п., а другой рождается в семье алкоголиков, вдали от культурных центров, с детства погружен в атмосферу злости и насилия. Естественно, у первого человека гораздо больше возможностей получить качественное образование и занять определенное положение в обществе, а второй человек, скорее всего, такого образования и воспитания не получит, и его положение в обществе будет не самым завидным.

      При этом второй человек (с менее удачной  профессиональной судьбой) будет даже приносить пользу обществу и часто  в ущерб самому себе создавать  возможности для того, чтобы кто-то с более благоприятными стартовыми возможностями получил образование и стал "интеллигентом". К сожалению, часто благополучие одних людей строится на относительном неблагополучии других людей, а всякие рассуждения том, что каждый является "кузнецом своего счастья" справедливы лишь для отдельных случаев. Например, в условиях нынешней России одни специалисты (большинство врачей и учителей) получают мизерную зарплату, а другие "специалисты", связанные с легализованной спекуляцией (с тем, что называют "бизнесом") получают в десятки раз больше учителей и врачей. Но ведь даже на уровне человека, не очень разбирающегося в экономике, ясно, что это явно несправедливо. К сожалению, несправедливость буквально пронизывает все, что связано с построением карьеры и достижением жизненного "успеха", например, в большинстве случаев совершенно разные возможности имеются для построения карьеры у тех психологов, которые живут в Москве, и у тех, кто оказался жителем отдаленных провинциальных городов (а в некоторых городах вообще сложно приобрести качественное психологическое образование, даже несмотря на обилие "коммерческих" психологических институтов и их филиалов). И если интеллигент не понимает своего долга перед теми, за счет кого он выстроил свой профессиональный успех, то это уже не настоящий интеллигент (например, образованный и воспитанный человек заявляет, что "он никому и ничего не обязан", и "ему наплевать на тех, кто не сумел добиться успеха", надо, мол, "меньше жаловаться и больше работать"). Еще А. Блок писал, что "одно только делает человека человеком - знание о социальном неравенстве".Но понимать мало: надо еще стремиться хоть что-то сделать для того, чтобы у всех людей расширились возможности и для получения хорошего образования и воспитания, и для сокращения социального разрыва между "благополучными" и "менее благополучными" слоями общества, и для возможности как можно большего числа людей к ценностям культуры. Некоторые авторы считают, что "самым гениальным (страшным) преступлением сталинского режима" было превращение отечественных интеллигентов в "узких специалистов", когда образованному человеку было небезопасно размышлять о происходящем вокруг: от него требовалось только качественное выполнение его основной работы, а за "лишние" размышления - репрессии (см. Барбакова, Мансуров, 1991. С. 148)… Благодаря этому в России сформировался особый тип "образованных и воспитанных" специалистов, которым "наплевать на все, что происходит вокруг" (в простонародье их называют "пофигистами"). Например, среди таких людей неприличным считаются "разговоры о политике", о судьбах "этой страны" и т.п. Еще А. Данте говорил о том, что "самые раскаленные места в аду предназначены для тех, кто в эпохи великих испытаний сохранял нейтралитет", а великий гуманист ХХ в. А. Швейцер писал, что "спокойная совесть - это изобретение дьявола". Страшно, когда такими людьми оказываются педагоги и психологи.Если раньше интеллигент опасался репрессий со стороны властей, то сейчас, при относительно слабой официальной диктаторской власти, современный интеллигент больше всего на свете боится так называемого "общественного мнения". Еще Э. Фромм писал о том, что "свобода, достигнутая современными демократиями", это "всего лишь обещание, но не исполнение обещанного", т.к. в итоге люди остаются зависимыми "от "анонимной власти рынка, успеха, общественного мнения, "здравого смысла" - или, вернее, общепризнанной бессмыслицы…" (Фромм, 1992. С. 236-237).Как ни парадоксально, но наиболее отчетливо и трагично такая зависимость от "общественного мнения" (и от мнения "своей тусовки") проявляется именно у представителей так называемых "творческих профессий" (писателей, артистов, музыкантов… и психологов). Объясняется это тем, что в среде наиболее творческих и редких профессий жизненный успех и карьера человека во многом зависят от их согласия с господствующими в этой среде мнениями и нормами. Если творческий человек высказывает свою иную нравственную позицию, то "тусовка" его обычно отторгает, отрицательное (презрительное) мнение о нем быстро распространяется в узком кругу "своих", "посвященных" людей, и такой смельчак просто не может реализовать себя как профессионал. И наоборот, в более массовых инженерных профессиях человек не зависит столь сильно от мнения своей профессиональной среды, т.к. в случае его отторжения конкретной "тусовкой", он гораздо проще сможет устроиться в другой организации по профилю своей работы, чем артист или художник. В итоге те люди (традиционная "элита", "интеллигенция"), которые должны быть выразителями свободной нравственной позиции, утрачивают в современном мире свое главное достоинство и превращаются лишь в пустых (но обычно очень "ярких") идолов массового сознания. Трагедия этих людей в том, что часто они вынуждены подстраиваться под примитивные вкусы обожающей их публики, хотя могли бы реализовать свой несомненный творческий потенциал более достойно. Как ни удивительно, но благодаря своему интеллекту, образованию и другим способностям они быстро находят варианты самооправдания и часто выглядят "вполне благополучными" и "довольными своей жизнью". Но это все "до поры, до времени". А впоследствии кто-то из них вполне может оказаться пациентом психотерапевта. Деградация отечественной интеллигенции имеет множество причин, в том числе и подверженность влиянию культуры "массового общества". Бывший госсекретарь США З. Бжезинский в своей книге "Великая шахматная доска" (1998) предлагает свою концепцию культурного превосходства Америки и пишет: "…в области культуры, несмотря на некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира…". Утверждая свою культурную экспансию, отмечает З. Бжезинский, Америка "широко полагается в этом на косвенное использование влияния на зависимые элиты", т.е. на интеллигенцию (Бжезинский, 1998. С. 36-37).Еще во второй половине 40-х гг. тогдашний директор ЦРУ США в своей работе "Размышления о реализации американской послевоенной доктрины против СССР" писал: "Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности поверить. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного народа на земле, окончательного, необратимого угасания его самосознания… Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, национализм и ненависть к русскому народу - все это мы будем ловко и незаметно культивировать… и лишь немногие будут догадываться или понимать, что происходит… Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способы оболгать и объявить отбросами общества" (цит. по: Зюганов, 1996. С. 1).Типичный пример: во многих квартирах российской "золотой молодежи" 60-80 гг. на самом видном месте обычно красовались полочки с пустыми импортными банками из-под пива и "пепси-колы", а также - панно из импортных коробок из-под сигарет. Это были своеобразные "иконостасы", на которые совершенно искренне молились (как на весточку из иного, свободного мира, как показатель некоторого "бытового диссидентства" и даже сопричастности к иной культуре и т.п.). Сейчас, в эпоху "демократических преобразований", такие "иконостасы" выставлены в каждом пивном ларьке. Можно сказать, что Россию не столько даже "шапками закидали", сколько - "голубыми штанами" (джинсами, о которых искренне мечтали долгое время многие российские молодые люди - будущие интеллигенты). В итоге получается, что в России несколько поколений интеллигенции воспитывались на идее "голубых штанов" (как одном из важных показателей "жизненного успеха" и "свободомыслия")Уже в наше время другой важный военный чиновник США, шеф военной разведки Дж. Клэппер восклицает: "Как низко пали русские!" (цит. по: Кьеза Дж., 1997. С. 45). Конечно, главная причина нравственной деградации интеллигенции не во "внешних врагах", а в нас самих. Проблема - как осознать и пережить это, как использовать такой "опыт" для нравственного возрождения и собственного личностного самоопределения? Не дай бог самим психологам оказаться в положении таких псевдоинтеллигентов! Самое страшное - это не использовать шанс помогать людям находить свое место в обществе и в культуре, опираясь на имеющиеся знания, опыт и возможности своей профессии (психолог-профконсультант). Человека, который не использует свои возможности, в простонародье называют "дураком". Есть смысл кратко рассмотреть эту ситуацию, которую условно можно обозначить как "психологический феномен дурака" (см. Пряжников, 2000. С. 56-64).Вопреки распространенному мнению, "дурак" - это не столько обозначение врожденного или приобретенного слабоумия или интеллектуальной ущербности (что отмечается даже в некоторых толковых словарях). "Дурак" - понятие оценочное и никакой уважающий себя психиатр или психотерапевт не станет называть слабоумного этом словом. Но, если дурак - это человек, не использующий свои возможности для совершения каких-то значимых дел, то следует признать, что набольшими возможностями как раз и обладают образованные, интеллигентные люди, да еще занимающие определенное положение в обществе. Получается, что именно у них наибольшая опасность (риск) стать дураками. Ведь сами по себе способности и таланты смысла не имеют, они важны именно как средство для совершения благородных дел. Еще А. Адлер считал, что главное для человека - быть принятым в обществе, найти в нем свое место и "содействовать благополучию других", т.е. реализовать то, что А. Адлер называл сопричастностью обществу. И наоборот, если человек не удовлетворен своим положением в обществе и не может внести свой вклад в общее дело, в культуру, то он будет преодолевать чувство собственной неполноценности стремлением к превосходству над другими людьми, в том числе демонстрируя свои (неиспользованные!) возможности. В свое время Ф. Ларошфуко говорил, что "нет глупцов более несносных, чем те, которые не совсем лишены ума". Зато Ф.М. Достоевский отмечал, что "дурак, познавший, что он дурак, это уже не дурак". Но как это осознать человеку, имеющему высшее гуманитарное образование и сдавшему все экзамены по психологии на "отлично" (ведь он уже по определению - "умный")… Его не очень-то беспокоит то, что происходит в мире, в стране и в культуре (для него культура - это стремление посещать престижные богемные "тусовки").Такой "отличный" психолог "выше всякой там политики", его не волнует будущее страны и ее народа, а сам народ воспринимается им как "быдло с заточками" (именно так характеризуют современные "демократические" СМИ тех обездоленных пожилых людей, которые пытались защищать свои социальные права и достоинство, используя законное право на демонстрации). Ему все это безразлично, т.к. формально он - "отличный дипломированный (или даже остепененный) психолог". Еще в прошлом веке В. Белинский с сожалением заметил: "Моральное равнодушие - болезнь слишком образованных людей".Иными словами, самый страшный грех для образованного человека, да еще с высшим гуманитарным образованием - это социальное, моральное равнодушие, а для психолога - это первый признак профессиональной несостоятельности, ведь он, по роду своей профессии, как раз и должен помогать человеку самоопределяться в обществе, в социальном мире и в сложном ценностно-смысловом "пространстве" Культуры...Именно в этом в высшей степени проявляется профессиональное и личностное достоинство психолога-профессионала, когда он осмеливается не только размышлять над тем, что ему "не положено", но и пытается реализовать лучшие, самые благородные свои идеи в профессиональном творчестве, опираясь при этом на свою профессиональную и человеческую совесть. Поэтому важнейшей проблемой для самих психологов является осознание реальной опасности стать "профессиональными дураками" (близко к тому, что К. Маркс называл "профессиональной идиотией", т.е. узкой специализацией, ограниченностью своего жизненного кругозора), т.е. риск превратиться в образованных специалистов, разбирающихся в различных и экзотичных концепциях личностного развития личности, знающих много умных и трудно выговариваемых слов и т.п., но не умеющих (или боящихся) использовать все это для помощи человеку в подлинном личностном и профессиональном самоопределении.

 

Заключение

      Данный реферат был посвящен рассмотрению психологических проблем труда как в традиционном контексте, так и в контексте более современных представлений о труде как о важнейшем условии развития личного достоинства человека. Заметим, что "современность" именно такого рассмотрения труда очень условна, т.к. в истории Культуры труд чаще именно таким образом и рассматривался. Но поскольку история характеризуется определенной цикличностью, то применительно к современной ситуации (особенно в условиях переходного периода в России) можно сказать, что труд далеко не всегда является условием развития человеческого достоинства личности. Как говорил известный писатель-антифашист Станислав Ежи Лец, "каждый век имеет свое средневековье"… Применительно к проблеме труда (особенно в плане общественного признания труда) можно было бы сказать, что эта ситуация скорее напоминает "рабовладельческий строй" в худших своих проявлениях, чем даже "средневековье" (по Ст.Е. Лецу).Естественно, задачей учебного пособия было не изменение ситуации, а лишь скромное способствование лучшему пониманию ситуации на уровне сознания (и самосознания) будущих психологов-профессионалов. Заметим, что психологи вообще больше работают на уровне сознания, чем на уровне реальных действий (и реальных преобразований действительности). Хотя еще Ф. Шиллер говорил, что "слово всегда отважнее дела", а З. Фрейд писал о том, что "люди сильны до тех пор, пока они отстаивают сильную идею".Помимо главной идеи данного пособия - идеи справедливой оценки общественно-ценного труда, которая и лежит в основе чувства собственного достоинства - этой "первичной ценности" человека, пособие включает в себя обширный материал по истории психологии труда, по основам психографии, инженерной психологии, профессионального образования, профессионального самоопределения, а также по проблемам кадрового менеджмента в условиях организации, по проблемам производственных конфликтов и др. Таким образом, пособие может оказаться полезным для студентов, которые просто знакомятся с основами психологии труда, а также для тех, кто специализируется в данной сфере психологии и стремится не отмахиваться от реальных (и несомненно интересных) проблем развития личности в труде. В качестве некоторого подспорья для студентов, интересующихся проблемами психологии труда предлагаются примерные темы рефератов, курсовых и дипломных работ (см. Приложение 9).Будем надеяться, что само обращение к данным проблемам будет способствовать и развитию психологов (или студентов-психологов), осмелившихся коснуться темы личностного достоинства человека в труде на фоне пока еще господствующего равнодушия (или трусливого невнимания) к этой проблеме.

Информация о работе Психолог- практик, как субъект труда