Общероссийский Судебник 1497

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 20 Октября 2010 в 20:31, Не определен

Описание работы

Реферат

Файлы: 1 файл

судебник 1497 года.doc

— 232.00 Кб (Скачать файл)
align="justify">   Наместник ставился "на место князя" для осуществления управления и суда обычно на территории города с уездом. В волостях (частях уезда) функции управления и суда осуществляли волостели. Наместники и волостели назначались князем из бояр на определённый срок, обычно на год, и находились на содержании населения, которое предоставляло им так называемый "корм". Отсюда они и получили название "кормленщиков". Помимо наместников и волостелей в Москве и Московских волостях были "тиуны государевы", также пользовавшиеся правом суда и управления и собиравшие доход с наместничьего и своего суда в пользу государя, а в других местностях - тиуны боярские, передававшие доход с суда своему боярину. Если в одну местность посылался не один, а два или несколько наместников и волостелей, то они делили своё кормление поровну (ст. 65).

   Стремление Судебника централизовать судебный аппарат особенно ярко сказалось при определении прав наместничьего суда.

   Судебник 1497 г. устанавливает 2 вида кормлений: кормление без боярского суда и кормление с боярским судом. Наместники и волостели, державшие кормление с боярским судом, имели право окончательного решения ряда наиболее важных дел (о холопах, татях, разбойниках). Наместники и волостели, державшие кормление без боярского суда, а также государевы и боярские тиуны не имели права окончательного суда по этим делам и обязаны были докладывать своё решение на утверждение вышестоящего суда (ст. ст. 20, 41, 43); не могли давать беглые грамоты - документы на право возвращения беглого холопа его владельцу.

   Вышестоящей инстанцией для кормленщика без боярского суда была Боярская дума, для государевых тиунов - великий князь, для тиунов боярских - соответствующий наместник с боярским судом.

   Помимо изъятия у кормленщиков без боярского суда наиболее важных дел Судебник устанавливал контроль и за кормленщиками с боярским судом со стороны дворского, старосты и "добрых", "лучших" людей, т.е. представителей наиболее зажиточного местного населения (ст. 38). Компетенция кормленщиков определялась жалованными грамотами и ст. 38 Судебника. 

2. Духовные суды

   Духовные суды подразделялись в свою очередь на суды епископов, где судьёй был епископ или назначенные им наместники, и суды монастырские, где судьёй был игумен или назначенные им "приказщики". Так же, как и кормленщики, епископы и игумены получали вознаграждение с подсудного им населения.

   Ведению духовных судов подлежало духовенство, крестьяне, находящиеся в распоряжении церковных и монастырских феодалов, а также люди, питающиеся за счёт церкви (вдовы, строи - лица с прирождёнными недостатками, обычно жившие за счёт церкви) (ст. 59). К ведению духовных судов относился также разбор брачных и семейных дел, отношений между родителями и детьми, дел о наследстве.

   Из подсудности духовных судов изымались:

1) наиболее важные уголовные дела - "душегубство" и "разбой с поличным", хотя бы и совершённые лицами, подсудными духовному суду, так как рассмотрение этих дел являлось исключительной компетенцией государственных органов;

2) дела, совершённые лицами, подлежащими разной подсудности. Например, споры между крестьянами и слугами духовных и светских феодалов или крестьянами и слугами, принадлежащими разным феодалам, разбирались так называемым "сместным судом".

   "Сместной", или "вопчей" суд состоял из представителей обоих судов, которым подсудны спорящие. Например, в разборе споров между крестьянами духовных и светских феодалов участвовали представители от духовного и светского судов. "...А будет простой человек с церковным, ино суд вопчей..." (ст. 59).

   Пределы власти духовных и светских феодалов над подвластным им населением устанавливались тарханными и иммунитетными грамотами, жалуемыми феодалам великим и удельными князьями. Так, в жалованной грамоте Звенигородского князя Юрия Димитриевича Савво-Сторожевскому монастырю от 1404 г. говорится: "...а ведает игумен Савва сам свои люди во всех делех и судит сам во всем, или кому игумен прикажет, оприче душегубства"27. 

3. Вотчинные и помещичьи суды

   Суд помещиков и вотчинников, компетенция которого определялась, как и суды духовных феодалов, иммунитетными грамотами, распространялся на крестьян и слуг бояр и помещиков.

   Из ведения помещичьего и вотчинного суда так же, как и суда духовного, изымались наиболее важные уголовные дела - разбой с поличным и душегубство, рассматриваемые лишь государственными судебными органами, и споры с лицами иной подсудности, подлежавшими "сместному" суду.

   Суд над чернотяглыми крестьянами осуществлялся выбранным ими судьёй, так называемым слабодчиком, которому были подсудны все споры между чернотяглыми крестьянами, с изъятием тех же дел, что и для суда духовных и светских феодалов.

   В вотчинном суде так же, как и в суде государственном, дела разбирались в присутствии "лучших" представителей местного населения - сотских, старост, судных мужей.

   Высшей инстанцией для вотчинного суда были государственные судебные органы.

   Изъятие из компетенции вотчинного суда наиболее важных дел и подчинение вотчинного суда государственным судебным органам как вышестоящей инстанции означали централизацию судебного аппарата. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2.6. Основные черты судопроизводства 

   Централизация судебного аппарата и подчинение его великокняжеской власти проявились не только в некотором ограничении компетенции суда бояр на местах, контроле за ними со стороны местных властей и подчинении их вышестоящим центральным органам, но и в установлении специальных должностных лиц по отправлению правосудия.

   Судебник 1497 г. знает целый штат судебных работников. Эти лица назывались недельщиками или ездоками в Москве и доводчиками - в провинции. Они сообщали сторонам о месте и времени рассмотрения дела, помогали суду и сторонам привлекать обвиняемых к суду (разыскивали, в необходимых случаях арестовывали и доставляли в суд), добывали доказательства и добивались признания обвиняемых, используя пытку; организовывали "поле", исполняли решение суда. Наименование своё они получили потому, что они сменялись по неделям.

   По определению Герберштейна, "Недельщик есть до известной степени общая должность для тех, кто зовёт людей на суд, хватает злодеев и держит их в тюрьмах; и Недельщики принадлежат к числу благородных"28. Недельщики могли даваться судом по просьбе истца для помощи ему в отыскании ответчика и обеспечения его явки в суд. Останавливаясь на этом месте, Герберштейн писал: "Всякий желающий обвинить другого в воровстве, грабеже или убийстве, отправляется в Москву и просит позвать такого-то на суд. Ему даётся Недельщик, который назначает срок виновному и привозит его в Москву"29.

   Эти сведения подтверждаются историческими данными. Так, правая грамота 1529 г. митрополичьей кафедре упоминает недельщика Данилу Трофимова, который доставлял на суд ответчиков и "правил" на них "истцов иск"30.

   За отправление своих обязанностей недельщик получал вознаграждение от заинтересованной стороны. За розыск ответчика и вручение ему приставной или срочной грамоты или назначение поручителей за него в пределах одного города недельщик получал вознаграждение, именуемое "хоженым", в размере 10 денег (ст. 29). Если для отыскания ответчика недельщику приходилось выезжать в другие города, он получал "езд", размер которого определялся дальностью расстояния и колебался от 10 алтын до 8 рублей (ст. 30). Наряду с отысканием ответчика недельщик помогал стороне в отыскании "правды", то есть помогал расследовать дело на месте, собрать доказательства. В этом случае плата недельщику увеличивалась вдвое (ст. 29).

   Однако недельщик давался стороне только в том случае, если сумма иска превышала стоимость "езда": "А будет в приставной иск менши езду, и дияку тех приставных не подписывати" (ст. 28). Т.о., при незначительных исках, которые чаще всего были распространены среди малоимущего или зависимого населения, суд не оказывал помощи в отыскании ответчика.

   Организуя судебные поединки, недельщик получал т.н. "вязчее" ("вязебное") (ст. ст. 5-7) - одну из наиболее ранних пошлин, предусмотренных ещё в статье 114 РП, за связывание беглого холопа. В XV-XVI вв. под этим понималась пошлина за связывание подсудимого, наложения оков на него или за подтверждение заключённого сторонами соглашения о судебном поединке и за его организацию. Насколько можно судить по статьям 4-7 Судебника, размер этой пошлины в XV-XVI вв. составлял 2-4 алтына.

   Недельщик должен был осуществлять свои функции не только по требованию стороны, но и по инициативе суда, когда суд сам через своих должностных лиц принимал меры к розыску преступника и расследованию дела. К этим случаям, надо полагать, и относится характеристика недельщика как лица, которое "хватает злодеев и держит их в тюрьмах". Возможно, что недельщики специально посылались для вылавливания "татей" - лихих людей, разбойников - в наиболее неспокойные местности. Недельщику же поручалось и расследование дела, о результатах чего он обязан был доносить князю или судье.

   Недельщикам запрещалось брать "посулы от суда или от поруки", то есть взятки со сторон за производство суда или поручительство, попустительствовать татям, для отыскания которых они были посланы, отпускать их или иным каким образом распоряжаться ими (ст. 33-36). Чтобы повысить ответственность недельщика, Судебник запрещает препоручать выполнение обязанностей недельщика посторонним нанятым для этого людям, делая исключение лишь для родственников или людей недельщиков (ст. 31). Этим постановлением достигалась ответственность за действия недельщика всех членов его фамилии.

   Судебник 1497 г. впервые устанавливает правило, обязывающее судью "...жалобников от себе не отсылати, а давати всемь жалобникам управа в всемь, которымь пригоже" (ст. 2), а также запрещает судье брать посулы и решать дела, исходя из личных выгод судей: "А судом не мстити, не дружити никому". Объяснение этого факта, свидетельствующего якобы о равенстве суда для всех классов общества, опровергнуто советскими историками.

   Вместе с тем нельзя признать правильным положение по этому вопросу Л.В. Черепнина, который считает, что требование Судебника "...жалобников от себе не отсылати, а давати всемь жалобникам управа в всемь, которымь пригоже" давало возможность судьям во время земельных тяжб, защищая землевладельческие позиции феодалов, отказывая в иске ведущим с ними спор за землю чёрным крестьянам именно потому, что они своевременно не искали "управы"31.

   Во-первых, нет никаких оснований показывать классовый характер суда только на примере земельных тяжб, тем более, что порядок рассмотрения земельных тяжб особо оговаривается Судебником, специально устанавливающим сроки исковой давности по земельным тяжбам с целью их ограничения.

   Во-вторых, вряд ли можно предположить, что Судебник устанавливал обязанность "управы" только для того, чтобы иметь возможность отказать эксплуатируемому в его иске, не разбирая дела по существу. Даже разбор дела по существу не гарантировал эксплуатируемому получения в суде "управы", удовлетворения своего иска.

   Требование Судебника "давать суд всем жалобникам" основывается на стремлении господствующего класса сосредоточить разбор всех дел именно в органах государственного суда, стоящего на страже интересов господствующего класса, и не допустить разбор дела по старинным обычаям или путём передачи дела выборному третейскому суду. Положение "о даче суда всякому жалобнику" указывает и на то, что в отличие от РП, лишавшей некоторые категории населения (холопов, частично закупов) права обращения к суду, Судебник 1497 г. признаёт всех, в том числе и холопов, субъектами права, то есть могущими искать и отвечать на суде. Помимо этого, заинтересованность суда в разборе большинства дел объясняется и тем обстоятельством, что судебные пошлины служили в известной мере увеличению великокняжеского дохода.

   В целях защиты классовых интересов феодалов Судебник запретил брать взятки и "мстить" или "дружить" судом, ибо в случае взятого посула или особого отношения к стороне судья нарушал установленные законы, то есть волю господствующего класса.

Информация о работе Общероссийский Судебник 1497