Эмпиризм и рационализм философии Нового времени

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 09 Сентября 2011 в 19:07, реферат

Описание работы

XVII век открывает следующий период в развитии философии, который принято называть философией Нового времени. Начавшийся еще в эпоху Возрождения процесс разложения феодального общества расширяется и углубляется в XVII веке.

Содержание работы

Введение
1. Эмпиризм философии Нового Времени. Ф.Бэкон как представитель эмпиризма
2. Рационализм философии Нового времени. Р. Декарт как представитель рационализма.
3. Проблемы эмпиризма и рационализма
Заключение
Библиографический список

Файлы: 1 файл

рефератфилософия.doc

— 125.00 Кб (Скачать файл)

творческом  противостоянии эмпиристской и рационалистических  традиций,  пока не пришло время для попыток их синтеза и преодоления.

      В сущности, и эмпиризм и рационализм  были воодушевлены  общей  задачей борьбы с Традицией, олицетворявшей собой мир жизни и  культуры  европейского средневековья. И  тот, и другой  были  захвачены проблемой достоверности человеческого  знания,  расчисткой  путей  для  победного   шествия   науки.

Осмысливались  проблемы  нравственного,  общественно   -   политического   и правового  существования  европейского   человека   в   контексте   глубоких жизненных перемен.

      Рационалистическая традиция после  Декарта нашла своих самых  выдающихся представителей в лице Бенедикта Спинозы (1631 - 177) и Готфрида Лейбница.

      Философия Спинозы самим ее  автором  рассматривалась  как своеобразное завершение картезианской философии. Она  проникнута  теме  же  интуициями  и притязает   на   более   совершенное   разрешение   проблем,    поставленных предшественником. Спиноза вводит понятие единой  и  бесконечной  субстанции, называя ее Богом и Природой одновременно. Тем самым в отличие от Декарта  он становится  на  точку  зрения  философского  монизма,   признающего   единое первоначало  мира.   Эта   субстанция   обладает   бесчисленным   множеством атрибутов, из числа которых человеку открыты  только  два:  протяженность  и мышление. Каждый из  атрибутов  заключает  в  себе  всю  полноту  содержания субстанции,  но  только   ему   присущей   определенности   или,   выражаясь

метафорически, выражает его на собственном языке. В  силу  этого  порядок  и связь идей полностью отвечает порядку  и  связи  вещей,  и  мучительная  для дуализма  Декарта  проблема   отношения   души   и   тела   получает   более удовлетворительное разрешение. Каждый из атрибутов предстает перед нами  как множество единичных вещей  (модусов),  в  которых  мы  открываем  проявление отдельного атрибута, образующего их сущность. Человек тем самым,  имея  душу и тело, познается и вполне протяженности, и в пален мышления.  Тело  и  душа суть разные выражения одной сущности. Познавая  тело,  мы  познаем  душу,  и наоборот. Это единство того и  другого  открывается  нам  лишь  при  условии ясного знания, действия интеллектуальной интуиции.  Чувственное  (низшее  по значению) знание усматривает только  множественность вещей и не  способно подняться до их постижения как проявления единой  божественной  природы.  Но именно  таким  должен  быть  взгляд  на  мир  подлинной  мудрости,   которая одновременно преодолевает  тщету  смутных  желаний  и  рабство  человеческих страстей и обретает подлинную свободу в спокойном  и  ясном  миросозерцании.

Достижение  этого состояния  есть  высшая  задача  нравственности.  В  нем  и только в нем человек обретает счастье высшего качества -  счастье,  питаемое интеллектуальной любовью к Богу. Таким образом, Спиноза углубляет звучащую у Декарта тему обретения человеком свободы на путях подчинения  человеческих страстей разуму. Убежденность в  том,  что  активность  человека  определена лишь действием ясных идей разума, вело  с  непреложностью  к  отождествлению воли и разума, реальной причины и логического основания.

      На  основе  этики   Спиноза   развивает   основные   положения   своей политической философии. Рационалистисческая доктрина дает  четкие  основания для  классически  ясной  формулировки  идеи  государственного  договора  как разумной  основы  общественной  жизни.   Из   трех   форм   государственного устройства: абсолютной монархии, аристократии  и  демократии  -  в  качестве наилучшей Спиноза выбирает демократию. Ее достоинство он видит  в  том,  что здесь “никто не переносит своего естественного права  на  другое  лицо  так, чтобы самому потерять всякое дальнейшее участие в общественных  совещаниях”.

Заметим, что на общем  духе  и  пафосе  философии  Спинозы  сказалась  общая атмосфера жизни самой свободной страны тогдашней Европы - Голландии.

      Другим выдающимся представителем  рационализма был Г. Лейбниц.  Подобно Спинозе, он захвачен проблемами,  поставленными  Декартом.  И  так  же,  как Спинозу, его не удовлетворяет решение вопроса  об  отношении  тела  и  души.

Развивая  идеи Декарта, он набрасывает отличную  и  от  него,  и  от  Спинозы

систему рационализма. Решительно  отклонив  картезианский  дуализм,  Лейбниц вместе с тем не приемлет и всепоглощающего пантеизма Спинозы,  растворявшего в Боге все сущее.

      Центральное понятие философии Лейбница  -  понятие  монады.  Монада  - простая неделимая сущность, и весь мир представляет  собой  собрание  монад.

Каждая  из них замкнута в себе (“не имеет  окон” во внешний мир) и  неспособна влиять  на  другие.   Бытие   монад   поглощено   внутренней   деятельностью представления. Мир монад строго иерархичен. Они располагаются  от  низших  к высшим и венчающей их все -  Богу.  Низшие  монады  образуют  собой  уровень обычного материального бытия и отличаются  исчезающе  малой  способностью  к ясному представлению (“пребывают  в  смутном  сне”),  нарастающему  по  мере восхождения к высшей - Богу.  Только  последнему  принадлежит  исчерпывающая полнота представления, ясное знание всего и, как следствие  этого,  максимум действия, активности. Весь мир монад есть в конечном  счете  отражение  Бога как верховной монады, и в этом заключены основания  для  развитой  Лейбницем концепции философского оптимизма, провозглашающей, что наш мир  есть  лучший из всех мыслимых миров. Плюралистический  мир  Лейбница  пронизан  единством содержания, предустановленной гармонией, олицетворенной  верховной  монадой.

Применительно  к  проблеме  отношения  души  и  тела  монадология   Лейбница оказывается способом сохранить независимость души и тела и  в  то  же  время объяснить несомненный факт их  согласованности.  Поскольку  основной  вектор совершенства менад направлен от их бессознательного  состояния  к  состоянию совершенного  знания,  постольку  Лейбниц  согласен  с   эмпириками   в   их утверждении, что чувства - исходная ступень познания.  Но  только  исходная!

Поскольку всякая душа - монада, и ее деятельность направлена лишь  на  самое себя, то  познание  есть  лишь  процесс  постепенного  осознания  того,  что имеется в состоянии бессознательного. Тем  самым  Лейбниц  вносит  некоторые изменения в  декартовскую  теорию  врожденных  идей.  Последние  даются  нам скорее как возможность, к которой мы можем придти, как к бессознательному  в нас.  Такой  поворот  дела  ослаблял  силу   эмпиристской   критики   теории врожденных идей, оставляя в неприкосновенности  строго  автономный  характер Разума.

      Итак,   как   мы   могли   убедиться,   наиболее   уязвимая    сторона рационалистических воззрений заключается в трактовке отношения души и тела.

Автономность  разума, имеющая  характер  безусловного  требования  для  самой возможности формулировки рационалистической доктрины, осложняла ее  развитие и  применение.  С  трудностями  иного   характера   сталкивались   философы, развивавшие традиции  эмпиризма.  К  числу  наиболее  видных  представителей эмпиризма в  философии,  унаследовавших  Ф.  Бэкону,  необходимо  отнести  в первую очередь английских философов Г. Гоббса (1588-1679), Д.  Локка  (1632- 1704), Дж. Беркли (1685-1753), Д. Юма (1711-1776),  а также французов Э. Кондильяка (1714-1780),  К.А.  Гельвеция  (1715-1771),  П.  Гольбаха  (1723- 1789), Д. Дидро (1713-1784) и мн. других.

      В   противоположность   рационализму    в    эмпиризме    рационально-

познавательная  деятельность  сводится  к  разного  рода  комбинациям   того

материала, который дается в опыте, и толкуется  как ничего не прибавляющая  к содержанию знания.

      Здесь эмпиристы  столкнулись   с  неразрешимыми  трудностями   выделения исходящих компонентов опыта и реконструкции на  этой  основе  всех  видов  и форм  сознания.  Для  объяснения  реально   совершающегося   познавательного процесса эмпиристы  вынуждены  выходить  за  пределы  чувственных  данных  и рассматривать их наряду  с  характеристиками  сознания  (таких  как  память, активная  деятельность  рассудка)  и  логическими  операциями   (индуктивное обобщение),  обращаться  к  категориям  логики  и  математики  для  описания опытных данных в качестве средств построения теоретических  знаний.  Попытки эмпиристов обосновать индукцию на чисто эмпирической  основе  и  представить логику и математику как простое  индуктивное  обобщение  чувственного  опыта потерпели полный провал. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 
 
 

       Итак, учение Бэкона оказало огромное влияние на последующее развитие науки и философии. Логический метод Бэкона стал отправным пунктом развития индуктивной логики. Классификация наук, предложенная философом, сыграла большую роль в истории науки и была использована французскими просветителями в процессе издания ими «Энциклопедии». Учение Ф. Бэкона о природе и познании было продолжено Томасом Гоббсом и другими мыслителями. 17

      Хотя  углубление рационалистической методологии  в дальнейшем развитии философии  снизило после смерти Бэкона его влияние в XVIII в., в последующие века идеи Бэкона приобрели свое новое звучание. Они не потеряли своего значения вплоть до XX в. Некоторые исследователи (например, Дж. Дьюи) даже рассматривают его как предшественника современной интеллектуальной жизни и пророка прагматической концепции истины. (Имеется в виду его высказывание: «Что в действии полезно наиболее, то и в знании наиболее истинно» [Соч. Т. 2. С. 82].) 

      Значение Декарта в истории философии огромно. Он по-новому взглянул на место и роль дедукции в познавательном процессе, обнаружив в ней ранее неиспользованные логические и гносеологические возможности. Под дедукцией Декарт понимал рассуждение, опирающееся на вполне достоверные исходные положения (аксиомы) и состоящее из цепи также достоверных логических выводов. Достоверность аксиом обнаруживается разумом интуитивно, без всякого доказательства, на основе ясности и очевидности.

      Синтез  дедукции и рационализма, по мнению Декарта, позволит науке продвинуться далеко вперед в познании природных явлений и процессов. Рационализм Декарта заимствовали представители немецкой классической философии. Всем последующим поколениям Декарт завещал непоколебимую веру в мощь человеческого разума, тесный союз философии с наукой. Декарт был и остается крупнейшим прогрессивным философом Франции.  

      Для философии нового времени принципиальное значение имеет спор между эмпиризмом и рационализмом. Представители  эмпиризма (Бэкон) считали единственным источником знаний ощущения, опыт. Сторонники рационализма (Декарт) превозносят роль разума и принижают роль чувственного познания. В итоге нашей работы, мы определяем для себя, что лишь сочетание этих уровней наиболее целесообразно. 

    Библиографический список 

1. Волкова, А.Н. История философии: Учеб. пособие для вузов/ А.Н. Волкова, B.C. Горнев, Р.Н. Данильченко и др.; Под ред. В.М. Мапельман и Е.М. Пенькова. - М.: Издательство ПРИОР, 1997. - 464 с.  

2. Фролов, И.Т. Введение в философию: Учеб. пособие для вузов / Авт. колл.: Фролов И. Т. и др. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Республика, 2003. - 623 с. 

3. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. Энциклопедический словарь 

4. Леонтий  Васильевич Блинников.  Краткий  словарь философских          персоналий 

5. Бэкон  Ф. Соч.: В 2 т. М., 1971. Т. 1. С. 83. 

6. Бэкон  Ф. Соч. в двух томах. М., 1977 - 1978, т. 2, с. 19-22.  

7. Декарт  Р. Избранные произведения. М., 1950. С. 272. 

8. Цит.  по кн. История философии в  кратком изложении: М., 1991, с. 353 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Информация о работе Эмпиризм и рационализм философии Нового времени