Философия эпохи Возрождения. Типы рациональности

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 08 Февраля 2013 в 11:38, контрольная работа

Описание работы

Важным этапом развития философской мысли является философия эпохи Возрождения. В ней затронут широкий круг вопросов, касающихся разных сторон природного и общественного бытия. Она оказала большое влияние на дальнейшее развитие культуры и философии. Эпоха Возрождения (Ренессанса), охватывающая период с XIV по начало XVII вв., приходится на последние столетия средневекового феодализма. Вряд ли правомерно отрицать самобытность этой эпохи, считая ее, по примеру голландского культуролога И. Хейзинги, “осенью Средневековья”. Исходя из того, что эпоха Возрождения является периодом, отличным от Средневековья, можно не только различать эти две эпохи, но и определить их связи и точки соприкосновения.

Содержание работы

Вопрос № 21. «Философия эпохи Возрождения».
1. Общая характеристика эпохи.……….…..………………………………3
2. Гуманистическая мысль и представители эпохи Возрождения.…...….5
3. Эпоха Возрождения и Реформация.…………………………………….9

Вопрос № 27. «Типы рациональности».
1. Основные положения…………………………………………………..18
2. Типы рациональности………………………………………………….21
Список литературы………………………………………………………………25

Файлы: 1 файл

ФИЛОСОФИЯ.docx

— 58.89 Кб (Скачать файл)

Цель идеологов рационализации  философии  и  человеческой  культуры в целом состояла в утверждении науки  (прежде  всего математики)  в качестве безоговорочного  и  единственного  лидера.  Вера  и  авторитет   (Библии   и Аристотеля) должны были уступить  место  критической  рефлексии7,  точному расчету  и  идеологической  непредвзятости.   Культ  «естественного   света разума», несущего в себе не только критический, но и  конструктивный  заряд, получил впоследствии наименование «классической» или собственно  философской рациональности.

Между тем многие философы прошлого и настоящего времени  указывают  на неправомерность отождествления философской рациональности с  рациональностью научной с ее  критериями  логичности,  дискурсивности,  системности и т.п.

Особая опасность  содержится  в  «очищении»  философской рациональности  от нравственного  контекста  как   не   имеющего   отношения   к установлению объективной истины. Постклассическая философия XIX века предприняла попытку раздвинуть узко-рассудочные границы сциентизированной философии и повернуть ее лицом к социально-гуманистическим ценностям, идущим еще из античности.

Подлинно  рациональный,  действительно  разумный  путь   человеческого развития   –   это   не   только   глубоко   продуманный    и    рассчитано сбалансированный, но прежде  всего  нравственный  путь,  при  котором  долг, альтруизм, милосердие и прочие архаичные и,  строго  говоря,  нерациональные факторы не вытесняются, где знание не подавляет совести.  Формально, истина доступна всякому здравствующему, но  воистину  истине,  по  словам  Сократа, причастен лишь тот, кто  способен  употребить  свой  разум  на  благо  всего человеческого рода8.  Всякое  рафинирование рациональности  (культ «чистой» науки) есть, в сущности, противоестественное  выхолащивание  духовного  мира человека. Это не  только  антигуманно,  но  и  неразумно,  ибо  человеческая разумность состоит, кроме всего прочего, в том, чтобы понимать, принимать  и

ценить то, что лежит  за ее пределами и что,  в  конечном  счете,  определяет

условия ее собственного существования  и функционирования.

Знание (в том числе  и научное) не  складывается  и  не  развивается  в рамках узко понимаемых рациональных  критериев  в  обход  неформализованных, внерациональных духовных реалий. Сциентистская концепция рациональности  при всей своей привлекательности и ясности целей так и  не  смогла  окончательно избавить философское и научное  мышление  от  того  нерационального  шлейфа, который всегда тянется за ними.

Современная философская  мысль  все  более  склоняется  к  убеждению  в многообразии   форм   рациональности,   их   исторической обусловленности, определяемой в значительной мере личностью мыслителя и  особенностью  эпохи. Проблема «разных» рациональностей не только реальна, но и весьма актуальна.

Вместе с тем заслуживает внимания и концепция единства рациональности, понимаемая, однако, как  диалектическое  единство  многообразных  проявлений разума.  Рациональность  научная,  философская,  религиозная  и  т.д.  –  не альтернативы, но грани единого и многоликого человеческого разума. Все  дело в акцентах,  приоритетах:  научных,  нравственных,  художественных  и  т.д., сменяющих  (но  не  отменяющих)  друг  друга  в  силу  объективных   условий исторического  и  логического  развития   человеческой   культуры.   Выявляя специфику этих особенностей рациональности, используют понятия  «форма»  или «тип» рациональности, тем более что  сама  рациональность  имеет  целый  ряд

критериев,  ни  один  из  которых  не   обладает   абсолютной   значимостью.

Ценностный критерий рациональности не менее актуален, чем, скажем,  критерий логический.

Знание (в том числе  и научное) не  складывается  и  не  развивается  в

рамках узко понимаемых рациональных  критериев  в  обход неформализованных, внерациональных духовных реалий. Сциентистская концепция рациональности  при всей своей привлекательности и ясности целей так и  не  смогла  окончательно избавить философское и научное  мышление  от  того  нерационального  шлейфа, который всегда тянется за ними.

 

 

  1. Типы рациональности.

В настоящее время выделяется более двадцати различных типов  рациональности, и существует тенденция  их количественного роста. Это объясняется, во-первых, многовариантностью реализации гносеологических и онтологических характеристик рациональности, во-вторых, количественным и качественным многообразием приобретаемых внешних определенностей. Представляется возможным наряду с широко распространенной исторической использовать также гносеологическую классификацию и применить эти два подхода как основания для дальнейшего создания иерархической теории типов рациональности. Вместе с тем нельзя говорить о возможности жесткой типологизации. Указанные характеристики в силу своей неоднозначности (например, экзистенциальная и социокультурная) не могут быть строго регламентированы, четко обозначены и структурированы. Каждая эпоха, каждый индивидуальный жизненный мир привносит свою самость, свою специфику в процесс становления рациональности, обретения ею своего типа.

Многообразие типов рациональности, указывая на широкий «спектр ее возможностей», доказывает также и ее ограниченность. Обретая свой особый тип, свое бытие, она одновременно с этим обретает и свою границу, свое другое бытие. Граница  типа рациональности, утверждая собой  данный тип, данное ставшее бытие, одновременно и отрицает это бытие, но не как  «абстрактное ничто вообще», а как  сущее ничто или «другое». Именно эта граница рациональности есть необходимое условие существования  множества ее типов, когда, осознавая  «нечто» мы осознаем и «другое». Существование многообразных типов рациональности порождает определенные отношения между ними, принимающие самые различные формы — от полной автономности и независимого существования, до теснейшей взаимосвязи и взаимовлияния. В качестве основных форм указаны диалог, толерантность и плюрализм.

В последние десятилетия  философы, социологи, науковеды все  активнее обсуждают проблему рациональности; в философии науки она стала одной из самых актуальных. Не только сегодня, но и в первой половине XX века проблема рациональности была предметом рассмотрения многих философов: А. Бергсона, Э. Гуссерля, М. Вебера, М. Хайдеггера, К. Ясперса и др. Во многом именно эти мыслители определили тот угол зрения, под которым проблема рациональности обсуждается и сейчас.

Три крупных стадии исторического  развития науки, каждую из которых открывает  глобальная научная революция, можно  охарактеризовать как три исторических типа научной рациональности, сменявшие  друг друга в истории техногенной  цивилизации. Это - классическая рациональность; неклассическая рациональность и постнеклассическая рациональность. Причем появление каждого нового типа рациональности не отбрасывало предшествующего, а только ограничивало сферу его действия, определяя его применимость только к определенным типам проблем и задач.

Каждый этап характеризует  особое состояние научной деятельности, направленной на постоянный рост объективно-истинного  знания. Если схематично представить  эту деятельность как отношения "субъект-средства-объект" (включая  в понимание субъекта ценностноцелевые структуры деятельности, знания и навыки применения методов и средств), то описанные этапы эволюции науки, выступающие в качестве разных типов научной рациональности, характеризуются различной глубиной рефлексии по отношению к самой научной деятельности.

Классический  тип научной рациональности (XVII—XVIII вв.) исходил из того, что при теоретическом объяснении и описании объекта надо абстрагироваться от всего, что относится к субъекту (исследователю), применяемым им средствами и совершаемым операциям. Такая элиминация рассматривалась как необходимое условие получения объективно-истинного знания о мире. И хотя в конце XVIII — первой половине XIX в. механическая картина мира утрачивает статус общенаучной и намечается переход к новому состоянию естествознания, очерченный выше общий стиль мышления ученого и тип научной рациональности сохраняются.

Положение принципиально  меняется в связи со становлением, так называемого неклассического естествознания (конец XIX — середина XX в.). Формируется неклассический тип научной рациональности, который уже учитывает зависимость результатов исследования от характера тех средств, к которым прибегает ученый (в особенности в случаях эксперимента), и от специфики тех операций, которым подвергается изучаемый объект. Что же касается самого субъекта и тех внутринаучных и социальных ценностей и целей, которые его характеризуют, то все это по-прежнему выносится за скобку, не находит отражения в описании и объяснении изученного.

И наконец, в последней  трети двадцатого века происходит рождение новой, постнеклассической науки, для которой характерны такие взаимосвязанные черты, как исследование сверхсложных, саморазвивающихся систем и междисциплинарность этих исследований. Такому состоянию и тенденциям развития современной науки соответствует постнеклассический тип научной рациональности, рассматривающий деятельность ученого в более широком поле: теперь уже учитывается соотнесенность получаемых знаний об объекте не только с исследовательскими средствами и операциями, но и с ценностно-целевой (как внутринаучной, так и вненаучной, социальной) ориентацией ученого.

Чрезвычайно важно подчеркнуть  особую значимость этого типа научной  рациональности в развитии современного общества. Ведь вопреки мнению крайних антисциенистов, видящих в науке злого демона, способного погубить цивилизацию, выход из сегодняшней экологической и социокультурной ситуации, очевидно, «состоит не в отказе от научно-технического развития, а в придании ему гуманистического измерения, что, в свою очередь, ставит проблему нового типа научной рациональности, включающей в себя в явном виде гуманистические ориентиры и ценности».

Каждый новый тип научной  рациональности характеризуется особыми, свойственными ему основаниями  науки, которые позволяют выделить в мире и исследовать соответствующие  типы системных объектов (простые, сложные, саморазвивающиеся системы). При  этом возникновение нового типа рациональности и нового образа науки не следует  понимать упрощенно в том смысле, что каждый новый этап приводит к  полному исчезновению представлений  и методологических установок предшествующего  этапа, напротив, между ними существует преемственность. Точно так же становление  постнеклассической науки не приводит к уничтожению всех представлений и познавательных установок неклассического и классического исследования.

Когда современная наука  на переднем крае своего поиска поставила  в центр исследований уникальные, исторически развивающиеся системы, в которые в качестве особого  компонента включен сам человек, то требование экспликации ценностей  в этой ситуации не только не противоречит традиционной установке на получение  объективно-истинных знаний о мире, но и выступает предпосылкой реализации этой установки. Есть все основания полагать, что по мере развития современной науки эти процессы будут усиливаться.  Техногенная цивилизация ныне вступает в полосу особого типа прогресса, когда гуманистические ориентиры становятся исходными в определении стратегий научного поиска.

 

 

 

 

Список использованной литературы:

 

    1. Алексеев П.В., Учебное пособие, Хрестоматия по философии - М.: Тк Велби, Изд. Проспект, 2006.
    2. Бучило И.Ф. Чумаков А.Н. Философия: учебное пособие. М.: ПЕРСЭ, 2001.
    3. Гобозов И.А. Социальная философия : учеб. для вузов / Гобозов И.А.. - М. : Академический Проект, 2007.
    4. Гриненко Г.В. История философии. М.: Юрайт, 2004
    5. Гуревич П.С. Философия. – М.: НПО «Модек», 2004.
    6. Зотов А.Ф., Миронов В.В., Философия: учебник - М.: академический Проект, 2003.
    7. Кармин А.С. Философия : учеб. для вузов / Кармин А.С., Бернацкий Г.Г.- СПб.: Питер,2009.
    8. Мамардашвили М.К. Классический и неклассический идеал рациональности. – М.: Изд-во «Лабиринт», 2004.
    9. Сидорина Т.Ю., Философия: учебник -М.: Гардарики, 2003.
    10. Философия : учеб. / под ред. Губина В.Д., Сидориной Т.Ю.. - 4-е изд., перераб. и доп. - М. : Гардарики, 2007.
    11. Швырев В.С. Рациональность как философская проблема //Рациональность как предмет философского исследования. – М.: ИФРАН, 2005.

1 Реале Дж. Антисери «Западная философия от истоков до наших дней» - Спб.: Петрополис, 1994.- С. 247.

2 Валла Л.О. «О наслаждении»//Антология мировой философии, 1970.-С.82.

3 Джовании Пико делла Мирандола . «Речь о достоинстве человека//Эстетика Ренессанса.Антология - М.:Искусство, 1981.-С.59.

4 Эразм Роттердамский. Философские произведения. - М.: 1986.-С.189.

5 Кампанелла Т. «О превосходстве человека над животными и о божественности его души - М.:Искусство, 1981.-С.65.

6 Абсолютизация роли науки в системе культуры.

7 Форма теоретической деятельности человека, направленная на осмысление собственных действий и их законов.

8 Суд над Сократом: (сборник исторических свидетельств), составитель А.В. Кургатников. — СПб.: Алетейя, 2000. —С. 272. 

 


Информация о работе Философия эпохи Возрождения. Типы рациональности